Чтение онлайн

– Даже не сомневайтесь! Сегодня, в качестве ужина у нас с вами будет бифштекс из молодой говядины с оливковым соусом, белыми грибами и молодым отварным картофелем!

– Звучит крайне заманчиво, хотя и не совсем понятно. Впрочем, вашему вкусу я доверяю безгранично. Я освобожусь в самое ближайшее время!

– Прекрасно, а я пока займусь заказом блюд. Жду вас у себя, любезный Доктор Яроз.

А выпить не помешало бы и мне. Не один немец, сегодня нахватался стрессов. До сих пор рученки колотятся. Хотя и ситуация с Генрихом не совсем понятна. От страха потерял сознание? Выкормыш Гитлерюгенда? Офицер команды "Вервольф"? Как кисейная барышня хлопнулся в обморок? Вряд ли. Что-то тут не так. Не стыкуется. Надо полазить в лог-файлах его Бронекостюма.

– Бронник, слышишь меня, дружище?

Радостный всплеск в голове.

– Нужно, что бы ты скопировал все события с чипа Бронекостюма, который мы с тобой сегодня с песка подняли. С момента последней с ним связи, до момента визуального контакта. Сможешь? После выполнения, все передашь мне на чип и сотрешь из памяти. Так, что бы следа не осталось. Выполнять!

В ответ, лишь довольное урчание. Радуется, бродяга, что и в мирное время про него не забываю.

– Вечер - команде! Разбор полетов проводите без меня. Умаялся я что-то. Старший - Янки. Утром доложить по результатом.

– Принято!

Заказ в лаборатории сделать не сложно, да и Доктор Яроз не заставил себя долго ждать. Пьяница из него слабоват. Некоторые навыки имеются, но совсем не убедительные. Через час он уже валялся под столом и весело похрапывал оттуда. Ничего нового, впрочем, не поведав.

– Бронник - Вечеру! Транслирую запрошенные данные!

Ишь, ты! Совсем самостоятельный стал. Спасибо тебе, родной, отдыхай пока.

Доктора надо вернуть на родину, пока он мне всю комнату не заблевал. Тяжеловато тянуть на горбу, но деваться некуда. Теперь просмотреть данные по Генриху. Что у нас тут? А у нас тут, довольно неумелая попытка затереть информацию по внешней команде отключения. Вот тебе и пироги с котятами! "Фашиста" нашего кто-то решил укокошить за здорово живешь. Если бы я не подоспел вовремя, приснился бы нашему немцу полный и окончательный конец. Значит, "Идет охота на волков, идет охота", как прохрипел бы всенародный любимец Владимир Семенович Высоцкий. Но не на отвлеченных, каких - то там "волков", а на нас, на меня, американца, на Сару и Розу. Только, зачем? Зачем, если это свои, а если чужие, то как? Они, что, могут управлять нашими чипами? Тогда почему не постарались вырубить сразу меня? Получиться бы у них - не получилось, но Бронник бы сразу зафиксировал попытку и доложил мне, а я бы, уж запомнил. Из нас двоих, я явно опаснее. А может, они просто не знали, кто опаснее? Может быть, они просто пробовали новую технологию? Может быть. Теперь, если наши, то зачем? Вроде не за чем. Значит, чужие? Информации не хватает.

Человеческое восприятие неподражаемо. В училище, вымотавшись за день, я мог спать под грохот артиллерийской канонады и просыпаться от чуть слышного шороха. Дверь едва скрипнула, раскрываясь, а я уже не спал. Шаги легкие, впечатление, что босиком. Подошвы шлепают. Значит, скорее всего, женщина. Мужчина бы одел обувь. Анна или Сара?

– Не спится?

Замерла удивленная. Я встал с кровати. Явно, Анна. Она повыше и совсем худая. Лица не видно, но абрис фигуры немного светится, хотя и темнота почти полная.

– Не спится.

– Почему? Не устала?

– Не устала.
– Шорох ткани сползающей с обнаженного тела. Ну вот, блин, попал! Я, конечно, не спорю, и на больных анорексией находятся свои любители, но, честно говоря, ощущение выступающих костей не очень возбуждают мою, далеко не избалованную плоть. Желание быстро исчезает, когда приходится подолгу шарить руками в поисках женской груди, вспоминая анекдот: "На спине я уже искал!". Нет, я совсем не против худощавых женщин, но им место на подиуме, а не в постели. В постели бы хотелось кого-нибудь более округлого и мягкого на ощупь. Ох и ситуация… С подчиненными… Сексом? Ну, уж нет! Хотя, с другой стороны, подобный отказ не только злит, но и оскорбляет женщину. Особенно, худую, что бы не сказать, "тощую". Уж она-то припомнит при случае, как правило, в самое неподходящее время. Что же делать? Надо выкручиваться…

– Милая Анна, давай присядем. Видишь ли, мне неудобно говорить об этом, ну раз возникла такая ситуация, делать нечего. Дело в том, что в моей бурной молодости произошло немало событий, серьезно повлиявших на мою психику. Разнообразные стрессы никогда положительно не действовали на потенцию. В результате случилось так, что я стал полным импотентом. Прошу тебя, не нужно никому об этом рассказывать, давай оставим это нашей маленькой тайной.

От бравой уверенности польки не осталось и следа.

– Какой ужас!
– Она приложила руки к лицу.
– Это правда?

Дурацкий вопрос. Женщины вообще очень любят дурацкие вопросы. Услышав в магазине, например: "Колбасы нет!", не раз слышал сам, они переспрашивают "Совсем нет?". Что значит "совсем"? Зачем так спрашивать? Не знаю.

– Конечно, правда! Посмотри сама! Рядом со мной красивая, молодая, обнаженная женщина - и никакой реакции! Если бы это было не так, как бы я мог удержаться сам и удержать свой организм?

В полной растерянности она поднялась и двинулась к двери.

– А может быть попробовать, вдруг…

– Пробовал не раз. Прошу тебя Анна, не унижай меня дальше. Того, что случилось, вполне достаточно для моего самолюбия.

Полька закуталась в ткань, открыла дверь, обернулась, словно собираясь что-то сказать, но передумала и выскользнула из комнаты.

Уф! Надо бы замок какой-нибудь повесить, а то, оприходуют тебя прямо во сне. Никакие отговорки не помогут.

Горн стоял рядом с голомонитором на своем, ставшим уже привычном, месте. Да и зрелище стало уже привычным. Масштабность съёмок значительно повысилась, но принцип оставался неизменным. Громадная фигура, закованная в железо, привычно расстреливала десант, как мишени в тире. Неожиданно, ситуация изменилась. Добивать остатки транспорта начал ракетоплан, а Вечер в Бронекостюме помчался, как легкоатлет в другую часть пляжа, туда, где проходила вторая высадка.

Один из сидящих в креслах, недовольно поморщился.

– А ведь так и успеть может!

– Наверняка, успеет!
– второй повернул лицо, закрытое голограммой к первому, - пусть успевает, так будет еще драматичнее!

– Любые отступления от сценария, крайне нежелательны!
– третий заерзал в кресле, - не хотелось бы что-нибудь менять.

– В нашем деле невозможно предусмотреть все детали, не так ли, уважаемый Горн?

Горн дернулся на месте, не совсем понимая, что от него требуется и кому, непосредственно давать ответ. Лица были скрыты так, что невозможно было понять, кто именно говорит.

– Предусмотреть необходимо все, но нужно быть готовым к возможным неожиданностям по вине человеческого фактора.- Заговорил он в пространство перед собой.

– И что же это за фактор, который мешает нам все предусмотреть? Неужели это ваш пресловутый Вечер? Он вмешивается в сам процесс?

– Нет, Великий. В процесс не вмешивается, но он отличный психолог, к тому же обладающий даром предвидения. Никакая неожиданность не может застать его врасплох, а вот сам он постоянно ставит меня в тупик своими весьма неожиданными действиями. Они у него всегда нелогичны, но при этом обязательно получается нужный результат.