Чтение онлайн

— Спасибо, товарищ старший лейтенант, но я к сладкому не привык.

Сергею не понравились слова начальника клуба. «Чем-то нехорошим от них попахивает, А чем? Черт его разберет. Массовик. Говорит, что солдата уважает. А какое же это уважение: солдат стоит перед ним навытяжку, а он себе развалился на койке».

И невольно подумалось Сергею: «Чего, чего, а такого лейтенант Громов себе не позволит. Никогда».

— К сладкому, говоришь, не привык?

— Так точно, товарищ старший лейтенант.

— Ишь как тебя вымуштровали, — рассмеялся Гришин. — Ну, ладно. Давай лучше подумаем, чем тебя угостить, раз ты к сладкому не привык. Папирос у меня нет — я не курю. Ты тоже не куришь? Ну вот и славно.

— А мне ничего не нужно, товарищ старший лейтенант, — сказал Сергей. — Вот если газетку свежую.

— Бери, бери, — обрадовался Гришин. — Все бери, пожалуйста. Я уже просмотрел. Вот вчера в «Комсомолке» фельетончик был. Жуткий. Читал? Прочитай обязательно. Потрясающая комедия и трагедия нравов...

— Прочитаю, товарищ старший лейтенант. Разрешите идти?

— Да что ты так торопишься? Погоди, дельце у меня к тебе небольшое есть. Я, видишь ли, задумал у себя в клубе спектакль поставить. Меня с этой стороны в полку еще не знают. А я, брат, режиссер. И не так себе, а настоящий. Можешь мне поверить. Ты мне помоги, Бражников.

— А чем я могу вам помочь? — удивился Сергей. — Ну, мебель переставить на сцене или декорации. Это можно...

— Да нет. Таких помощников у меня целый полк. Тут дело более тонкое. Я, видишь ли, пьесу достал интереснейшую. Захватывающая современная драма в трех действиях. Оформление требуется самое простое. Обстановка комнатная. А это, знаешь, для клубного спектакля большой плюс. Но есть и минус. В пьесе пять мужских ролей и шесть женских. Попробуй поставить такую пьесу в армии, где в основном мужчины без женщин.

— Почему же без женщин? — улыбнулся Сергей. — У нас в гарнизоне...

— Да что у нас в гарнизоне, — поморщился Гришин. — Я, понимаешь, особое что-то ищу. И необычайное. Послушай, Бражников. Ты ведь ходишь во Дворец Текстильщиков. А там много красивых и способных девчонок. Одну я даже для главной роли приметил. Я видел, ты с ней танцевал. Очень поэтичная особа. Ты бы привел ее к нам в драмкружок. Я ей главную роль поручу. Самую что ни на есть выигрышную.

Сергей покраснел.

— Я не хожу больше во Дворец культуры.

— Почему? И почему ты так смутился, Бражников? Что с тобой?

— Разрешите идти, товарищ старший лейтенант! — твердо сказал Бражников.

Гришин обиженно пожевал нижнюю губу.

— Гм... вот ты какой. Ну, раз так... иди, если хочешь.

Бражников легко вздохнул, когда вышел из клубного вагона. Но щеки его все еще пылали. Эх, не вовремя, не к месту напомнил старший лейтенант об обиде, которую Сергей Бражников уже стал забывать.

Свой Дворец культуры комбинат построил на горе. И правильно сделал, потому что это самое красивое здание в городке. Сложенные из светлого туфа стены днем излучают розовый, теплый свет, а по вечерам Дворец сверкает множеством веселых, манящих огней, которые видны жителям города и окрестных сел.

И ничего, конечно, нет удивительного в том, что молодых воинов здешнего гарнизона словно магнитом тянет в этот чудесный дом на горе. Что ж! Тут и свет, и музыка, концерты столичных артистов, спортивные залы, богатая библиотека. Но больше всего, конечно, привлекают сюда военную молодежь прекрасные хозяйки этого Дворца — молодые работницы. А они гостеприимны. Двери их Дворца всегда открыты для друга-солдата.

Когда Сергею Бражникову в числе других молодых солдат в положенный срок впервые дали увольнительную, старослужащие посоветовали пойти во Дворец культуры. Сергею, перед которым гостеприимно распахнулись двери Дворца, все здесь понравилось. «Городок не намного больше нашего шахтерского поселка, а вот, гляди, какой дворец отгрохали, — не без завести подумал Бражников. — Да и девчат здесь больше, чем у нас, а это значит, что чистоты и порядка больше».

Выросший в коллективе, на людях, Сергей всегда легко и непринужденно завязывал знакомства. Он считал, что для этого не требуется никаких особых церемоний. И с Лидой Казаровой он познакомился совсем просто. Это было на танцевальном вечере. Кто-то из ребят сказал:

— Смотри, Сергей, какая девушка! Вот бы потанцевать с ней!

— А в чем же дело? — спросил Сергей. — Подойди и пригласи.

— Боязно что-то, Сережа. Уж очень она красивая.

— А разве красота кусается? — усмехнулся Сергей и подошел к Лиде. Так вышло, что после этого он, на зависть всем парням, танцевал только с ней. Может, кто из ребят и подумал обиженно о Сергее: ну и нахал. Но это неправда. Нахальства в Сергее нет ни капли, а есть хорошая простота — а в ней и вежливость, и то дружеское внимание к человеку, которое, как известно, без труда снимает барьеры между людьми, если, конечно, эти барьеры существуют.

С такими людьми, как Сергей, и легко и трудно.

О том, что трудно, — Лида еще не знала и не догадывалась, а вот легко ей с ним было необыкновенно. Она удивилась даже: «Почему это? Ведь он только партнер по танцам. Совсем чужой человек. А вот... он как-то сразу внушил мне доверие, этот большой и, наверное, добрый парень. Добрый и умный. Такой все поймет».

Лиду нельзя назвать болтливой. Наоборот, некоторые подружки считают ее скрытницей. Но Сергею она, не задумываясь, рассказала все. Ну, если и не все, то, во всяком случае, самое важное. Почему? На это она ни себе, ни другим не могла бы ответить. Потянуло. Захотела. Подумала: он может дать хороший совет, подсказать верное решение. А Лида понимала, что должна принять сейчас одно из самых серьезных решений в своей жизни.

Отец Лиды, механик по ремонту станков, работал на комбинате около тридцати лет. Мать раньше, до болезни, была ткачихой. И Лида уже сейчас, хотя она еще только учится на втором курсе текстильного техникума, знает, в каком цехе она будет потом работать. Там ее ждут. И школьница Нелли, младшая сестренка Лиды, тоже будет ткачихой. Иначе как-то в доме и не мыслят. Комбинат для семьи Казаровых родное и, можно сказать, семейное дело. Но вот старшая Лидина сестра, Джульетта, не пожелала связывать свою жизнь ни с комбинатом, ни с родным городком. Окончив школу, Джульетта уехала в Ереван, где у Казаровых были какие-то дальние родственники. Года два девушка работала продавщицей в универмаге, затем вышла замуж. Муж Джульетты — большой человек, он чем-то руководит: не то он председатель, не то директор чего-то. Лида в этом плохо разбирается. Во всяком случае, это солидный, строгий человек.

— С ним даже страшно немного, — сказала Лида. — Но он так любит Джульетту, просто обожает ее. И знаете, Джульетту нельзя не любить, в нее все влюбляются, такая она красавица.

— Красивее вас? — спросил Сергей.

— Даже сравнить нельзя. В сто раз, в тысячу раз красивее, — горячо ответила Лида. — Жаль, что Джульетта не пришла на вечер, вы бы сами увидели.

— А она здесь? — поинтересовался Сергей.

— Да. Джульетта часто навещает нас, то с мужем, то одна. Да что ей. У них собственная «Волга», захотелось — села и приехала. Сейчас она за мной приехала. Она хочет забрать меня в Ереван. Нет, не в гости, насовсем. Джульетта сказала, что не позволит своим сестрам прозябать в этой дыре. Мама и папа рассердились, но Джульетта у нас такая — с ней спорить трудно. Она сказала, что Нельку пока оставит у стариков, а меня заберет немедленно.