Солнце для отшельницы(сборник)
Шрифт:
Энн была заметно смущена и не сразу нашлась, как ответить.
– Спасибо, – натянуто вымолвила она, – ты мне тоже очень дорог, Брайан… Ты ведь это хотел сказать? Леди и джентльмены, давайте выпьем за нашего замечательного Брайана, который устроил для нас это угощение!
Все радостно поддержали тост и огласили зал звоном бокалов. Брайан молча смотрел на происходящее. Когда все выпили, он неожиданно продолжил, как будто его прервали на полуслове:
– Я хочу, чтобы ты всегда была на «Альбатросе». Я хочу подарить тебе «Альбатрос». Можно?
Энн засмеялась:
– Об этом надо спрашивать разрешения у Стивена, а не у меня… Вот скажи, Стивен, пассажиры могут дарить друг другу «Альбатрос»?
Капитан почему-то замялся, потом отрицательно покачал головой:
– Пассажиры – не могут…
– Ну вот видишь, Брайан, ничего не выйдет! – Энн развела руками.
– Стивен, – небрежно произнес Брайан, – скажи ей…
– Сказать? – нерешительно переспросил капитан.
– Да не бойся! – Брайан окинул взглядом столики. – Здесь все свои!
– Ну… хорошо, – сказал капитан. – Да, мисс Уотерхауз, мистер Сандерс может подарить Вам «Альбатрос».
– Вот это да! – Энн захлопала в ладоши. – Так я теперь владелица «Альбатроса»?! Здорово! А чем я могу отблагодарить тебя, миленький Брайан, за такую щедрость?
Это была минута торжества.
– Стань моей женой! – сказал он просто.
Предложение прозвучало очень тихо, но его услышали все, и шум разом смолк. Казалось, что слышно, как вьются москиты над далеким парковым прудом.
– Дорогой, ты же убежденный холостяк! – сказала Энн с упреком, продолжая считать происходящее игрой.
– Был… Но ты меня переубедила! – улыбнулся Брайан. – Мне тошно от одной мысли, что ты бросишь меня на «Альбатросе» одного.
– Ты серьезно?
Голос Энн дрогнул. Игра зашла слишком далеко.
– Более чем!..
Энн смотрела на него испытующим, тревожным взглядом:
– Брайан, прости, но мне действительно не смешно…
– Да, мистер Сандерс, такими вещами не шутят, – наставительно заявила миссис Хейнек.
– Я ничуть не шучу! – взволнованно произнес Брайан. – И, призывая вас всех в свидетели, прошу руки и сердца Энн Уотерхауз! Впрочем, сердце мое принадлежит ей уже давно, а рука… вот она, Энн, бери!
– Брайан, – сказала Энн, побледнев как полотно, – я все еще надеюсь, что это предложение – такая же шутка, как и твой подарок. Спасибо, но «Альбатроса» мне вполне достаточно!
– Это не шутка, – едва смог выдавить из себя Брайан, тяжело опускаясь на стул. – Стиви, скажи ей все начистоту…
Капитан снял салфетку, застегнул китель, надел фуражку и торжественно начал:
– Мисс Уотерхауз, вы не поняли слова моего шефа… Господа, – обернулся он ко всем присутствующим, – круизный лайнер «Альбатрос» принадлежит мистеру Брайану Сандерсу. Он – хозяин компании «Трансатлантические круизы» и единоличный владелец корабля!
– Ну что ты теперь скажешь, Энни?
На Брайана было страшно смотреть. Энн выглядела не лучше. Никто не мог ничего понять, но все чувствовали, что стряслась большая беда, и непонятно, что делать.
Чтобы разрядить неловкую паузу, толстяк Хейнек бодро звякнул вилкой по бутылке и предложил тост за счастливый союз. Тут Энн словно проснулась. Она вдруг резко вскочила и со слезами на глазах бросилась к дверям. Но выбежать не успела.
В дверях стоял парень в черном кожаном пиджаке, ярко-белой рубашке и джинсах – высоченный парень, с красивыми южными чертами лица и светлой шевелюрой.
– Ну, здравствуй, Энни, – негромко сказал он.
Энн бросилась к нему в объятья, и целую минуту они стояли так, не отрываясь друг от друга. Наконец Энн высвободилась, взглянула ему в лицо и попыталась что-то сказать.
– Я все слышал, милая… не волнуйся… – ответил парень так же негромко и уверенно. После этого, по-хозяйски приобняв Энн за плечи, он подвел ее к столу, прямо туда, где сидел убитый горем Брайан, и обратился к присутствующим с речью:
– Дорогие друзья, я вижу, здесь произошло недоразумение, и хочу расставить все по своим местам. Кажется, Энн не сказала вам, – и он с легкой укоризной взглянул на нее, – что мы собираемся пожениться. Ну, так вот я сообщаю об этом и прошу вас всех, всех, кто сможет, быть гостями на нашей свадьбе. Дата еще не назначена, так что о сроках поговорим позднее… Я ничего не забыл? Энни, не страшно, что я пригласил твоих друзей раньше, чем познакомился?
Энн окинула стол глазами, полными слез? и сказала, жалобно улыбаясь:
– Да, Алан, эти люди – мои друзья, и я буду рада видеть их на нашей свадьбе. Господа, это Алан, мой жених! Простите меня ради бога! И ты, Брайан, прости, я не должна была так долго водить тебя за нос! Но ты же не перестанешь быть моим другом?
Повисла тягостная пауза. Брайан стал грузно подниматься, потом вышел из-за стола, мягко обнял Энн, поцеловал ее в щеку и сказал, покачав головой, словно не замечая стоявшего рядом жениха:
– Как же давно я мечтал об этой минуте… Надо было сделать тебе предложение, чтобы фокус удался!
Энн с шутливым гневом оттолкнула его:
– Брайан, как тебе не стыдно!
Зал огласился хохотом, напряжение спало. Алан крепко пожал Брайану руку, и пиршество возобновилось с новой силой. Смеху и шуткам не было конца. В результате Брайан признался в любви не только Энн, но и всем остальным присутствующим, не исключая и мужчин.
К вечеру в кафе забрел небольшой оркестрик, под который веселье пошло еще активнее, и все закончилось танцами, напоминавшими всеобщее братание среди окопов.
По пути на корабль Брайан заручился обещанием Алана и Энн, что они доплывут с ним по крайней мере до Генуи и обратно до Лиссабона. Брайан даже хотел отдать им люкс, но Энн заверила его, что ее каюты им вполне достаточно.
Вернувшись на корабль и простившись со счастливой парочкой, Брайан ощутил, что все силы его покинули.
Дурак, дурак, трижды дурак, твердил он себе непрестанно, ступая по коридору, как в тумане.
За одним из поворотов он наткнулся на Беллу. Она сидела на полу, подвернув под себя ногу, глядя вглубь коридора остекленевшими глазами и размазывая по щекам потеки туши. Брайан смутно понял, что с нею что-то случилось. Но расспрашивать не было ни сил, ни слов, ни желания.