Чтение онлайн

Смеющаяся Мика пояснила:

— Нельзя держать просто с силой, жёстко. Олень сильнее. Надо притягивать к себе, когда он ослабляет натяжение, и отпускать, когда он дёргает. Мягкое и податливое сильнее жёсткого и твёрдого, вас этому Главный Ведун не учил?

— Нет, — удивился я и попробовал держать ремень так, как посоветовала Мика. На этот раз меня страховали двое мальчишек. Кое-что начало получаться. Кожаную верёвку у меня забрала Рина — девочка, которая вела нарты Парки. Удивительно, но она удерживала верёвку без особых усилий. Потом она передала её Парке. Парке, напрягаясь изо всех сил, удалось удержать оленя и не упасть. Иргаму поначалу удавалось держать оленя, но потом он ошибся и оказался на снегу. Все смеялись, и Иргам в первую очередь.

Потом мы вернулись в Малу. Я подумал идти в нашу пещеру, но Мика сразу предупредила, что для детей обещали накрыть стол с обедом в общей пещере. Я удивился и подумал, что это розыгрыш, но когда пришел в пещеру собраний, то обнаружил накрытые столы и всю компанию детей, причём в увеличенном составе. Еду подавали взрослые женщины, заботливо раскладывали и следили, чтобы всем досталось вкусненькое. Мы сидели и пировали, как взрослые. Поначалу я не мог поверить своим глазам. У нас детей, пойманных на безделии, либо заставили бы работать, либо послали бы делать уроки. Здесь же детей любили баловать, а правильным образом жизни считалось обретение ловкости. Кто поборолся или побегал в этот день, тот и заслужил обед.

Только у таких людей в пещере мог жить домашний тигр. «Вы не бойтесь, он добрый, мы его ещё маленьким подобрали», — говорили нам местные, трепля тигра между ушами. Тигр жмурился и мурлыкал, но мы всё равно обходили его десятой дорогой. А он, как назло, всюду таскался за детьми.

Женщины, которые организовывали для нас стол, работали не за деньги, а просто потому, что считали забавным организовать детям праздник. Свет обеспечивали двое стариков, они же держали отражатели, отбрасывавшие свет от костра на стол и потолок. Самое удивительное началось тогда, когда пришел вождь. Все дети дружно встали, приветствую его, но вождь… извинился за то, что пришел в их время, и приказал продолжать так, как будто его нет. И дети сели и продолжили, в том числе баловаться, что было ещё более удивительным.

Вождь пришел как раз тогда, когда я показывал способы уклонения от хищного ящера. Головой ящера на этот раз служил моток травы, который я предусмотрительно запас на поверхности, а шеей — настоящее боевое копьё. Боевые копья здесь были расставлены по периметру пещеры так, будто это были прялки или коптильни. Когда я закончил и перевёл взгляд на вождя, то увидел, что он улыбается, глядя на наше буйное сборище. Рядом с ним уже сидело несколько специалистов. Кода они пришли, я даже не заметил.

— Вечером повторишь? — попросил он. Вождь! Попросил? Десятилетнего мальчишку! От удивления я смог выдавить только краткое «Угу».

Потом детское время закончилось. Все дети дружно встали, принялись убирать посуду, расставлять столы и готовить пещеру для взрослых. Все старились что-нибудь сделать, никто не отлынивал. Это было удивительно. У нас половина народа сразу испарилась бы.

Вечером праздник продолжился. Я опять показывал способы уклонения от укуса хищного ящера. К этому времени я так объелся, что еле двигался. Ровесники, которые видели меня относительно резвым во время обеда, животики надорвали, глядя на то, как я еле переступаю по полу. Взрослые смотрели на них удивлённо и не могли взять в толк, отчего молодёжь сползает под стол — с их точки зрения, я показывал удивительные вещи. Тем более, что наши моряки подтвердили — да, так оно и было, так я и спас их от первого ящера. Я посмотрел на ровесников и решил пролить на них холодный дождичек:

— Только моих сил не хватило, чтобы задвинуть копьё достаточно глубоко, так что не пытайтесь повторить.

— А как же ящер погиб? — спросил Главный Ведун. Здесь по совместительству он был и главным мастером боевых искусств.

— Попытался меня задавить весом и сам себя насадил на копьё. Да, чуть не забыл. Самое главное — после удара запрыгнуть на шею или тело ящера, иначе он начинает ногами размахивать и может убить, — с этими словами я запрыгнул на пояс дядьки, который держал в руках копьё с мотком травы и изображал ящера. Дядька не ожидал прыжка, потерял равновесие и упал.

Весь зал грохнул от смеха. Я принял этот смех на свой счёт и встал, весь красный от стыда — как же я мог забыть про такой важный приём! Вождь, который смеялся вместе со всеми, заревел:

— Малыш, ты даже не представляешь, сколько жизней ты сегодня спас! Ведите его сюда, сегодня он сидит рядом с мной!

Дядька, который столь неудачно прославился в роли ящера, подхватил меня на руки и понёс к столу. Меня сажают рядом с вождём! Место рядом с вождём всегда было особо почётным — кроме Мастера Запасов и Главного Ведуна рядом с вождём сажали на моей памяти только капитанов судов. Капитана вождь попросил остаться, подвинулся Главный Ведун. Вождь собственноручно наложил мне каких-то окорочков, подвинул сладкий пирог и приказал налить пива. Высокий красивый кубок он поднёс к моим губам сам. Пришлось пить эту жгучую и горькую гадость. И за что взрослые его только любят? На третьем глотке из-за жжения я закашлялся. Все засмеялись, вождь отвесил мне ласковый подзатыльник — ешь, мол, и переключился на капитана. Я поглядел на еду с тоской. В меня уже не лезло.

За плечом проявилась Рина и налила мне в кубок компота. Спасительница! Рина нравилась мне всё больше и больше. Она не была такой боевой и весёлой, как Мика, но с ней было… надёжно. Тем временем вождь вёл разговор с капитаном. Поневоле я стал его свидетелем.

— А от нас детей по обмену не возьмёте? — спрашивал вождь.

— Мы не сможем оставить вам в заложники наших детей. Да и опасное это дело, по морю сейчас ходить, — осторожно отвечал капитан.

— А и не надо заложников. Да и если утонут не беда. Мне их некуда девать, пещеры перенаселены. Сейчас у нас появится железо, мы сможем немного углубить старые, но совсем чуть-чуть. Придётся рыть четвёртую, в горах. К северу у нас одна равнина, ни одной приличной скалы. Предки два поколения сидели без железа, мы не могли ничего сделать. Но это дело долгое, а детей уже через поколение станет вдвое больше. Хищные ящеры не успевают их есть, ловкие, прохвосты. Так что берите сколько возьмёте, желательно девочек. Можете не возвращать, пусть у вас выходят замуж.

— У нас сейчас нехватка продовольствия, потому и рискнули сюда плыть. Куда нам дополнительные рты?

— А мы вам дадим. Вы нам столько железа привезли, что мы вам ещё два корабля едой должны нагрузить. Так что везите домой что наторговали, а потом приходите пустые два раза. Заберёте детей и еду. Мяса дадим, оно зимой сейчас не портится.

Началась торговля, кто кому сколько и чего должен. А я подумал, что в Маланире нам, действительно, отвели самую маленькую пещеру, все мы спали на нарах в два, а то и три яруса. Жилища людей, насколько я мог видеть, тоже были переполнены.

Капитан в итоге согласился взять с собою пять девочек. Вот только девчонок нам на корабле и не хватало!

Потом наши моряки проговорились о том, как Найва сбежала от гарпий. Гарпий на севере было немного, но здесь они воровали детей так же, как и на юге. Поэтому история вызвала общий интерес, и меня как ближайшего родственника и свидетеля вызвали рассказывать. Во время этого рассказа я впервые закашлялся.

Удивительно, но в Маланире Парка и Иргам не болтали. Они сидели и ждали, пока что-нибудь расскажут взрослые и отвечали, только когда их спрашивали. Наверное, всем нужно один раз в жизни нахвастаться, чтобы больше потом так не делать.

Мы пробыли в Маланире (точнее, в Мале) неделю. Наше предложение наловить местным рыбки вызвало лишь кривые ухмылки. Оказывается, здесь, на севере, было много озёр, в которых водилось просто ужасающее количество рыбы. Её там даже не ловили, а просто выгребали на берег, иногда лопатой. Мелкую рыбёшку даже для собак не оставляли, сразу выкидывали обратно. Зимняя рыбалка в океане практиковалась, но была скорее забавой ради деликатесов, чем добычей. Поэтому океанская рыба была местным просто не нужна. Интереса ради они, конечно, сходили в море, изучили конструкцию корабля, но на этом всё и закончилось. Удивительно, но здесь, как и на юге, путешествия по морю сочли слишком рискованным делом. Маланирцы сказали, что своих кораблей строить не будут и просили нас приплывать почаще. Мы действительно могли так стать народом моря.