Чтение онлайн

Тимур вздохнул и устало откинулся на спинку стула. Он сам не мог понять себя: любил ли он Кристину или же ненавидел? Ведь, если все сопоставить, то сразу же после смерти сестры, Кристина кинулась поддерживать с ним переписку и продолжала отправлять ему сообщения от имени Саши в течение двух месяцев, пока не приехала в Россию. Перерыва в общении не было.

Почему в последнее время все будто валится из рук? Тимур чувствовал себя просто отвратительно после того, как узнал кучу подробностей о своих близких… Например о том, что его лучший друг — гей и влюблен в него без памяти… Или о том, что биологическая мать никогда не хотела его, потому что он появился на свет в результате ее изнасилования… Или что его отец уже несколько лет имеет вторую семью… А теперь еще и Саша-Кристина преподнесла ему сюрприз, который просто добил его.

— Сынок, разве у тебя сегодня нет занятий в вузе? — незаметно вошла в комнату Анна Павловна.

Тимур быстренько свернул все окна и напряженно ответил:

— Нет, мама, сегодня я дома. Отец еще не объявлялся?

— Я ему сказала, что ты узнал обо всем, — подавленно опустила голову она, — и ему стало стыдно попадаться тебе на глаза.

— Мерзавец! Он не сможет прятаться вечно, — сжал руки в кулаки Тимур. Он осекся и внимательно посмотрел на мать:

— Скажи мне одну вещь: ты скрываешь еще что-нибудь от меня?

— Нет, сынок, я бы не смогла…

— Как раз оказалось, что смогла, и еще как! — с горечью воскликнул Тимур, не дав ей закончить. — Кроме этой истории с отцом ты знала про мою настоящую мать…

— Милый, не злись, — Анна Павловна подошла и мягко погладила Тимура по голове, как маленького мальчика. — Я разговаривала с Ольгой всего лишь один раз в своей жизни. Просто однажды я заметила, что эта женщина следит за нами, когда я гуляла с тобой — ты был еще совсем малыш… В какой-то момент она не выдержала и подошла ко мне, во всем призналась, сказала, что не ищет во мне понимания и сочувствия, а просто хочет наблюдать за тобой, смотреть, как ты растешь, и, якобы, ей этого будет достаточно для счастья. Я сказала, что не стану заявлять на нее в полицию, если при этом она не станет попадаться тебе на глаза. С тех пор я больше никогда с ней не разговаривала, сынок. Сам подумай, мне не хотелось обременять тебя этой неприятной историей…

— Мама, ты же знаешь, что я не могу на тебя злиться по-настоящему, — мягко улыбнулся Тимур. — Никогда. Только впредь ничего больше не скрывай от меня. Я не хочу все всегда узнавать последним.

Тем временем, Кирилл с Альбертом сидели в следственном изоляторе и не могли до конца понять, что с ними произошло.

— Пап, мы сможем выйти под залог? — с неподдельным испугом в голосе спросил Кирилл

— Думаю, да, — кивнул Альберт, изо всех сил пытаясь сохранить самообладание. — Что за мразь решила так меня подставить? Проклятье! Интересно, мы когда-нибудь будем жить нормальной спокойной жизнью? Сначала отец едва не умер от инфаркта, потом погибла Юля, теперь это…

— Меня тоже хотели подставить, — чуть поколебавшись, решился произнести вслух Кирилл.

— Да кому ты нужен? — махнул на него рукой Альберт. — Меня хотят очернить враги, они же просто спят и видят, как меня выгоняют из думы… На тебя им точно начихать.

— Тогда я бы там не оказался, — возразил Кирилл. — Кто-то взломал нас и отправил сообщения тебе от меня, а мне — от тебя. Они хотели, чтобы арестовали нас обоих.

— Возможно, — пожал плечами Альберт. — Может, решили, что так будет пикантнее: депутат вместе с сыном держит бордель прямо в центре Москвы! Ты видел этих девчонок? Держу пари, что большая часть из них — несовершеннолетние!

— То есть нас хотят обвинить в развращении малолетних? — ужаснулся Кирилл.

— Может, и похуже, — тяжело вздохнул Альберт. — Небось, будут уверять, что мы отобрали у них паспорта и заперли под замок! Так что, приготовься к новой жизни, ибо мы тут застряли надолго.

— У нас есть связи, — попытался приободрить его Кирилл. — Мы выберемся, не сомневайся.

— Связи-то связями, но сейчас мы не можем быть уверены в том, кто нам друг, а кто — враг, — похлопав парня по плечу, обреченно сказал Альберт.

Через пару минут дверь камеры открылась и на пороге возник адвокат и близкий друг Альберта — высокий худощавый мужчина средних лет в деловом темно-синем костюме. Кирилл с Альбертом мгновенно вскочили на ноги.

— Ну что, нам удастся выйти под залог? — взволнованно спросил Альберт.

— К сожалению, нет, — огорчил его мужчина. — Угадай, кого я там встретил!

— Кого?

— Витька! Помнишь, как мы в школе над ним издевались? В общем, теперь он поднялся высоко и не хочет идти тебе навстречу… Официальная причина отказа выпустить тебя под залог — проблемы с документацией. Это может затянуться на два–три дня, а то и больше.

— Черт, — Альберт схватился за голову. — Думал, никогда в жизни не столкнусь с этим Витьком…

— Да я, честно говоря, сам был в шоке, — пожал плечами адвокат. — Не каждый день встречаешься с бывшим одноклассником, над которым всегда издевался, и здороваешься с ним рукопожатием. Вообще, неловкая ситуация была… Сам понимаешь, дело — дрянь, взятки придется направлять по другим каналам, в обход…

— Ладно, я все понял, — скрепя сердце, кивнул Альберт, — спасибо, дружище. Рыпаться пока не стоит, буду тихо сидеть, чтобы не привлекать внимание общественности… Наверняка этот козел уже пошел раздавать интервью об этом деле…

— Да, крупно тебя подставили, — задумчиво почесал подбородок адвокат. — Помни, терять надежду нельзя. Я позвоню твоей семье и сообщу, что вас с Кириллом задержали и эту ночь вы проведете здесь.

В это самое время Диане снился сон. Она была в каком-то удивительном месте, лежала абсолютно голая на ложе из лепестков алых роз. Вокруг цвели яблони, падал снег, но белоснежные мягкие хлопья были не холодными, а, скорее, нежными и прохладными. Рядом с ней лежал Кирилл и молча целовал ее колени, его руки без всякого стеснения скользили вверх по ее бедрам, и Диана дрожала от его ласковых и настойчивых прикосновений.

— Я знаю, что это сон, — с грустью сказала она. — Я чувствую, что вот-вот проснусь, и у нас осталось немного времени. Я знаю, что все это неправда, что все это только в моей голове.

Кирилл поднял голову и, посмотрев на нее чуть затуманенными страстью глазами, тихо промолвил:

— Взгляни на свои ладони. Видишь линии?

— Да…

— Знаешь, что написано на твоих руках еще с твоего рождения?

Она растерянно помотала головой.

— Здесь написано, что твои губы, твоя кожа, твои глаза — принадлежат мне, — бормотал он, нежно целуя судьбоносные черточки на ее ладони.

Повинуясь Дианиной тяге, Кирилл прижался к ней своим горячим телом и накрыл ее рот своим.

…— Диана! Диана! Проснись уже!

Диана с сожалением почувствовала, как Кирилл растворяется сквозь ее пальцы, словно зыбкий струящийся песок, уносимый неумолимым ветром. На его место пришла Камилла — живая, настоящая, очень шумная и даже не помышлявшая куда-нибудь исчезнуть.

— Что такое, Камилла? — обратно закрывая глаза, промямлила Диана неслушающимися губами.

— Кирилла с папой арестовали! — воскликнула девочка, и Диана разом вскочила с постели, а ее сладкий сон растворился окончательно.