Чтение онлайн

— Нет, Тимур, я не считаю, что обезьяны мудрее людей, — мягко, как с умственно отсталым, начала говорить Анна. — Сынок, ты для меня дороже всего на свете, и я боюсь за тебя!

У Тимура в этот момент упал камень с души. В самом деле, он совсем рехнулся, ему уже всюду мерещатся какие-то бесконечные заговоры и тайны. Он не должен был ни на секунду усомниться в матери — той, что его вырастила, той, что была рядом, когда он болел… Анна обожала Тимура так, как если бы сама родила его, именно так, как должна была это делать Ольга.

— Мама, прости, — Тимур крепко обнял Анну, не сдерживая непрошеных слез. — Прости, пожалуйста, мамочка!

— Все в порядке, милый, — растрогалась Анна. — Я все понимаю. На тебя столько всего свалилось в последнее время! Бедный мой мальчик! Надеюсь, что вся эта история тебе просто привиделась, потому что, если это было на самом деле, твоя жизнь может быть в опасности.

— Не волнуйся за меня, — Тимур поцеловал Анну в щеку и снова крепко прижал к груди. — Это мои проблемы, и я с этим справлюсь сам.

Вспомнив, что нужно начать дышать, Диана мягко отстранилась. Кирилл рассмеялся, глядя на ее покрасневшее от недостатка воздуха лицо. Он нежно погладил ее по щеке, и Диана на мгновение ласково прижалась губами к его ладони.

— Кирилл?..

— Да, ангел? — горячо прошептал он.

— Вчера, после вашего с папой ареста нас пригласили на ток-шоу, и Марина согласилась из-за денег, которые ей посулили. Она заставила идти туда нас с Камиллой, и там… — Диана сглотнула комок в горле. — Там показали видео, на котором мы около школы… целуемся… Ты не представляешь, как это было ужасно…

— О Господи, могу себе представить этот кошмар, — покачал головой Кирилл, привлекая Диану к себе. — Честно, я не хотел, чтобы этим все закончилось. Прости меня, это я во всем виноват.

Рана снова начала пульсировать, и он содрогнулся от волны страдания, словно электрическим разрядом окатившей тело. Диана сразу же заметила это.

— Нам надо идти, отсюда совсем недолго, срежем через трассу, — сказала она, помогая ему подняться на ноги. — Обопрись на меня.

Через пару минут они вышли на проезжую часть, по обе стороны от которой в ряд росли кустарники и деревья с облетевшей листвой. Снова стало пасмурно и прохладно — солнце скрылось за тучами, лето ушло безвозвратно. Они шли по обочине медленными шагами, и Диана боялась, что Кирилл не сможет дойти, но у него будто открылось второе дыхание. Еще чуть-чуть, и они доберутся до загородного особняка, принадлежавшего деду. Этим утром, никому ничего не говоря, сразу после того, как услышала от Камиллы пугающие известия, Диана попросила водителя отвезти ее туда, а сама сразу же метнулась в овраг, едва машина остановилась у ворот. Внезапно за их спинами загудела полицейская сирена.

— Блин, мне стоило об этом подумать! — в панике воскликнула Диана. — Но я решила, что так будет короче, ведь ты ранен…

— Ладно, значит, меня заберут сейчас, — вздохнул Кирилл. — Собственно, какая разница, раньше или позже.

Они остановились, повернув лица к машине.

— Тормози, Марат, — сказал один полицейский второму, сидевшему за рулем. — Узнаешь? Это сбежавший из СИЗО депутатский сынок, их с папашей обвинили в развращении несовершеннолетних.

— Да, точно, — останавливая машину, осклабился Марат. — Видишь эту цыпочку? Это его сестра, и они вместе спят.

—Да ладно?!

— Я тебе отвечаю: эта маленькая шлюшка раздвигает под ним ноги! Ты чего, не смотрел вчера этот улет?

— Хмм, тогда я был бы не прочь с ней позабавиться, — задумчиво почесал бороду его напарник.

Диана почувствовала нависшую над ними угрозу: воздух был словно наэлектризован опасностью. Автомобиль остановился, и из него вышли двое полицейских. Ей они сразу не понравились. У одного была омерзительная рыжеватая козлиная бородка и мелкие бегающие по сторонам глазки, длинные костлявые конечности отнюдь не прибавляли красоты его облику. Второй был его полной противоположностью: потный лысый толстяк с блестящим круглым лбом, красными щеками и мясистыми губами, чье расплывшееся рыхлое тело было втиснуто в форму не по размеру.

Конечно, можно сколько угодно рассуждать о том, что внешность не всегда соответствует внутреннему содержанию, но… Диана ощутила кожей их противные сальные взгляды, адресованные именно ей. Гадко улыбаясь, эти двое не спеша подошли к ним.

— Ну что, ребят, обойдемся без лишней лирики? — показывая наручники, ухмылялся худой.

Кирилл послушно вытянул руки перед собой и позволил защелкнуть наручники на своих запястьях.

— Диана, иди домой, со мной все будет хорошо, — сказал он притихшей сзади девочке.

— Нет-нет, милые, вы кое-чего не поняли, — погрозил им пальцем-сарделькой второй полицейский. — Девушка должна поехать с нами.

— С чего это?! — взвился Кирилл. — Она моя сестра! Против нее нет никаких обвинений!

— Мы не можем знать всех обстоятельств дела, — нацепил на лицо серьезное выражение рыжебородый, — возможно, она участвовала в организации побега или помогала тебе укрываться от правоохранительных органов, что вероятнее всего, учитывая то, как мы вас нашли. Из этого следует, что она знала о твоем местонахождении и не позвонила, как была обязана, в полицию…

— Вы не имеете права!.. — задохнулся от нахлынувшей ярости Кирилл.

— Кирилл, все нормально, — прервала его гневную вспышку Диана. — Лучше мне поехать.

— Вот и умница, — просияло лоснящееся от пота и сала лицо толстяка. — Садись в машину, деточка. Как же мы любим послушных девочек, ведь правда, Андрюх?

— Само собой, — улыбнулся, обнажая свои прокуренные зубы рыжебородый.

«Нет, они не посмеют… не посмеют… — стиснув зубы, мысленно убеждал себя Кирилл. — Все это блеф». Конечно, он не был кретином, и прекрасно видел взгляды, которыми они обменивались между собой, украдкой поглядывая при этом на Диану.

Их отвезли в местное отделение. Когда ребят ввели в коридор, Диана отметила про себя, что в здании было подозрительно тихо. Хотя, ничего удивительного, ведь сегодня был выходной.

— Мальчики отдельно от девочек, — елейным голоском просюсюкал толстяк, вталкивая Диану в камеру и задвигая за ней решетку. Она услышала, как щелкнул замок — все, ее заперли. Но хотя бы можно было видеть Кирилла: он был в камере напротив, в каких-то паре метров от нее.

— Твоей малышке повезло, — бросил Кириллу худой, в который раз аккуратно разглаживая свою никчемную бородку, — будет сидеть одна в камере, как королева! Мы ж сегодня ни одной проститутки на дороге не задержали! — оба полицейских переглянулись и прыснули. Поржав вволю, худой продолжил, вытирая навернувшиеся от смеха слезы:

— А вот тебе придется потерпеть нового соседа!

Кирилл обернулся и увидел лежащего у стены на лавке лицом вниз мужика неопределенного возраста — по виду явного наркомана. Он был в отрубе, из его рта струйкой тянулась слюна, беспрестанно капая на пол.

— Конечно, это не самый лучший вариант для того, кто привык срать в золотые унитазы… — с издевкой цедил слова сквозь зубы худой, не скрывая раздражения, — уж чем богаты! Не обессудьте, ваше высочество.

Полицейский и Кирилл смерили друг друга ненавидящими взглядами. Обстановка накалялась, даже Диана это ощутила, видя, как в глазах Кирилла заполыхало холодное злобное пламя.