Чтение онлайн

Тьма в глазах понемногу рассеялась, и я обвела взглядом мрачное сводчатое помещение, в котором мы приземлились. Некромант внимательно следил за каждым движением моих ресниц и лишь когда убедился, что я не собираюсь терять сознание, осторожно отступил назад. Мы не были в подземелье — зал с нависающими над головой потолками из грубого серого кирпича и свечами в чугунных, заплывших воском канделябрах больше походил на архив или лабораторию аптекаря. Вдоль стен располагались шкафы и ниши, уставленные сплошь книгами, заваленные растрёпанными свитками и тетрадями. Здесь же, рядом с литературой, располагались в склянках, колбах и на подставках образцы выпотрошенных мелких животных, фрагменты лап, крыльев и органов более крупных существ. Всё это хозяйство естествоиспытателя пребывало в беспорядке — часть экспонатов, рукописей и фолиантов лежала на расставленных повсюду дубовых табуретах или даже прямо на полу. Я бросила взгляд в сторону узкого окна, откуда сочился бледный свет октябрьского полудня и спросила:

— Где мы, Гаэлас?

Эльф обвёл рукой обшарпанные стены и ответил на своём языке. Лицо его при этих словах показалось мне слегка виноватым. Осторожно ступая, чтобы не задеть высоких сосудов из зелёного и коричневого стекла, я пробралась к окну и ахнула: двор замка Хранителей был заметён ослепительным первым снегом. Слой искрящихся снежинок покрывал крыши башен и галерей, ветви стройных, как солдаты, чёрных елей, что росли вдоль восточной стены, ромбические плиты площади и даже караульных, которые прогуливались вдоль запертых ворот, как заведённые кем-то игрушки с пружинами внутри. На какой-то миг меня кольнула мысль, что охрана могла вполне быть и неживой, но после я заметила, как один из солдат подпрыгивает и стряхивает снег, налипший на сапоги — и успокоилась.

— Это замок Хранителей, — тихо сказал он за моей спиной.

Его рука невесомо коснулась моих растрёпанных по спине волос, и я еле слышно вздохнула. Жизнь моя сделала петлю, и вот теперь всё снова возвращается на круги своя — вокруг меня снова камень толщиною в несколько футов, и я снова взаперти, с тем только отличием, что теперь я на территории вражеского государства. Я искала свободы, но нашла лишь новое заточение. Или, быть может, я никогда её и не искала?.. Мой дар тихо спал внутри — он больше не пульсировал в присутствии некроманта, как было в первый раз. Эльфийский колдун стоял совсем рядом и задумчиво перебирал мои волосы, глядя на заснеженную площадь.

— Зима, — сказал он, и я поняла. Это слово не раз употреблял Лейс, когда мы мёрзли в лесу, разыскивая портальные камни.

— Да, зима, — шёпотом ответила я, впервые пробуя на вкус чужие слова.

— Ты любишь… если… холодно? — осторожно спросил он на языке людей, делая паузу перед каждым словом, словно выуживая их из глубин памяти.

— Нет, — я медленно обернулась. Мне всегда было легче читать говорящего по глазам, а теперь в свете дня его лицо было так близко. — Я люблю огонь.

Гаэлас не сводил с меня глаз, и сейчас мне не хотелось отшатнуться или передёрнуться от неприязни, как тогда, в нашу первую встречу в лесу. Его руки бережно лежали на моих плечах, и я чувствовала их тепло. Он пытался что-то вспомнить, я видела, как на лбу эльфа собрались мелкие морщинки, как напряжены тонкие тёмные брови. Наконец он усмехнулся и помотал головой, как школьник, который забыл выученные накануне правила умножения.

— Огонь, — сказал он, наконец, взяв мою руку в свою и расправив пальцы. — Ты умеешь.

— Ах, нет, мой дар не для того, чтобы разжигать камин, — я улыбнулась и уже привычным усилием воли вызвала язычки белого пламени.

Некромант закусил губы, и по всему было видно, что мой огонь доставляет ему неприятные ощущения или воспоминания. Я живо вспомнила, как сгорали и рассыпались пылью мертвецы, едва к ним прикасалось белое пламя.

— Нет, не то, — он накрыл мою руку своей, и пламя погасло, как гаснет накрытая перевёрнутым стаканом лучина. — Смотри.

Он прочитал заклинание, больше напоминающее змеиное шипение, и по его пальцам взвился настоящий рыжий огонь, от которого повеяло жаром. Я инстинктивно отшатнулась, успев заметить, как искры мелькают в тёмных глазах эльфа.

— Подожди, — он сделал останавливающий жест, стряхнул с рук язычки пламени и принялся что-то искать на заваленном бумагами столике, комментируя каждый неподходящий листок, рецепт или рисунок.

Наконец он разыскал нужное — тонкую книжицу в шершавой кожаной обложке, потрескавшейся от времени — и сунул мне в руки. Я приоткрыла пожелтевшие страницы и на первом же развороте увидела схематичные изображения заклинаний. Что-то подобное я видела в Вестене у девочек-академичек, когда они стайкой располагались на газоне у церковного двора и принимались обсуждать учёбу.

— Здесь не слишком уютно, да, но это ненадолго, — сказал Гаэлас, когда мы по короткой галерее переходили из рабочей лаборатории учёного в жилые помещения.

Я поняла по жестам эльфа, что беспорядок приводит его в отчаяние и мешает сосредоточиться на работе. Пока я осматривалась, он увлекал меня всё дальше, и я старалась запомнить все повороты и лестницы, что встретились на нашем пути. Тёмные ступени, что терялись во мраке, вели в подземелья, о которых упоминал Лейс. Винтовая лестница скорее всего имела выход на одну из смотровых башен. В узких, похожих на бойницы окнах мелькали камень и снег улицы. Небольшая комната в конце пустого и гулкого коридора показалась мне на удивление уютной на фоне всего остального. Только здесь между окнами мерцал углями растопленный слугами камин, а кирпичные стены были завешены искусно вытканными гобеленами.

— Здесь, — так я поняла смысл его слова и огляделась. Некромант снял дорожную мантию, небрежно бросил её на кресло и предложил мне сделать то же самое с моей курткой. Я повиновалась, у меня странным образом промелькнула мысль: не придётся ли снимать ещё что-нибудь, а то и вовсе… Но всё это были проделки моего воображения. Гаэлас смотрел на меня с тем интересом, с каким натуралисты рассматривают невиданного жука. И думаю, если бы он велел мне раздеться, его бы больше волновало распределение энергетических потоков внутри моего тела, а вовсе не девичьи прелести.

Служанка — маленькая и юркая лесная эльфийка с глазами, похожими на горящие слитки янтаря, расставила на серебряном подносе кубки для вина, тарелки и с поклоном удалилась. Эльф критически оглядел покрытые разбросанными вещами поверхности и предложил мне сесть на ковре у камина. Я заметила под окном среди мешков и перетянутых верёвками книг набитый соломой тюфяк и уточнила:

— Это для рабыни? Для… опытного образца? Для таких, как я?

Гаэлас подал мне бокал с вином и рассмеялся — впервые с момента нашего знакомства.

— Нет, — он тряхнул головой. — Там спит Лейс.

— Ах, Лейс… всё понятно.

У меня так и не хватило решимости спросить, где предстоит ночевать мне. Было ясно только одно — никаких цепей и клеток в замке меня не ожидало, вопреки заверениям Лейса. Я немного пришла в себя после телепортации и расслабилась от выпитого вина, а потому теперь силилась угадать свою судьбу, вглядываясь в задумчивое лицо некроманта. Он указал на меня и, как мог, пояснил, что хочет получше изучить природу моего дара. Что скрывалось за этими словами, мне было неизвестно. Впервые за мою короткую жизнь я теперь не знала, чего ждать от каждого следующего дня.