Чтение онлайн

Я задохнулась от возмущения и почувствовала, как кровь приливает к моим щекам. В который уже раз внезапная бесцеремонность Лейса едва ли не выбивала меня из колеи. Да, не замечать внимательной нежности некроманта было невозможно. С первого же дня в замке он принялся заботиться обо мне, всё время повторяя о том, что я не должна чувствовать себя пойманной в клетку мышкой. Он прислал ко мне служанку, которая вскоре обеспечила меня всем необходимым для жизни — платьями и бельём, расчёсками, овальным зеркалом в кованой медной подставке, тёплыми сапожками и чулками.

Иногда Гаэлас прикасался ко мне, и это не было случайно. Бывало, он выслушивал моё сердце в то время, как я упражнялась в заклинаниях. Бывало легко, аккуратно обнимал и хвалил за успешно выполненное заклятие, поправлял выбившуюся из косы прядь или задерживал мои руки в своих, но все эти проявления не были частыми или навязчивыми. Он как будто чутко ощущал ту грань, за которую не следует переступать — и выдерживал её каждый раз, когда мы были наедине. Несмотря на то, что со временем я рассказала ему всё, как есть — и о моей работе в «Усатом волке» тоже. Эльф только с грустью выслушал мои откровения и покачал головой, сказав что-то вроде «у каждого в прошлом найдётся что-нибудь безрадостное, главное, что твой свет от этого не померк». Я постаралась запомнить эти слова, но не стала уточнять их значение у Лейса, понимая, что он всё извратит. Как всегда. Как сейчас, когда он ехидно интересовался моими отношениями с некромантом.

Когда полка заполнилась, лесной эльф спрыгнул вниз и повторил свой вопрос:

— Ты не ответила, но покраснела!

— Потому что тебя это точно никак не касается, — сказала я, глядя Лейсу прямо в бесстыжие глаза. — Это моё дело. И Гаэласа.

— Ах, вот как! — возмутился эльф, ударив кулаком по шкафу. — Рабыня пытается диктовать свои правила. Ты мой подарок хозяину, ничего более! Не вздумай задирать нос и обольщаться по поводу некроманта. Даже если он возьмёт тебя в постель, это ничего не будет значить!

Злая уверенность Лейса подействовала на меня, как отрава — стало горько и неуютно, хотя я и продолжала убеждать себя в неискренности предателя. Почему я должна ему верить? Тому, кто способен если не на убийство, то на воровство и обман уж точно. Я попробовала отмалчиваться весь следующий час. Перебралась в другую часть зала и занялась полусожжёнными трактатами о тенях, отряхивая книги от золы и раскладывая на полу.

— Ты когда-нибудь задумывалась о том, почему Гаэлас запретил тебе спускаться вниз по тёмной лестнице? — вкрадчиво спросил Лейс, когда заметил, что я стала меньше хмуриться.

— Не задумывалась, — ответила я и повернулась к эльфу спиной.

— Неужели? И у тебя даже нет никаких предположений на этот счёт? — он лукаво улыбнулся и потянул меня за рукав платья.

— О, боги, до чего ты невыносим! — сказала я, топнув ногой.

Всё шло к тому, что этот зеленоглазый паршивец выучит меня как следует ругаться по-эльфийски. Я была искренна — до этой минуты мне действительно было всё равно, по какой причине в подземелье нельзя ходить. Может быть, Гаэлас проводил там какие-нибудь опасные эксперименты или держал беспокойных мертвецов. Почему мне должно было быть до этого дело? И вот теперь, благодаря Лейсу, мне стало по-настоящему интересно. Причём, настолько, что я уже не могла заниматься рутинным перекладыванием страниц в книгах.

— Если хочешь, можем пойти и посмотреть, — предложил эльф.

У меня ёкнуло сердце. Я осознавала, что Лейс пытается во что бы то ни стало подорвать возникшее между мной и некромантом доверие. Мне не хотелось, чтобы Гаэлас рассердился и посадил меня на цепь или (неизвестно ещё, что хуже) перестал разговаривать со мной.

— Но ведь… нельзя, — пробормотала я, уже откладывая в сторону работу и отряхивая руки.

Я пообещала себе, что спускаться вниз точно не буду: таким образом я не нарушу запрета. Только посмотрю с нижних ступеней, что там видно, и всё. Не приближаясь к двери подземелья, не пытаясь приоткрыть её. Лейс едва ли не запрыгал от удовольствия — его уловка сработала! Мы на цыпочках пробрались по коридорам, всё время прислушиваясь: не раздадутся ли вдалеке шаги Гаэласа. В этой части замка было особенно тихо. Единственная служанка, приносившая нам еду из кухни, где готовили для Хранителей, появлялась в определённые часы, а больше никому не приходило в голову навещать одинокого некроманта и его помощников.

Лестница терялась во мраке. Мы прошли несколько первых ступеней, на которые ещё попадали отсветы горящих в коридоре огней, и остановились. Лейс тронул меня за руку:

— Зажги свой огонь, — шепнул он еле слышно.

Я понюхала густой застоявшийся воздух. Пахло землёй, мхом и сыростью, а ещё — очень тонко — какой-то невесомой душистой субстанцией. Похожий аромат издавала золотистая пыльца, которой священники Ксая посыпали тела покойников прежде чем предать огню. Мне стало тяжелее дышать. Сердце забилось тревожно и подскочило к самому горлу.

— Нет, я не стану, — выдохнула я, вспомнив, как моя магия разметала мертвецов.

Что если белый огонь повредит тому, что находилось в подземелье? Ведь там могут быть какие-то особые сокровища Гильдии призывателей теней. Быть может, даже… порабощённые тени, которых в мире людей называли демонами. В ушах гулко звенела тишина. Мы наощупь спускались ниже, скользя пальцами по шершавой кирпичной стене. Лейс дышал мне в самое ухо:

— Глупая Сония, ты думаешь, я не спускался к этим дверям? Много раз! Я крался вслед за Гаэласом, чтобы разузнать, для чего он использует портальные камни.

— Так ты… узнал? — мой дрогнувший голос показался мне совсем чужим.

— Конечно же узнал! — победоносно заявил эльф и дёрнул меня вперёд.

Ступени неожиданно кончились, и мы оказались на небольшой площадке перед двустворчатыми чуть приоткрытыми дверями подземелья. Забыв об осторожности, я вслед за Лейсом вступила в просторную комнату с низким потолком. Середина её была пуста, по обе стороны вдоль стен смутно виднелись заставленные странными приспособлениями столы, вертикальные стойки и, кажется… клетки в человеческий рост. Мне стало настолько не по себе, что кровь отлила от головы и подвело живот. К тому же, странный запах пыльцы стоял здесь прямо в воздухе, и при каждом судорожном вдохе я опасалась закашляться. Оставалось только догадываться, для каких целей использовал некромант всё это жутчайшее оборудование, и я благодарила всех богов за то, что не успела разглядеть его рабочие столы в подробностях. Впрочем, меня немного успокоило то, что никаких признаков обитателей междумирья или измученных подопытных в подземелье не было. Клетки пустовали, запаха мертвечины не было слышно.

— Пойдём отсюда, Лейс, — сообразив, наконец, почему после чёрного мрака лестницы здесь не было особенно темно.

— Ты ещё не увидела самого главного, — возразил эльф.

Ведущая в следующее помещение прочно запертая дубовая дверь была окутана светящимся голубоватым туманом, и его отсветы разливали по всей комнате призрачный тусклый свет. Вдруг раздался скрипящий шорох, и сияние сделалось ослепительным, ударило по глазам так, что я вскрикнула от неожиданности и прикрыла лицо руками. Оказалось, что загадочная дверь имела небольшое оконце, задвинутое железной пластиной. И Лейс только что просунул палец в специальное кольцо и дёрнул заслонку в сторону. Мне понадобилось несколько невыносимо долгих минут, чтобы проморгаться и избавиться от режущей боли в глазах. Затем я осторожно подошла к эльфу и заглянула сквозь похожее на лёд стекло.

Посреди залитой магическим светом комнаты на каменном постаменте стоял гроб. Я немного успокоилась — это было не самое жуткое из того, что я ожидала увидеть. Крышка гроба сияла льдом, отражая множество белых и синих лучей, которые были направлены специальными кристаллами, расположенными в держателях на стенах. Разглядеть того, кто лежал в гробу, было невозможно — постамент находился выше уровня пола, как ни подпрыгивай, видишь лишь отполированную крышку.

— Это же и есть те самые камни, — прошептала я. — Похоже, они здесь удерживают в действии какое-то заклинание.