Чтение онлайн

Сообщив ему своё новое имя, оставив готовые эликсиры и проведя очередной ликбез, я уселся на поезд и покатил обратно в Джибути. Но не всё оказалось столь радужным. На границе с Джибути в вагон вошли таможенники и, пристально впившись в меня своими чёрными глазами, потребовали документы.

— Дед Бинго, гражданин Сомали?

— Да, так и есть.

— Угу, виза есть?

Я вынул и показал временную визу на полгода.

— Так, а что ты делал в Эфиопии, ммм, гражданин Бинго? Хабон, у нас, кажется, была ориентировка на эту фамилию? — обратился один к другому, а у меня по спине пробежал целый табун мурашек.

Покопавшись в кармане, тот нашёл смятый и засаленный кусок бумаги со списком убежавших из тюрьмы несколько месяцев назад. Наклонившись над ним, он стал читать по слогам:

— Вот, Башир Бе… Би… Бир… в общем, похоже на тебя.

Пришлось изображать на своём лице предельное возмущение и самое искреннее негодование от столь наглого и несправедливого поклепа.

— Я не Башир! И тем более не Бебир! Я — Дед Бинго и гражданин Сомали. И я никак не мог оказаться в заключении в вашей тюрьме, и уж тем более сбежать оттуда! Зачем это мне? Разве вы не видите, что я добропорядочный гражданин соседней страны? У меня там преуспевающий бизнес, семья, клан, наконец, который за меня стоит.

— А из какого ты клана?

— Исса.

— Ммм, понятно.

Мне задали ещё несколько наводящих вопросов, чтобы действительно удостовериться в моей клановой принадлежности, и вскоре сдались. Всё это время я держал под рукой свою сумку, где лежал пистолет, завёрнутый в металлическую фольгу. Полицейские потеребили бумажку, прочитать фамилии беглецов в которой уже не представлялось возможным, и ожидающе посмотрели на меня. Их взгляд был настолько красноречив и недвусмыслен, что я их прекрасно понял.

— Давайте не портить друг другу день, господа полицейские. Вы отлично выполняете свою работу, и я как раз хотел вознаградить вас за ваши труды…

Тонкая пачка купюр перекочевала из моего кармана в их руки. Вопрос сразу же оказался исчерпан и, взяв под козырёк, полицейские вместе с таможенниками пошли дальше.

Выдохнув, я уставился в окно, разглядывая унылый перрон пограничной станции. Не на миг нельзя расслабляться! Это чревато неожиданными проблемами, а проблемы мне не нужны. Обычная проверка документов едва не окончилась весьма плачевно! Дальнейший мой путь в Джибути оказался спокоен, и вечером четвёртого дня я уже спал в городской гостинице.

С утра, даже не позавтракав, отправился сразу в порт и, оседлав моего боевого краденного «коня», помчался в Сайлу. Чувствуя себя диким цыганом, что украл дорогого скакуна, я понукал его поводьями. Нет, не поводьями, конечно! Я просто от души выворачивал руль катера, наслаждаясь своей поездкой по Аравийскому морю. Ветер в харю, а я шпарю. Морской ветер, стоило лишь высунуть голову из-за козырька, тут же вышибал слезы у меня из глаз. Плачу я… Плачу или плачу!? Все мы платим и получаем, кто-то больше платит, а кто-то больше получает. Да, кто-то платит и плачет, а кто-то расплачивается.

В Сайле я остановился, чтобы только дозаправиться и прикинуть общий настрой постоянных обитателей порта. Да и грех не прояснить обстановку и не разузнать подробности про убитого Мудака. Может, кто уже стуканул в полицию на меня? Да, я как бы и не в обиде, дело это творческое и каждому доступно.

Порт меня встретил как обычно, то есть незаметно. Я успел заправиться, прошвырнуться по портовым магазинам и даже позадирать иностранных моряков. Последнее проделал чисто по приколу. А то стоят на своих кораблях все такие серьёзные… Грустно им, наверно: на берег не пускают, женщин не привозят, да и денег видимо не дают. Речь шла об азиатах. Не знаю, кто такие: японцы или китайцы, они для любого негра все на одно лицо.

Раскосив пальцами свои чёрные глаза, я насмешливо посвистел им, засунув пальцы в рот. Мои кривляния оценили по достоинству. Вой поднялся до небес! Оскорблённые в лучших чувствах «китайцы» швырялись в мою сторону, чем только можно, орали на своём чирикающем языке, распаляя меня этим на ещё большие подвиги. Отбежав на безопасное расстояние, чтобы до меня не долетал всякий хлам, я ещё покрутил им фиги, обзывая всяческими словечками.

Те разорались ещё больше! Портовые зеваки сначала просто с любопытством глазели на действо со стороны. Но дурной пример заразителен! И вот уже целая толпа негров корчит рожи, доводя узкоглазых до бешенства. Вскоре вся команда азиатов столпилась на палубе, матерясь на своём и кидаясь в нас, чем ни попадя! Наконец, до них дошло, что можно ответить нам тем же. Они тоже начали кривляться и, изображая из себя обезьян, скакать по палубе, взбираться на леера и чесать свою безволосую грудь.

Теперь уже завыли те, кто стоял на берегу! Толпа негров постепенно пополнялась новыми паяцами, яростно выкрикивая в сторону азиатов обидные дразнилки. Команды других кораблей, не имеющие чести принадлежать ни к жёлтой, ни к чёрной расе, от души хохотали над нашими ужимками, развлекаясь за чужой счёт. Я бы тоже к ним присоединился, если б волею случая или судьбы не был чернокожим.

Ребячество моё закончилось быстро, к тому же китайцы догадались притащить брандспойт и теперь поливали негров водой, охлаждая излишне разгорячённую толпу! Устав развлекаться, я срулил с пирса, получив свою долю адреналина.

Всё же гормоны молодого тела делали своё чёрное дело! Иногда меня ощутимо заносило, а при виде молодых женщин порой просто клинило. Пока меня спасала внешняя непривлекательность негритянок и их излишняя измождённость, что отбивало всякое половое влечение. Прыгнув в катер, я завёл его и быстро отчалил, чтобы через пару минут, подняв винтами белопенный бурун, уплыть в открытое море.

Так я плыл всё дальше на юг, желая доплыть до Момбасы, но остановился в порту Марка. Очень хотелось прогуляться по Могадишо, но сунуться в столицу Сомали я так и не отважился. В Марке доложил на счёт денег, оставив себе мелкую наличку. Жаль, банковских карт ещё не придумали, а если и придумали, то в Африке они пока не появились. Возиться с чековыми книжками не хотелось, тем более в Африке, сами понимаете, немного другие правила. Так что в ходу исключительно наличные.

В дальнейшем мой путь не был особо интересен, вот только двигатель уже стал подкашливать. Я намотал на нём порядка двадцати тысяч морских миль, а это много. Пришлось в Момбасе делать длительную остановку и приступать к капитальному ремонту двигателя.

Выходить на пиратский промысел на неисправном катере как-то не очень хорошо. Гвалт порта Момбасы оглушил меня, мой катер выглядел уже порядком потрёпанно и не вызывал больше ажиотажа у воров и грабителей. Для пущего эффекта я его совсем не берёг и постоянно царапал борт катера о пирсы и причалы. Да и остановки на безлюдных и безвестных берегах не добавляли ему шика. Так что по всему корпусу теперь красовались вмятины и царапины. Сняв с него мотор, я и вовсе превратил былую роскошную посудину в голого короля.

Своих бойцов, отпущенных после удачного пиратского рейда, я не нашёл, да и не искал особо. Как их найдёшь в этом большом порту? Да и Кения огромная, попробуй, отыщи в ней человека. Но разговоры о том, что обычные рыбаки внезапно сильно разбогатели, в порту слышал. Впрочем, главное — сейчас мотор отремонтировать, и слушок пустить, что нужны отчаянные люди (желательно, имеющие проблемы с законом) в некий отряд. Мотор мне отремонтировали, слух благополучно ушёл в народ, пора и на остров Пемба.