Чтение онлайн

Рулевой поспешно взял вправо, что сразу же ощутили все на резко накренившемся корабле. Кому-то не повезло, и он упал, не удержавшись на уехавшей из-под ног палубе. Кое-кто свалился с кровати, отдыхая от ночных утех и дел праведных. А кто-то оконфузился, плеснув вина из бокала прямо на грудь даме. Люди отдыхали, а тут такое.

— Проклятый кусок дерьма! Он что, пьян? — никак не успокаивался капитан. — Пьянчинни, снизить скорость, — и капитан дёрнул за рычаг машинного телеграфа, переведя его из положения «полный вперёд» в положение «средний ход».

В машинном отделении глянули на звякнувший телеграф, что изменил своё положение, и переключили скорость.

— У сейнера явные проблемы, капитан, — произнёс первый помощник. — Видите, у него сорвана сеть, и сам он вихляет, как портовая проститутка в самом дешёвом африканском кабаке.

— Тысяча слонов! Мачту ему в зад! — капитан бегал по рубке, активно жестикулируя и «договаривая» руками то, что не мог сказать вслух. Часть жестов явно носила нецензурный смысл. — Я первый раз такое вижу! Судно не африканское, а азиатское, почему он так себя ведёт?

— Понятия не имею, капитан, — проговорил помощник и предостерёг: — Но надо быть осторожнее: не дай Бог, он повредит наш корпус! Тогда хозяин спустит с нас три шкуры. Страховка не покроет все расходы, если при этом ещё и пострадает кто-то из пассажиров. Я уже слышу визгливые женские голоса об испорченном платье, ушибе мягкого места и прочих страшных происшествиях.

— Я понял, — капитан дёрнул рычаг машинного телеграфа со «среднего» на «малый» ход.

— Что они там делают интересно? — нахмурился старший механик, ещё больше снижая скорость. — То корабль кидают, то скорость резко снижают… Что там происходит?

Его вопрос повис в воздухе, младший механик пожал плечами и вновь погрузился в работу, следя за приборами.

— Капитан, лодки! — в рубку забежал официант, разносивший напитки на палубе.

— Какие лодки? — капитан метнулся к окну и едва не приник носом к мгновенно запотевшему стеклу рубки. — Ничего не разобрать!

Он выскочил на палубу, чтобы увидеть, как с одного, а потом и с другого борта подходят две лодки с вооружёнными людьми.

«Пираты!» — дошло до него.

Ни слова не говоря, он бросился обратно в рубку и, схватив трубку переговорного аппарата, набрал короткий номер радиорубки.

— Вилли! Срочно подавай сигнал бедствия: на нас напали пираты! На всех волнах передавай: на нас напали пираты! Координаты…

Он продиктовал координаты и тут же нажал на кнопку пожарной сигнализации, но было уже слишком поздно. Тревожный вой только начал набирать силу по всему кораблю, когда вооружённые негры оказались на его борту. И начался хаос.

Звуки выстрелов слились с дикими криками людей и визгом женщин. Обезумевшие от страха отдыхающие метались по палубе, падали и мечтали запереться в своих каютах. Всё смешалось! Люди бросались из стороны в сторону, пытаясь спастись, но спасения нигде не было. Оставалось надеяться лишь на нечаянную помощь и божественное провидение. Но, разумеется, никто не пришёл им на помощь, да и провидение подкачало.

Военных кораблей рядом не оказалось, а патрульные суда из Сомали даже не пошевелились. Да и кому охота попасть под пули пиратов? Однако сигнал приняли другие суда, находящиеся в Аденском заливе, и передали по цепочке другим и на берег. Дошёл он и до Джибути, а вскоре и до командира военной базы. Узнав о происшествии, Жак Лариньи вызвал своего морского офицера.

— Отправляйте все имеющиеся у нас корабли, — приказал бригадир ему, — и пожёстче там, не стоит никого жалеть, живым нам нужен только главарь, все прочие не интересны. Впрочем, парочку пиратов всё же стоит оставить для допросов.

— Всё будет сделано, месье, — и, козырнув, офицер выбежал из кабинета.

Спрыгнув на борт судна, я поспешил к своим бандитам, которые явно вошли в раж, переворачивая весь корабль вверх дном. Они врывались в каюты, сдирали золото с женщин и мужчин, опустошали их карманы и небольшие сейфы. В одной каюте засел, кажется, американец с револьвером и отстреливался оттуда, ранив одного из нападавших. Большинство же пассажиров покорно отдавали деньги и свои драгоценности.

Ворвавшись на мостик и взяв на мушку капитана, я в его сопровождении дошёл до сейфа и выгреб всю наличность в сумку. Потом мы посетили бар и ресторан. В этих местах я не отказал себе в удовольствии и, выбрав вино подороже, выпил аперитив, ещё и бутылку французского коньяка прихватил с собой. Забрав наличку, я связал и запер капитана, и в сопровождении двоих подельников отправился осматривать корабль, попутно изымая всё награбленное у своих пиратов.

На всё про всё ушёл примерно час времени, не так уж много, но и не мало. Оставался лишь единственный пассажир, тот самый американец, что упорно отстреливался из каюты. То ли у него денег было много, то ли совсем безбашенный попался. Вскоре подоспели два моих негра со шмайсерами.

— Сдавайся!

— Вонючие негры! Вы не зайдёте сюда, у меня много патронов!

Я осмотрелся. Бойню, конечно, можно устроить, но вот итоги её предугадать трудно: рикошеты, ненужное убийство и прочее.

— Ладно, не хочешь сдаваться, американская свинья, тогда умри с честью. Дай автомат. Лови, фак ю сан оф зе бич! — заорал я так громко, что если не совсем дурак, то сообразит. Ну, а если дурак, то одним дураком на этом свете станет меньше.

Сняв автомат с предохранителя, я дал короткую очередь в упор, целя по верху каюты. Пули с визгом прошили деревянную дверь, усыпав весь пол щепками.

— Сдавайся, янки! Жизнь или кошелёк, сто якорей тебе в рот!

В каюте сначала стало тихо, потом послышалось какое-то шуршание.

— По команде: «раз, два, плиии!» сразу стреляем в упор, — сказал я своим и повторил это же специально по-английски.

— Стойте, я сдаюсь.

— Вперёд, — кивнул я обоим пиратам, и они вынесли едва державшуюся на итальянских соплях дверь.

В каюте сидел американец с квадратными лицом и накаченной мускулатурой. В руках он держал револьвер, что уныло висел стволом вниз.

— Ненавижу вас всех, чёрные собаки. Я воевал во Вьетнаме с жёлтыми собаками, и вот уже чёрные бешеные псы норовят напасть и загрызть меня целой стаей.

Зайдя, я ногой вышиб из его рук пистолет и огляделся вокруг. В стенах застряли автоматные пули. Что-то разбилось, дверь разнесена в щепу, но в целом существенного вреда каюте не нанесено.

— Хватит болтать, америкос. Скажи спасибо, что я оставляю тебя в живых. Это дань твоей личной храбрости. А теперь открой сейф, нам нужны деньги.