Чтение онлайн

Установив тигель на нужное место, я включил вытяжку и разжёг очаг углём, чтобы нагреть тигель до необходимой мне температуры. Но плавить я намеревался не сталь, а кое-что другое, свое золото. Разобрав золотые украшения, я не заметил среди них каких-то шедевров. Сбывать украшения очень сложно, поэтому проще переплавить. Да в цене они, разумеется, потеряют. Но что поделать? Ещё предстоит отделить белое золото от жёлтого, выплавить серебро и медь из него. Впрочем, «и опыт, сын ошибок трудных, и гений…» — признак мастерства.

Формочки вылепил из гипса, просто придав им округлую форму своими пальцами. То есть, я вдавил в него крупную монету, что нашёл здесь же, и форма для золота оказалась готова. А вот дальнейшее действо потребовало много времени: несколько часов я потратил на извлечение драгоценностей камней. Большинство, к сожалению, пришлось выкинуть: все эти алмазы до десятых долей карата интересны разве что стекольщикам, да и то лишь для того, чтобы сделать из них стеклорезы.

Я безжалостно выкинул половину камней, а позже ещё часть. Возиться с ними не стоило, продать невозможно, поэтому пусть валяются на улице в пыли. Между тем температура в тигле уже поднялась до необходимой, и помещённое в него золото стало потихоньку плавиться. Процесс, как говорится, пошёл.

Как только золото принимало консистенцию масла, я сливал его в форму, и снова ставил на огонь, добавляя следующую порцию лома из украшений. Работа для новичка всё же достаточно сложная, но в деле приготовления всяких снадобий, их возгонки, нагрева и прочего новичком я не был.

Через несколько часов всё золото оказалось переплавлено в маленькие слитки, теперь можно идти к Чарти. Взяв часть камней, которых набралось не так уж много, и один слиток золота, я двинулся на поиски подельника. В прошлый раз он рассказал, где ещё его можно найти, если не окажется дома. Поэтому, не обнаружив Чарти в его квартире, я решил не ждать и прогуляться по тому адресу, где он мог находиться.

Уже поздним вечером Чарти вышел из этого дома и направился в сторону своей квартиры, тут-то я его и перехватил.

— Чарти, как поживаешь? — подкрался я к нему сзади. Тот вздрогнул, обернулся и, увидев меня, немного успокоился.

— По-всякому, но деньги есть, и можно жить.

— А хорошо жить ещё лучше, да. Помнишь, я тебе говорил, что мне нужно будет сдать золото? Ты тогда всё узнал?

— Узнал, — настороженно подтвердил Чарти.

Мы неторопливо шли по улице.

— Ну, тогда вот, держи, — произнёс я и протянул ему небольшой узелок. — Здесь драгоценные камни и немного золота. Отнеси это ювелирам и продай. За золото деньги возьми сразу, а за камни только аванс. Да они тебе сразу и не дадут ничего, скажут: то да сё, мол, посмотреть нужно, оценить. Я приду к тебе завтра вечером и принесу ещё. Уловил?

Чарти кивнул и принял от меня тяжёлый узелок. В нём же находился почтовый конверт с алмазами, рубинами и изумрудами.

— Всё, бывай тогда. До завтра!

Мы расстались у самого его дома. Причём Чарти ещё некоторое время удивлённо смотрел мне вслед. Я же ушёл быстро, не оглядываясь. Времени до завтра у меня было немного и я, вернувшись в свою лабораторию, перебрал и рассортировал лекарства. Быстро поужинав, стал священнодействовать над старыми эликсирами, изготавливая новые и делая из слабых более сильные.

В общем, денег у меня уже достаточно. А вот находиться в Джибути становилось опасно, и следовало отсюда исчезнуть хотя бы на время, а может и навсегда. Подвал полностью принадлежал мне, дверь стояла железная, и вероятность проникновения в него маловероятна. А в течение года я что-нибудь придумаю, если жив останусь.

Быстро пролетела ночь, за ней наступил день. Прошвырнувшись по городу и забредя в порт, я заметил, что обычная для подобных мест суета многократно возросла. Чаще всего в разговорах слышалось слово: пираты. Зайдя в портовое кафе, я заказал себе рыбопродуктов и, попивая немецкое пиво, внимательно прислушался к разговорам за соседними столиками. Здесь сидели в основном иностранные моряки да портовые чиновники. Для простых местных рыбаков слишком дорого.

Как я понял из разговоров: дурной пример оказался заразителен. Кто-то помимо меня тоже решил попиратствовать, но удача им не благоволила. В итоге всех поймали. Кого-то убили сразу, кого-то позже, а остальных сейчас допрашивали. И теперь моряки пересказывали друг другу последние новости. Ну, и замечательно, на что-то подобное я и рассчитывал. Мне бы золото поскорее продать.

Вечер подкрался незаметно, и я, забрав из лаборатории всё оставшееся золото, вновь отправился на встречу с Чарти. Он, как я и говорил ему, сидел дома и сразу же открыл дверь, едва я постучал.

— Всё нормально? Никого?

— Я один, — качнул головой Чарти.

— Хорошо. Золото и камни продал?

— Продал, но за камни дали мало. Сказали, что они плохие, и либо сразу бери деньги, либо уходи. Я взял.

С трудом сдержавшись, чтобы не обругать этого нагло врущего мне в лицо негодяя, я спросил:

— А золото?

— Золото взяли, вот деньги.

Пачки новеньких хрустящих банкнот перешли мне в руки. Наскоро пересчитав их, я уточнил о цене на золото и, несмотря на то, что Чарти явно меня обманывал, выдал ему премию и процент от сделки.

— Вот возьми ещё золота. Продай его всё. Завтра я зайду за деньгами и принесу тебе ещё больше золота и драгоценных камней. Эти будут покрупнее тех, что ты продал, не продешеви.

— Да? — и глаза Чарти вспыхнули ярким огнём жадности. На мгновение его черты исказились, но страх передо мной тут же приглушил их блеск.

— А лекарство от змеиного яда ты мне дашь?

— Дам, но тоже завтра. Оно поможет тебе полностью избавиться от него. Это моя награда за твою помощь в продаже золота. Я и в будущем готов продавать через тебя многое.

Ещё одна радость осветила лицо Чарти. Ну, да пускай радуется, может всё и обойдётся. Передав очень тяжёлый свёрток, я ушёл, напоследок предупредив его:

— Только учти, если денег тебе за эту партию не дадут, я отменяю сделку. И ты принесёшь золото обратно. Усёк? И смотри, обманешь — не сносить тебе головы, и умрёшь ты в адских муках. Запомни это, и не говори потом, что я тебя не предупреждал.

Чарти кивнул, осознав угрозу.

На следующий день, с самого утра я двинулся на рынок, где продавали животных, и купил там довольно неплохого верблюда. Заплатив за него, отвёл на окраину города, где и оставил у жителя одной из лачуг, сказав, что заберу верблюда ночью.

Конечно, наш договор помимо слов был подкреплен деньгами, не очень большими, но существенными для бедняка. Договорившись, что к моему возвращению верблюд должен быть напоен, накормлен и вычищен, а меж его горбов будут висеть меха с водой, я всё же сходил в магазин. Не особо надеясь на местного, закупил там продуктов, воды и собственно бурдюк под воду и оставил всё это в лачуге охранника, дав ему также сверху продуктов.

Клятвенно заверяя, что верблюд будет и ухожен, и накормлен, меня проводили всей семьёй. Уже уходя, я тронул нож на своём поясе и показал его, чтобы никаких иллюзий этот негр себе не строил. Взглянув на моё решительное лицо, он погрустнел, но тут же собрался и снова подтвердил, что наш с ним договор находится в силе.