Чтение онлайн

Плача, она спустилась с кровати и вышла из комнаты. Бао-юй бросился за ней.

– Милая сестрица, я виноват перед тобой, но только никому не рассказывай об этом! Пусть у меня вырвут язык, если я еще когда-нибудь осмелюсь произнести что-либо подобное!

В это время к ним подошла Си-жэнь и позвала Бао-юя:

– Иди скорее одеваться, тебя зовет отец!

Слова эти прозвучали для Бао-юя как гром среди ясного неба. Сразу позабыв обо всем, он опрометью побежал одеваться. Выходя из сада, он увидел стоявшего у вторых ворот Бэй-мина и спросил его:

– Ты не знаешь, зачем меня зовет отец?

– Он собирается куда-то ехать, – ответил Бэй-мин. – Во всяком случае, скорее идите к нему, там все узнаете.

Он стал торопить Бао-юя. Они свернули в сторону большого зала. Всю дорогу Бао-юй терзался сомнениями. Вдруг из-за угла ограды послышался раскатистый смех. Бао-юй быстро обернулся и увидел, что из-за угла, хлопая в ладоши, выскочил Сюэ Пань.

– Если бы тебе не сказали, что зовет отец, разве ты явился бы так быстро! – воскликнул он.

Бэй-мин, тоже смеясь, опустился перед Бао-юем на колени.

Бао-юй в растерянности остановился и долго не мог понять, что случилось. Лишь постепенно до его сознания дошло, что все это подстроил Сюэ Пань, чтобы выманить его из сада. А в это время Сюэ Пань уже приблизился к нему, низко поклонился и попросил извинения.

– Не сердись на этого малого, – сказал он, кивнув в сторону Бэй-мина. – Он ни в чем не виноват, это я упросил его обмануть тебя.

Бао-юю ничего не оставалось, как улыбнуться и спросить:

– То, что ты меня обманул, пустяки! Но зачем ты велел сказать, что меня зовет отец? Разве хорошо лгать? Вот расскажу тетушке, пусть тебя отругает!

– Дорогой братец, мне так хотелось поскорее тебя вызвать, что я забыл, что подобными вещами шутить нельзя, – ответил Сюэ Пань. – Ну ладно, если тебе когда-нибудь понадобится вызвать меня, можешь тоже сказать, что меня зовет отец.

– Ай-я-я! – воскликнул Бао-юй. – За это ты заслуживаешь еще большего наказания!.. А ты, негодяй! – крикнул он Бэй-мину. – Чего еще стоишь на коленях?

– Я бы не стал тебя тревожить по пустякам, – говорил между тем Сюэ Пань, обращаясь к Бао-юю. – Но завтра третье число пятого месяца, день моего рождения, и по этому поводу Ху Сы-лай и Чэн Жи-син где-то достали огромный и рассыпчатый корень лотоса и невиданной величины арбуз. Кроме того, они подарили мне копченого поросенка и большую рыбу, присланную им в подарок из Сиама. Вот и подумай, разве часто приходится получать такие подарки? Ну, рыба и поросенок стоят дорого, и их трудно достать. Но удивительно – каким образом удалось вырастить такой большой корень лотоса и такой арбуз? Первым долгом я угостил свою матушку, а затем часть отослал твоей бабушке и матери. Оставшееся я сначала хотел съесть, но потом подумал, что это было бы незаслуженным счастьем для меня. Поразмыслив хорошенько, я решил, что, кроме меня, еще ты достоин есть такие редкие вещи, и поэтому пришел пригласить тебя к себе. Кстати, у меня будет один интересный малый – актер и певец. Ты не против того, чтобы денек повеселиться вместе?

Они направились в кабинет. Там уже сидели Чжань Гуан, Чэн Жи-син, Ху Сы-лай, Шань Пин-жэнь и незнакомый Бао-юю актер. Увидев Бао-юя, все поздоровались с ним и стали расспрашивать, как он себя чувствует. Затем гости выпили чаю, и Сюэ Пань распорядился подать вино. Слуги бросились хлопотать, и через некоторое время все заняли места за столом.

Бао-юй убедился, что арбуз и корень лотоса действительно невиданных размеров, и с улыбкой сказал:

– Мне очень неудобно. Я получил приглашение, а не прислал подарков.

– Пустяки! – ответил Сюэ Пань. – Надеюсь, завтра, когда ты придешь меня поздравлять, подаришь что-нибудь оригинальное.

– Мне нечего подарить, – смущенно признался Бао-юй. – Одежда, кушанья, деньги – все это не мое. Мне принадлежит только то, что я могу сделать сам: например, какая-нибудь надпись или рисунок…

– Кстати о рисунках, – перебил его Сюэ Пань. – Вчера я видел не совсем пристойную картину, хотя и прекрасно выполненную; на ней была длинная надпись. Я не стал внимательно читать, но, кажется, там были иероглифы «гэн» или «хуан». А в общем, замечательно!

Слова Сюэ Паня вызвали сомнение у Бао-юя, и он подумал:

«Я видел почти все картины древних и современных художников и внимательно читал надписи на них, но такие иероглифы, как «гэн» и «хуан», мне не доводилось встречать».

Подумав еще немного, он вдруг засмеялся и приказал подать ему кисть. Написав на ладони два иероглифа, он обратился к Сюэ Паню с вопросом:

– Ты уверен, что это действительно были иероглифы «гэн» и «хуан»?

– А почему нет? – в свою очередь спросил тот.

Тогда Бао-юй открыл ладонь, показал написанные на ней иероглифы и снова спросил:

– Может быть, там были эти иероглифы? Они в самом деле очень похожи на знаки «гэн» и «хуан».

Все гости поглядели на ладонь Бао-юя и увидели, что там написано «Тан Инь».

– Ну конечно так и есть, – рассмеялись присутствующие. – Наверное, у тебя в глазах рябило, когда ты читал надпись!

Сюэ Пань смущенно улыбнулся.

– А кто его знает, «Тан Инь» это или «Го Инь»?

В этот момент вошел мальчик-слуга и громко объявил:

– Господин Фын.

Бао-юй сразу догадался, что это Фын Цзы-ин, сын полководца Божественной воинственности Фын Тана.

– Сейчас же проси! – закричали Сюэ Пань и гости.

Через мгновение на пороге появился улыбающийся Фын Цзы-ин. Все вскочили с мест и стали наперебой предлагать ему сесть.

– Здорово! – воскликнул Фын Цзы-ин. – Даже за дверь не хотите выйти, веселитесь дома!

– Мы вас так давно не видели! – в один голос воскликнули Сюэ Пань и Бао-юй. – Как поживает ваш почтенный батюшка?

– Благодарю, отец здоров, – ответил Фын Цзы-ин. – Только мать простудилась и, надо сказать, чувствует себя неважно.

Заметив на лице Фын Цзы-ина небольшую ссадину, Сюэ Пань с улыбкой спросил:

– Видно, опять с кем-то подрались? Ишь, как вывеску разукрасили!

– Нет! С тех пор как мы подрались с сыном дувэя [107] , я больше такими делами не занимаюсь! – возразил Фын Цзы-ин. – Зачем мне драться? Что касается ссадины, то это меня задел крылом сокол, когда мы охотились в горах Теваншань.