на главную - закладки - комментарии

Чтение онлайн

КНИГИ

switch

АВТОРЫ

ЖАНРЫ

Деловая литература

Детективы

Детские

Документальная литература

Дом и Семья

Драматургия

Жанр не определен

Компьютеры и Интернет

Любовные романы

Научно-образовательная

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия и эзотерика

Справочная литература

Старинная литература

Техника

Фантастика

Фольклор

Юмор

Сонет Серебряного века. Сборник стихов. В 2 томах. Том 2
на обложку

Мартьянова Людмила Михайловна
Шрифт:

1912

Сергей Соловьев

Посвящение

Памяти Юрия Сидорова

Я вижу гор шотландских властелина,Я слышу лай веселых песьих свор.Под месяцем, теней полна долина,Летит Стюарт и грозный Мак-Айвор.В тумане вереск. Мрачен разговорСтолетних елей. Плачет мандолина,И шепчет ветр над урною: Алина!О, темных парк жестокий приговор!Но се алтарь. Клубится ладан густо.Какая радость в слове Златоуста!Выходит иерей из царских врат,И розами увит его трикирий.Я узнаю тебя, мой брат по лире,Христос воскрес! мы победили, брат.

Поцелуй

Твое лицо – запечатленный сад,Где утренняя роза розовеет;От лепестков полураскрытых веет,Маня пчелу, медовый аромат.И я пришел в цветущий вертоград,Где райский плод сквозь зелени краснеет.Ах, знал ли я, что для меня созреетРумяных уст мускатный виноград?Твои глаза впивая взором жаднымИ ими пьян, как соком виноградным,Припав к груди, я пью душистый вздох,Забыв о всем волнующемся мире.В твоих губах, как в золотом потире —И небеса, и ангелы, и Бог.

Венера и Анхиз

Охотник задержал нетерпеливый бег,Внезапно позабыв о луке и олене.Суля усталому пленительный ночлег,Богиня ждет его на ложе томной лени.Под поцелуями горят ее колени,Как роза нежные и белые, как снег;Струится с пояса источник вожделений,Лобзаний золотых и потаенных нег.Свивая с круглых плеч пурпуровую ризу,Киприда падает в объятия Анхизу,Ее обвившему, как цепкая лоза.И плача от любви, с безумными мольбами,Он жмет ее уста горящими губами,Ее дыханье пьет и смотрит ей в глаза.

Купанье нимф

На золотом песке, у волн, в тени лавровой,Две нимфы, нежные, как снег с отливом роз,Сложили бережно прозрачные покровыИ гребни вынули из ароматных кос.Климена нежная с Агавой чернобровойПоплыли, обогнув береговой утес,И ветер далеко веселый смех разнес,Ему отозвались прибрежные дубровы.И целый час слышны удары, крик и плеск.Но солнце низится, умерив зной и блеск,И девы стройные, подобные лилеям,Выходят на песок, который так горяч,Что им обжег ступни. Они играют в мяч,Натершись розовым, блистательным елеем.

Максу Волошину

Сонет

Ты говорил, а я тебе внимал.Элладу ты явил в словах немногих:И тишину ее холмов отлогихИ рощ, где фавн под дубом задремал.Когда б ты знал, как в сердце принималЯ благостную нежность линий строгих.Ты оживил напевы козлоногихИ спящих нимф, в тени, без покрывал.И понял я, что там безвластно горе,Что там пойму я все без дум и слов,Где ласково соединяет мореБрега мостом фиалковых валов,В которых отразился свод лазурный,Где реет тень сестры над братской урной.

1906

София Парнок

Фридриху Круппу

Сонет

На грани двух веков стоишь ты, как уступ,Как стародавний грех, который не раскаян,Господней казнию недоказненный Каин,Братоубийственный, упорный Фридрих Крупп!На небе зарево пылающих окраин.На легкую шинель сменяя свой тулуп,Идет, кто сердцем щедр и мудро в речи скуп,—Расцветов будущих задумчивый хозяин.И ядра – дьявола плуги – взрывают нови,И севом огненным рассыпалась шрапнель.О, как бы дрогнули твои крутые бровиИ забродила кровь, кровавый чуя хмель.Но без тебя сверкнул, и рухнул, и померкТобой задуманный чугунный фейерверк.

Сонет

Следила ты за играми мальчишек,Улыбчивую куклу отклоня.Из колыбели прямо на коняНеистовства тебя стремил излишек.Года прошли, властолюбивых вспышекСвоею тенью злой не затемняВ душе твоей, – как мало ей меня,Беттина Арним и Марина Мнишек!Гляжу на пепел и огонь кудрей,На руки, королевских рук щедрей,—И красок нету на моей палитре!Ты, проходящая к своей судьбе!Где всходит солнце, равное тебе?Где Гете твой и где твой Лже-Димитрий?

Акростих

Котлы кипящих бездн – крестильное нам лоно,Отчаянье любви нас вихрем волоклоНа зной сжигающий, на хрупкое стеклоСтуденых зимних вод, на край крутого склона.Так было... И взгремел нам голос Аполлона,—Лечу, но кровию уж сердце истекло,И власяницею мне раны облеклоПризванье вещее и стих мой тише стона.Сильнее ты, мой брат, по лире и судьбе!Как бережно себя из прошлого ты вывел,Едва вдали Парнас завиделся тебе.Ревнивый евнух муз – Валерий осчастливи.Окрепший голос твой, стихов твоих елей,Высокомудрою приязнию своей.

1916

* * *
«Который час?» – Безумный. Смотри, смотри:одиннадцать, двенадцать, час, два, три!В мгновенье стрелка весь облетает круг.Во мне ль, в часах горячечный этот стук?Он гонит сердце биться скорей,скорей скороговоркою бешеною своей...Ах, знаю, скоро я замечусь сама,Как этот маятник, который сошел с ума,и будет тускло-тускло гореть ночник,и разведет руками мой часовщик,и будет сердце биться, хрипя, стеня,и на груди подпрыгивать простыня...Где будешь ты в ту полночь?Приди, приди, ты, отдыхавший на моей груди!
* * *
Паук заткал мой темный складень,И всех молитв мертвы слова,И, обезумевшая за ночь,В подушку никнет голова.Вот так она придет за мной —Не музыкой, не ароматом,Не демоном темнокрылатым,Не вдохновенной тишиной,—А просто пес завоет, илиВзовьется взвизг автомобиля,И крыса прошмыгнет в нору.Вот так! Не добрая, не злая,Под эту музыку жила я,Под эту музыку умру.

1922

31 января

Евдокии Федоровне Никитиной

Кармином начертала б эти числатеперь я на листке календаря,исполнен день последний января,со встречи с Вами, радостного смысла.Да, слишком накренилось коромыслосудьбы российской. Музы, не даря,поэтов мучили. Но вновь – заря,и над искусством радуга повисла.Delphine de Cirardin, Rachel, Vernhaga,Смирнова, – нет их! Но оживленыв Вас, Евдокия Федоровна, сныте славные каким-то щедрым магом,—и гении, презрев и хлад, и темь, спешат в Газетный, 3, квартира 7.
1-111213141516171819202122232425-35
Поделиться с друзьями:
© 2024 xBook

Почта для связи: xbook.shoplift810@passfwd.com