Чтение онлайн

Фраза использовалась драматургом в других сонетах и произведениях: «But best is best, if never intermix’d», переводится, как «Но лучший — есть лучший, если не смешивать пока» и фраза «Truth needs no colour, with his colour fix’d» дают ссылку на основную квалификацию адресата сонета (Генри Райотесли, 3-й граф Саутгемптон), полученную по окончанию обучения в колледже Святого Иоанна, Кембридж, — магистра искусств.

Вероятная парафраза от «Лучшее — враг всего хорошего», авторский эпиграф в опубликованном комментарии Джона Флорио перевода книги с итальянского на английский «Декамерон» Боккаччо.

Можно предположить, что адресат сонетов, был в первых рядах в смене одежды различных цветовых оттенков, возможно законодателем моды при дворе.

Краткая справка.

В октябре 1585 года в возрасте двенадцати лет, Генри Райотесли, 3-й граф Саутгемптон был прият в колледж Святого Иоанна в Кембридже. 6 июня 1589 года Саутгемптон получил степень магистра искусств. В связи с чем, имя Саутгемптона было внесено в реестр юридического общества Грейс Инн до того, как он покинул университет, и был принят 29 февраля 1588 года.

Натан Дрейк (Nathan Drake) в «Шекспире и его времени» был первым, кто предположил, что Саутгемптон был не только посвященным двух длинных повествовательных стихотворений Шекспира, но и адресатом серии сонетов «Прекрасной молодёжь». Титульный лист ссылается на «главного зачинателя этих вдохновляющих сонетов «г-на W. H.», и ранее было сделано заключение, что Сонеты были адресованы «г-ну W. H.».

Невзирая на это, Натан Дрейк принял предположение Чалмерса (George Chalmers) о том, что одно из значений слова «beget», «порождать» — «bring forth», «производить», где утверждалось, что «г-н W. H., был скорее всего поставщиком рукописи, чем адресатом сонетов «Прекрасная молодёжь», о которой говорилось в стихах. Другие приверженцы теории о том, что Саутгемптон был адресатом сонетов, предположили, что его инициалы «H. W.» (Henry Wriothesley) Генри Райотесли, были просто изменены издателем, чтобы скрыть его личность. Но Хонан (Park Honan) утверждал, что, хотя Саутгемптон мог быть причастен к сонетам Шекспира «... нет реальной вероятности, что он предал его, нарисовав его портрет как непостоянного, вероломного молодого человека из сонетов, который неявно «похотлив» (сонет 95), «чувственен» до «вины» или до своего «позора» (сонеты 34, 35) и одержим пороками».

Несмотря на обширные архивные исследования, не было найдено никаких документов, касающихся их сотрудничества, кроме посвящений двум длинным повествовательным стихотворениям Шекспира. Несмотря на это, в 1593 году Шекспир посвятил Саутгемптону (Henry Wriothesley) свою поэму «Венера и Адонис» («Venus and Adonis»). За которой в 1594 году последовало следующее посвящение Саутгемптону в «Изнасилование Лукреции». Хотя посвящение Венере и Адонису более сдержанно, посвящение в «Изнасиловании Лукреции» было написано в экстравагантных выражениях: «Любовь, которую я посвящаю вашей светлости, бесконечна ... То, что я сделал, принадлежит вам; то, что я должен сделать, принадлежит вам; будучи частью всего, что у меня есть, я посвятил себя вам».

Драматург Николас Роу (Nicholas Rowe), опираясь на авторитет поэта и драматурга Уильяма Давенанта (William Davenant) (1606 — 7 апреля 1668), заявил в своей книге «Жизнь Шекспира» («Life of Shakespeare»), что Саутгемптон однажды дал Шекспиру 1000 фунтов стерлингов, чтобы «совершить покупку», но Хонан называл — это мифом. (Honan, Park 2012: «Wriothesley, Henry, third earl of Southampton» (1573—1624). Oxford Dictionary of National Biography).

Но возвратимся к семантическому анализу сонета 101.

Повествующий бард, вплетает по касательной обвинения молодому человеку, который пренебрёг многолетней дружбой с бардом, и предпочел дружбу с поэтом-соперником.

«Поэтому он не нуждается в похвале чахлой, твоей лжи немой?

Оправданье не молчанье, а значит заложено тобой» (101, 9-10).

Но в строке 9, это не прямое обвинение, а риторический приём, поэтому автор в конце строки поставил знак вопроса: «Поэтому он не нуждается в похвале чахлой, твоей лжи немой?». Бард предоставляет, пространство адресату для того, чтобы вернуться к нему на повинную, возобновив старую дружбу.

Строка 10 построена на сравнении: оправданий молодого человека и молчании барда, с последующим логическим выводом: «Оправданье не молчанье, а значит заложено тобой». Становится очевидным, что приемы литературно риторики направлены на молодого человека, посредника между бардом и Музой, но завуалированы обращениями к метафорической Музе.

Сама фраза «значит заложено тобой», говорит о том, что разрыв отношений между бардом и адресатом сонета был преднамеренно инициирован, именно им.

Далее следует сложный риторический приём, переходящий в сослагательное наклонение. Описывающий возможную перспективу «быть восхваляемым в веках», но возможно уже упущенную.

«Чтоб поставить на него много, пережившего золочённую гробницу

И быть восхваляемым в веках ещё предстоит подчас» (101, 11-12).

В строке 11, бард в профетическом повествовании во фразе «чтоб поставить на него много», вероятнее всего говорил о поэте-сопернике, к которому переметнулся «молодой человек»: «Чтоб поставить на него много, пережившего золочённую гробницу». Сама фраза «переживший золочённую гробницу», говорит о предположительных заслугах перед обществом в области литературы или драматургии.

В строке 12, бард описал предполагаемую перспективу адресату сонета: «И быть восхваляемым в веках ещё предстоит подчас». Однако, риторический тон изложения выглядит, как предупреждение о том, чтобы адресат сонета сделал правильный выбор.

«Тогда исполни свою службу, Муза; Я научу тебя, как (тебе к лицу)

Сделать, чтоб он не казался таким далёким, как он покажется сейчас» (101, 13-14).

В заключительных двух строках, повествующий бард подводит черту, изложенному выше. Но двусмысленность строк 13-14, столь очевидна, так как строки направлены, как метафорической Музе, так и в адрес «молодого человека», который являлся посредником между Музой и бардом, раньше до размолвки с автором сонета. Поэтому, как таковую исполнить «свою службу» должна Муза и её посредник «молодой человек». Строка 13: «Тогда исполни свою службу, Муза; Я научу тебя, как» подобает, является заключительным приёмом литературной риторики. Мной не только для рифмы, но и по смыслу добавлен фразеологизм «тебе к лицу», который означает «подобает», в скобках чтобы не нарушать структуру сонета.

Строка 14 продолжая риторическую форму приёма: «как (подобает)

сделать, чтоб он не казался таким далёким, как он покажется сейчас».

Но о ком идет речь в последней строке сонета?

Чисто риторически, можно сделать логический вывод, что строке 14 сонета 101, бард, говоря «он», как это делает любой поэт, имел ввиду поэта- соперника, если будет выполнять «свою службу» посредник Музы, «молодой человек». И второй смысл направлен, для исполнения «своей службы» самой Музе, в этом случае под словами «him» и «he» подразумевался сам адресат сонетов последовательности «Прекрасная молодёжь». Хочу отметить, что многие критики сошлись на мнении, что применение Уильямом Шекспиром приёмов литературной риторики в сонетах 100-103, выглядит, как «the form of intellectual showing off», «форма интеллектуального выпендрежа».

Однако, читатель имеет полное право соглашаться или не соглашаться с подобной характеристикой, данной критиками в отношении автора группы необычных сонетов. В конце концов, в елизаветинскую эпоху написание сонетов считалось частной перепиской, а желание автора, чтобы адресат сонетов возвратился обратно, было невероятно большим.

Критики об сонетах 100-103 в общем контексте всех сонетов.

Критик Дэвид Уэст, так отметил характерную особенность в содержании сонетов 100-103: «... страсти межличностного разрыва и отчуждения настолько накалились, что достигли кульминации в сонетах 100-103, где бард выражал своё сожаление по поводу того, что произошло». Хотя, до сих пор нет единого мнения критиков по какому поводу возникновения недомолвок во время кульминации страстей, описанных в этих трёх сонетах. Но возникший вакуум в отношениях между повествующим бардом и его адресатом, по всей видимости, является тщетной попыткой исправить их отношения. Где бард с полной уверенностью высказывался о том, что он всё еще любит молодого человека, адресата, так же сильно, как и прежде.