Чтение онлайн

По этому поводу, исследователь Кэтрин Данкан-Джонс (Katherine Duncan-Jones) дала следующее заключение: «Все еще утверждая, что он замолчал, поэт заверяет, что он любит так же сильно, хотя и показывает это менее, опасаясь утомительного повторения сказанного ранее».

С позиций подобных отношений в 20-21-м веке некоторые исследователи творчества Шекспира выдвинули шаткую версию о многолетней гомосексуальной связи барда с молодым человеком, адресатом сонетов. В связи с чем придерживались длительное время этой версии, таким образом столь экзотическая версия грела душу и сердце увеличивающейся армии приверженцев нетрадиционных связей.

Но так ли, просто всё было в елизаветинскую эпоху? Исследовали снова и снова наступали на одни и те же грабли, пытаясь понять жизнь придворных аристократов и литературного бомонда 16-го века Англии через узкую призму своего видения мира 21-го века.

В дополнение к сонету 100, сонет 101 признан одним из двух единственных сонетов в полной последовательности, который поэт непосредственно обращается к Музе. Эти два сонета, в свою очередь, являются частью группы из четырех сонетов, 100-103, в которых поэт-оратор перекладывает вину за свое молчание с себя на Музу, оправдываясь за то, что не написал или, если написал, не написал должным образом. Даброу (Dubrow) отметил использование приёма «occupatio» или «prolepsis» — это риторический метод «предвосхищения, упреждения любого из возможных возражений написанного или сказанного» (примеч. автора эссе).

С другой стороны, критик Стирлинг (Stirling) отметил различия 100-101 от 102-103 и от более крупной группы 97-104, и что, удаляя их, можно создать более связную последовательность (97-99, 102-104), связанные «...с темой отсутствия и возвращения». В качестве введения к последовательности предлагается новая позиция для 100-101 (100-101, 63-68, 19, 21, 105) которая развивается с характерными «...дуальной метафизической идеи Времени, как разрушителя всего материального, где стихотворная строка преподносилась бардом, как некий хранитель» от всепоглощающего и разрушающего действия времени.

Хочу отметить, что группа сонетов 100-103, считаются необычными, по причине применения автором риторических приёмов несвойственных для любовных сонетов. Поэтому сонеты 100-103, могут показаться читателю необычайно сложными для понимания исходя из образовательных стандартов школ.

Применение Уильямом Шекспиром разнообразных риторик в сонетах, ещё раз подтверждает его образование очень высокого уровня, которое по понятной причине не было доступно ростовщику и продавцу солода, сыну перчаточника Джона Шекспира.

Краткая справка.

Риторика (др.-греч. «ораторское искусство» — «оратор») — филологическая дисциплина, изучающая искусство речи, правила построения художественной речи, ораторское искусство, мировоззрение и красноречие.

Первоначальное значение слова риторика — наука об ораторском искусстве — впоследствии расширилось до теории прозы, аргументации. Европейская риторика началась в Древней Греции, в школах софистов, практиковавших обучение красноречию и собиравших стилистические и грамматические правила. Риторика развивалась под влиянием Аристотеля, Цицерона и Квинтилиана.

Предположительные даты написания основных групп сонетов.

Согласно мнению, большинства критиков, большая группа 61}—103, вероятнее всего, была написана примерно в первой половине 1590-х годов и представлена без изменений в 1609 году. Вместе с двумя другими группами, это сонеты 1}—60, которые были «...написаны в основном в первой половине 1590-х годов, затем пересмотрены или добавлены после 1600 года, вероятно в 1608 или 1609 году». И сонеты 26}—104, которые были «... написаны примерно после 1600 года». Они составляют самый большой подраздел, известный, как последовательность сонетов «Прекрасная молодёжь» («Fair Youth») (1}—126).

Другими тремя внутренними последовательностями, являются: группа «Свадебных сонетов» («Marriage Sonnets») (1}—18), группа сонетов «Поэт-соперник» }(«}The} }Rival} }Poet}») (77}—86) и последовательность сонетов «Тёмная Леди» }(«}Dark} }Lady}») (127}—154).

Краткий критический обзор сонета 101.

Карл Аткинс (Carl D. Atkins) отметил, что изучение биографического контекста стихотворений в последовательности Шекспира бессмысленно и что более продуктивнее следовало сосредоточено обратить внимание, возможно на литературном обществе того времени. Которое, вполне могло включать небольшие литературные сообщества или академии, для одного из их членов, вероятнее всего были написаны сонеты. Популярные темы включали бы философию Ренессанса с платоновскими идеями Истины, Красоты, Любви и взаимоотношений друг с другом, в рамках любого из известных литературных салонов Лондона. (Atkins, Carl D., ed. (2007). Shakespeare's Sonnets: With Three Hundred Years of Commentary. Madison: Fairleigh Dickinson University Press. ISBN 978-0-8386-4163-7).

В условиях елизаветинской общественной культуры во время написания сонетов Шекспиром, английское слово «pencil» могло означать кисть, согласно мнениям ряда критиков, хотя оно также может означать стиль, или уровень мастерства в живописи, или «…реагент или средство, с помощью которого подрисовывается, очерчивается или подкрашивается что-либо».

С этим утверждением могу согласиться, но существенной поправкой, дело в том, что английское слово «pencil» означало «ретушь», «подтушёвка», что в тексте сонета это слово, при переводе является именем существительным, а не глаголом, как восприняла большая часть исследователей. Подобная тема мной уже рассматривалась ранее при переводе на русский сонета 127, где автор акцентировал внимание читателя на сопоставлении естественной красоты с «искусственной», при чрезмерном применении косметики, как женщинами, так и мужчинами при дворе.

Дандас описывал увлечение английских поэтов эпохи Возрождения живописью. В сонете 24, автор использовал образ художника или живописца для обозначения чересчур большое тщеславие. Где бард указывал на пределы художника, при его желании запечатлеть точный образ красоты, когда визуальный образ не в состоянии дать исчерпывающие знания о внутренней красоте человека:

________________

«Mine eye hath play’d the painter and hath stell’d

Thy beauty’s form in table of my heart» (24, 1-2).

«Мой взгляд играет (роль) живописца и всё ещё

Красивой вашей стати на ристалище моего сердца» (24, 1-2).

Сонет 101 основывается на той же философии, что ни художник, ни поэт никогда не смогут точно отразить правду о красоте любимого человека, так почему бы, просто промолчать об этом. Повествующий бард под фразой «ристалище моего сердца», имел ввиду, что его сердце является ристалищем его чувств.

Льюис Мерц (Louis Martz) расширил дискуссию, предполагая, что «...работы Сидни и Шекспира аналогичны переходу от Высокого Ренессанса к маньеристским стилям, в том смысле, что они могут ссылаться на идеалы гармоничной композиции, но фокусироваться на напряженности, нестабильности и тревогах и (у Шекспира) более мрачных настроениях в изображениях предметов, изображенных в их искусстве». (Martz, Louis (December 1998). «Sidney and Shakespeare at Sonnets». Moreana. Angers, France: Association Amici Thomae Mori, France. 35 (135}—136): 151}—170. ISSN 0047-8105).

Если, слово «окрашенный» определяется, как оттенок цвета, (Oxford English Dictionary, OED) для текстиля и одежды, в качестве ключевой метафоры, то концепции, ценности и мотивации, лежащие в основе английских законов о роскоши, приобретают правдоподобное значение. Метафора в паттерне при сравнении природы с красильшиком, в действительности являлась прямой ссылкой на работу красильщика в сонете 111:

________________

«And almost thence my nature is subdu’d