Чтение онлайн

Далее одиссея Золотого Чемодана развивается следующим образом. Когда Авдейкина привезла его в станицу Спокойная и сдала в местное отделение Госбанка, он был включен в реестр подлежащих вывозу прочих банковских ценностей. 6 августа 1942 года директор банка Яков Маркович Лобода погрузил чемодан на бричку и попытался вывезти его в тыл, но вскоре был остановлен немцами. Но немцы не стали проверять, что вез испуганный и усталый мужик, а направили беженцев, и Лободу в том числе, обратно в Спокойную. В станицу Лобода не вернулся, а свернул в лес и доставил банковское имущество в Спокойненский партизанский отря. Там он и остался рядовым бойцом.

В начале декабря 1942 года отряд попал в крайне тяжелое положение. Его продовольственные базы были разгромлены, кончались боеприпасы. Бойцы голодали, страдали от болезней и внезапно наступивших морозов. Отряд окружили каратели, и он понес большие потери. Поэтому его командование решило пробираться из окружения небольшими группами, частью рассеяться по родным селениям, чтобы продолжать с оккупантами подпольную борьбу. Снаряжение, личное оружие, документы, ценности закопали в разных местах. О каждом таком тайнике знали лишь два-три человека. Кто прятал Золотой Чемодан? Неизвестно. Быть может, среди них был и Лобода. Но при выходе из окружения Лобода и несколько его товарищей были схвачены гитлеровцами и 14 декабря их расстреляли.

Вдова бывшего директора спокойненского отделения Госбанка вспоминает, что в тюрьме немцы его сильно избивали, и всё допытывались о каких-то ценностях. Наверняка, они пытались выведать тайну Золотого Чемодана, но ничего от Лободы не добились. Перед расстрелом немцы допустили к Лободе жену, чтобы та смогла с ним проститься. “Нам дали всего три минуты, — вспоминает вдова партизана, Елена Павловна Лобода. — То, что скрыл Яков Маркович от фашистов, он хотел открыть мне. Но полицай тут же стоял — какой уж тут разговор! Я сумела лишь понять, что в отряде он сдал ценности некоей Гульницкой…”

Как удалось установить после войны от оставшихся в живых партизан, Ирина Андреевна Гульницкая была в партизанском отряде кем-то вроде кассира. И вполне могла быть причастной к сохранности керченского золота. В поисках следов Гульницкой исследователи наткнулись на некоторые факты, которые могли бы помочь им в поисках Золотого Чемодана, и эти факты показывали, что ценности были закопаны партизанами в известном только некоторым из них месте. Отечественный искусствовед Е. Кончин, который отдал поискам Золотого Чемодана немало своих сил и времени, впоследствии рассказывал:

“…Многие факты показывали, что в отряде о чемодане осведомлено было всего человек пять, в основном из руководства. Знал о них и комиссар Иван Андреевич Мальков. Он, по словам заместителя комиссара соседнего Упорненского отряда Василия Серикова, в разговоре с ним упоминал о Золотом Чемодане, но распространяться не стал, о чем нынче стоит пожалеть, ибо Иван Андреевич уже скончался (дело было в 1982 году)… Сын комиссара, Виктор Иванович, попавший подростком в отряд, вспоминает “о каком-то большом черном чемодане. Что находилось в нем, мы не догадывались. Но берегли его пуще патронов…”

Уже нет в живых таких, несомненно сведущих в особых секретах отряда очевидцев, как начальник хозяйственной части М.И.Федоров, особист Н.И.Черноголовый, Надежда Васильевна Захарченко, работник одного из райкомов партии в Крыму… Умерла и Гульницкая. Но ниточка, которую я связал с ее именем, привела к дочери Гульницкой. Лариса Александровна Молчанова, которую я разыскал с превеликими сложностями, 14-летней девочкой находилась с матерью в партизанском отряде. Она и сообщила, что имела какое-то отношение к Золотому Чемодану, который “принес ей много горя и страданий”. Но об этом она даже после войны дочери не рассказывала. “Если она была бы жива, — сказала Лариса Александровна, — думаю, помогла бы вам”.

Подсказала Лариса Александровна, что еще, наверное, знал о керченских сокровищах начальник штаба отряда Комов. “Но его, наверное, давно нет в живых”.
– засомневалась она. Я стал наводить справки о родственниках Комова, и… отыскал самого здравствующего 76-летнего Михаила Ивановича! Рад был ему, как своей последней реальной надежде! Однако надежда эта обернулась лишь несколькими строчками из трудно читаемого письма. Комов писал о том, что он с двумя ныне покойными партизанами закапывал ящики с патронами. Среди них, по его словам, “видимо, был и ваш чемодан…”. Точного места, где он схоронен, Комов не помнит — “где-то у станицы Бесстрашная”. Но у командира отряда Соколова, как можно понять Михаила Ивановича, оно отмечено на карте.

Где теперь эта карта? Без сомнения, погибла?! Людей-то живых в отряде почти не осталось, а что уж говорить о листе бумаги! Тем более что командир Спокойненского отряда П.Н.Соколов был убит в неравном бою. Поэтому я не сомневался, никаких его вещей или документов не сохранилось. Но однажды получил я письмо, которое меня взволновало и, по существу, круто изменило направление поиска. То, что сообщил его автор — житель Армавира А.Т.Буряковский, подтвердилось сведениями из других источников. А извещал он о том, что его недавно умершая родственница Александра Григорьевна Сердюкова воевала в Спокойненском отряде. После того, как отряд распался, она с сыном комиссара Малькова Виктором ночью пробралась к своей сестре Прасковье, которая проживала на хуторе близ станицы Бесстрашная. И что самое главное — принесла документы погибшего командира. Среди этих документов была и его оперативная карта. Александра Григорьевна тщательно их спрятала, а после войны передала вещи и бумаги Соколова его жене, приехавшей из Ленинграда. Однако адрес вдовы Соколова никто мне назвать не смог. А ведь она владела, быть может, единственным ключом к разгадке тайны Золотого Чемодана — картой, на которой ее муж указал партизанские тайники, в том числе и место укрытия керченских драгоценностей. Сохранилась ли бесценная карта? Как она необходима теперь!

Если, конечно, сокровища остаются в партизанском тайнике до сего времени…”

Золотой Чемодан не отыскан и до сих пор, зато известно нечто такое, что позволяет предполагать, что керченские сокровища, скорее всего, не достались фашистам, и до сих пор зарыты в земле Краснодарского края, и наверняка это место находится в районе станицы Спокойная. Летом 1946 года мальчишки из этой станицы нашли в лесу древнюю золотую пряжку овальной формы и отнесли ее в милицию. Драгоценность позже сдали в местное отделение Госбанка, но, к сожалению, установить сегодня дальнейшую ее судьбу невозможно. Директор Керченского музея Ю.Ю.Марти, которому позже попалось на глаза описание этой находки, опознал в ней пряжку из знаменитого Марфовского клада, найденного в январе 1926 года крестьянином С.Нешевым из села Марфовки близ Керчи, и присутствовавшую в описи музейной коллекции, заключенной некогда в Золотом Чемодане. И если бы за это дело еще тогда, в 1946 году, сразу же и всерьез взялись специалисты, то находка пряжки наверняка привела бы к раскрытию тайны исчезнувших ценностей. Правда, в милиции весьма уверенно связали найденную в лесу золотую пряжку с Золотым Чемоданом, и даже кому-то показывали ее для установления принадлежности к керченским реликвиям. Разумеется, доморощенная экспертиза успехом не увенчалась. Потому что совершенно авторитетно мог тогда определить памятник лишь один Марти. Но вряд ли в Спокойной кто-либо о нем слышал, к тому же время было послевоенное, трудное, и иные заботы одолевали людей после такой тяжелой победы над фашистами. И разыскивать бывшего директора музея, расположенного в сотнях километров, понятно, никто не стал.

Рассмотрев самые главные моменты одиссеи Золотого Чемодана, судьба которого не решена и по нынешние времена, вполне уместно задаться вопросом, зачем немцам понадобились эти 80 килограммов золота, которые хоть и уникальны для исторической науки в целом и для истории Северного Причерноморья в частности, но на первый взгляд не стоили того, чтобы задействовать немцам на их поиски специальную зондеркоманду, которая крайне необходима была им совсем для других дел? Но если учесть, что в реликвиях из керченского музея был заинтересован сам шеф СС Генрих Гиммлер, то тогда многое становится понятным. В поисках Золотого Чемодана были задействованы специалисты из одной из самых могущественных и наиболее таинственных организаций фашистского рейха — “Анненербе”.

“Анненербе” в переводе на русский язык — “Наследие предков”, полное ее название звучит так: “НЕМЕЦКОЕ ОБЩЕСТВО ПО ИЗУЧЕНИЮ ДРЕВНЕЙ ГЕРМАНСКОЙ ИСТОРИИ И НАСЛЕДИЯ ПРЕДКОВ”. Создана эта организация была сразу же после прихода Гитлера к власти в Германии в 1933 году, и с тех пор “Анненербе” было поручено изучать все, что касалось духа, деяний, традиций, а также отличительных черт и наследия “индогерманской нордической расы”. К деятельности общества были привлечены многие первоклассные университетские ученые, которые в той или иной степени были увлечены идеями нацистов. С помощью этих ученых общество начало производство раскопок в разных частях света — в Норвегии, на Ближнем Востоке, Тибете — нацисты упорно выискивали свои “корни”, которые убедительно могли бы доказать претензии германской расы на мировое господство. Начиная с 1937 года, когда “Анненербе” полностью перешло во “владение” Гиммлера, все археологические раскопки проводились только с ведома общества.