Чтение онлайн

Эзма наклонила голову и перевела изучающий взгляд на Мансина.

– Так что же? – рявкнула я.

Она цокнула зыком.

– Вы слишком высокомерны, дитя, – сказала она, и от ее тона я сжала поводья. – Не волнуйтесь, я не собираюсь удерживать город ни минуты после того, как получу желаемое.

– Так чего вы хотите? – спросил Эдо.

Она выпрямилась в седле и с вызовом посмотрела на каждого из нас по очереди.

– Золото. И корабли.

– Зачем?

В ее насмешливом взгляде в мою сторону читалась жалость.

– На припасы и наемников, чтобы Вельд Возрожденный мог покорить левантийские степи во имя Единственного истинного Бога.

Мансин так резко и зло засмеялся, что у меня сжалось сердце. Рах столько всего мне дал, и в последний раз, снова попросив у него слишком многого, я поклялась больше ничего не просить. И вот опять могу спасти империю и вернуть трон, не потеряв жизнь, но ценой души его народа. Однако если я откажусь, Мансин все равно заключит эту сделку.

Он молчал, ожидая моего решения, и насмешливо улыбался уголком губ. Он с самого начала ненавидел Раха, ненавидел левантийцев, отказывался видеть, как много они нам дали, и наслаждался происходящим.

Левантийцы сильны. Мы успели бы предупредить их, помешать планам Эзмы – слабые оправдания, которыми я пыталась утешиться. И все же кивнула.

– Хорошо, – сказала я, пожав плечами и стараясь говорить беззаботно. – Полагаю, мы можем прийти к соглашению. Золото и корабли в обмен на то, что вы откроете городские ворота и позволите нам без боя вернуть Симай, захватить чилтейскую армию и все прочее.

– Чилтейскую армию и прочее, – согласилась она. – Если вы предложите больше, чем предложит Девятка за то, чтобы эта же армия благополучно добралась домой или осталась в городе. – Когда генерал Мото пробурчал что-то себе под нос, она подняла голову. – Вам это не нравится, генерал. Так что же, будем торговаться?

Я уже несколько раз тронула Хацукой, просто чтобы чем-то занять руки. Сделка с заклинательницей Эзмой означала, что мы возьмем город без сражения, без потерь и разрушений, и все же мысль об этом грызла меня изнутри. Из-за нас левантийцев ждали на родине новые беды, и в конце концов мне все равно придется бороться за трон. Ни Тор, ни Нуру еще не вернулись с поисков генерала Рёдзи и не знают о моем вероломстве, но это служило слабым утешением.

Я провела рукой по почерневшему дереву Хацукоя. Его присутствие и гладкие изгибы успокаивали, как ничто другое. Каждый день я всё больше ощущала себя натянутой тетивой, но, как и тетива, люди не созданы для того, чтобы их натягивали и держали до тех пор, пока не порвутся. Как долго я смогу продолжать в том же духе, если потерплю неудачу?

Невозможно было не заметить сходства между моим настоящим и отцовским прошлым. Когда-то Катаси Отако, законный наследник престола, стоял с армией под Симаем с Хацукоем в руках и пытался воссоздать империю огнем. Теперь здесь стояла я, стремясь воссоздать ее с помощью мира, чтобы на ее месте появилась новая, более сильная.

Вокруг кипела суета: короткий срок, отпущенный на подготовку к взятию города, быстро истекал. Всадники садились на лошадей, пешие воины выстраивались в шеренги. Обычный порядок сбился от предвкушения победы без боя. Позади остался только обоз с припасами, чтобы не пострадал, если что-то пойдет не так.

– Генерал Русин и лорд Эдо со своими людьми выступят вперед вместе со мной, – объявил Мансин собравшейся армии, разъезжая перед передними рядами с непринужденностью человека, родившегося в седле. – Генерал Йасс, ваши солдаты последуют за нами вместе с…

– А я… – начала я и только успела сдержать отчаянный писк, как Мансин, игнорируя мое существование, продолжил излагать незамысловатый план штурма.

Эдо предстояло занять мост, генералам-варварам – районы вдоль берега реки, где живут самые богатые и влиятельные горожане, а солдатам Русина – нижний город у ворот. Нигде в этом плане не было места для меня, и я слишком поздно поняла, что Мансин ловко обвел меня вокруг пальца. Он позволил мне принимать маловажные решения, убаюкал ложным чувством значимости, а затем вырвал контроль из моих рук, с легкостью взяв командование на себя. Когда он закончил речь, армия радостно взревела, даже солдаты Эдо – теперь день обещал принести нам красивую и славную победу и позор чилтейцам.

Мы с Сичи одновременно поморщились, но, прежде чем я успела выразить недовольство, между нами легла тень.

– Сичи, – сказал Мансин, когда солдаты начали вставать по местам за его спиной. – Ты едешь со мной и моими солдатами, раз больше не находишься под покровительством своей… бывшей жены.

– Бывшей?.. – Сичи потрясенно посмотрела на меня. Разумеется, он решил заявить на нее свои права именно сейчас. – Мико?

Я не нашла времени или слов, чтобы объяснить единственное условие, на котором он согласился заключить со мной союз, но теперь, когда мы могли просто войти в город, пожалела об этом. Я надеялась, что мне не придется ей говорить, по какой-то счастливой случайности я сумею отказаться от уговора и расторжения брака, но, похоже, мне предстояло еще выучить много уроков честности и смирения.

– Сичи, я…

Что я могла сказать? Она ведь не дура. На ее лице проступило понимание, и она резко, безрадостно расхохоталась, адресуя свой смех обоим создателям сложившегося положения.

– Мне следовало знать, что вы не отступитесь, – с горечью обратилась она к отцу. – Вы до сих пор хотите выдать меня за Лео, чтобы скрепить союз с людьми, которые по-прежнему захватывают наши города? – Не дав ему ответить, она быстро продолжила: – Я не позволю вам насильно выдать меня замуж. – Растратив весь гнев на бесстрастного отца, Сичи с разочарованным вздохом посмотрела на меня. – Я все понимаю, но могла бы и сказать. Я ведь на самом деле думала, что мы пройдем через это вместе.

Она не задержалась, чтобы выслушать мои извинения, а позволила генералу Мото и солдатам увести ее за собой. По крайней мере, она под надежной защитой, что бы ни случилось.

– И пусть победит лучший император, – сказал Мансин, разворачивая огромного коня в сторону города, пока мимо маршировали солдаты. – Да, не повезло вам – родились девочкой.

Последний укол был как удар хлыстом по боку. От его слов у меня на мгновение перехватило дыхание, и я уставилась на хвост его удаляющейся лошади.

– Ваше величество?

При звуке голоса я вздрогнула, но с облегчением увидела капитана Кирена и пришла в себя.

– Капитан?

– Нужно выдвигаться, вам так не кажется? – Он мотнул головой по направлению к городу. Раньше, когда мы ждали около Симая, время тянулось бесконечно медленно, а теперь вдруг пустилось вскачь. Передние ряды объединенной армии, несущие императорские знамена и флаги Бахайна, были уже почти у ворот.

– Проклятье, – прошипела я, выпуская из легких воздух вместе с гневом. – Ваши люди готовы, капитан?

– Как всегда, ваше величество.

– Тогда вперед!

Я с силой стукнула бока лошади каблуками, и та рванула вперед. Пехота тоже перешла на бег и спешила к открытым воротам с такой скоростью, что я осталась позади.

Не проверив, следуют ли за мной капитан Кирен и его гвардейцы, я пришпорила лошадь, но в итоге замедлила темп, оказавшись в толпе. У бутылочного горлышка ворот люди напирали, чтобы протиснуться, позабыв о достоинстве. Несомненно, Мансин уже был внутри, изображая великого спасителя империи. Мне горько было думать об этом, как и понимать, что я понятия не имею, как действовать, когда окажусь за стенами. Как мне оспорить его власть? Я могла бы попросить совета у Сичи, но ее здесь не было. Я осталась сама по себе.