Чтение онлайн

Бастон носом почуял перемены, как только вошел в дом на Фонарной улице. Знакомый запах притона Братства – пот, табак, дубленая кожа, невыветривающийся налет флогистона – заменил горький привкус химических очистителей, как в лаборатории. Еще из подвала тянуло гнилостным запашком разложения. Похоже, в доме сейчас только Эшдана, одни незнакомые лица. Воры Братства, должно быть, разбежались по примыкающим зданиям или держат на улицах оборону от сальников.

– Что происходит? Сестра моя где? – требовательно спросил он. В ответ получил пожатия плечами, равнодушные лица. Она ушла среди ночи, сказали ему. Срочные дела в Мойке.

Бастон взбежал по ступеням. Кровать Раска пуста, на запачканных простынях валяются шприцы из-под алкагеста и грязные бинты.

Он не ждал обнаружить Раска в подвале, во временной мертвецкой, которую организовали для Вира и погибших от рук сальников. Для двенадцати тщательно обернутых тел на двенадцати грубо сколоченных столах – только теперь тела устилали взломанный пол. Одни были расчленены, выпотрошены, кишки растекались по белому мрамору Нового города. Других зарывали в могилы прямо под полом или закладывали кирпичами в пробитых стенных нишах. Кто-то с петлей на шее свисал с потолка. Еще один растворялся в ванне, залитый алкагестом; густая накипь жира и талой плоти булькала на поверхности варева. Рядом стояла троица эшданцев с кирками, лопатами и пилами на изготовку.

Надо всем надзирал человек в черном, как дирижер, управляя своим морильным оркестром, с перчаток капала кровь. Он казался весьма довольным этой кошмарной картиной – ремесленник за любимым занятием. Бастону захотелось ему врезать.

– Ты кто, на хер, вообще? Где Раск?

– Я здесь, друг мой. – Раск выступил из темного угла. На ногах и в полном сознании. Бледное лицо блестело от пота, сочетаясь цветом со светящимся камнем Нового города. – Кричать не нужно, я слышу все. – Он указал на алхимика: – Это доктор Ворц. Доверенный советник моего Прадедушки, недавно вернулся из-за моря.

– Что здесь такое? Что они делают?

– Необходимую работу.

Вмешался Ворц.

– Попробуйте еще раз, – обратился он к Раску. Мановением руки Раск отверз свежую могилу в полу. Камень вязко растекся, неохотно позволяя сотворить чудо.

– Тебе можно ходить? Карла сказала, ты еще болен.

Раск схватил Бастона за руку, нависая. Очень крепкая у него стала хватка и частое, будто лихорадочное, дыхание.

– Я слишком долго провалялся в постели. Пришло время действовать. – Сжатие усилилось до боли. – С меня причитается, друг мой, за все, что ты делал, пока я оправлялся от занебесного удара. Я видел тайную тропу в крепость врага. Видел путь, которым нам предстоит идти. – Он наклонился ближе, шепча Бастону на ухо: – Передай Крысу, что нам пора встретиться.

Вдвоем они спускались под землю.

Раск уверенно вел вперед, казалось, набираясь сил по мере пути. Бастону приходилось поспевать за его быстрым шагом, чтобы не потерять из виду на бесконечных лестницах и переходах. Оставив шумные улицы позади, они вступили в каменный лабиринт. Петляли, углубляясь во чрево Нового города. Для освещения Бастон взял эфирный фонарь, но он толком не пригодился, потому как камень источал свет там, где его касался Раск. Однако гас, когда гхирданец уходил вперед, и его сияние напоминало пузырь, хрупкий сосуд, что погружался в необъятную тьму.

Порой в ответвлениях Бастон замечал всякую странную жуть – сверкающие глаза упыря; обломанные куски механизмов, вмурованные в стены; склизких тварей, что уползали от света. Раск не останавливался, и Бастон задержаться не мог. Воздух тут нехороший, дыхание глубин насыщено гадостными испарениями. Один раз вроде бы даже привиделся молодой парень, тощий как жердь, с растрепанной черной шевелюрой. Хорошо одет, точно собрался на прием на Брин Аване. В руке серебряный клинок. Он встретился с Бастоном взглядом и пропал прямо в воздухе, на миг юное лицо скривилось от боли, а потом его нет. Бастон только гадал, не почудилось ли ему это все.

Неожиданно туннель вывел их в огромную залу, столь обширную, что каменная подсветка Раска терялась в зияющей пустоте. Бастон выкрутил алхимический фонарик на полную, тогда стало возможным разобрать, что вокруг. Точнее, ему стало можно, так как ясновидение, очевидно, к Раску вернулось. Луч поскакал по сторонам, и Бастон ахнул, узрев настоящий размер этого чертога.

Полость под Новым городом запросто поглотит целиком любой из соборов Священного холма, и полно места останется. Повсюду были навалены обломки громадных машин, атаноров и емкостей для хранения, промышленных тиглей и родильных чанов. Кругом валялись и останки произведенного в этих чанах – расплющенные восковые туловища, трупы с чужеродными органами, твари вообще без названия.

Свет фонаря упал на расчищенную полосу, широкий проход в грудах мусора. Очевидно, кто-то – и этих кого-то было великое множество – вытаскивал материал из этой пещеры. Возможно, здесь собирали ничейный хлам, но некий инстинкт подсказывал Бастону, что скорее имела место кража. Что-то такое витало в воздухе, вместе с пылью и смрадом легочной гнили.

Протоптанная дорожка вела через пещеру к частично развороченной стенке, разрубленной перегородке. В дыре виднелась другая подземная зала, столь же огромных размеров. Раск поспешил к разлому, без опаски шлепая по лужам алхимотходов. Теперь он немного прихрамывал. Бастон двинулся следом, отстегивая пистолет – мало ли что там сдохло не до конца.

– Что это за место? – вполголоса спросил он. Здесь громко не разговаривалось. Казалось неприличным, будто в церкви. Или в гробнице.

– Развалины квартала Алхимиков, – сказал Раск. – Здесь Шпат захоронил их труды. Могильник сторожат упыри. Гляди!

Он широко разметал руки – и перегородка вспыхнула сиянием, как будто в недрах камня загорелся огонь. Свет очертил фигуру, сидящую в проломе. Гигантскую, горбатую, с рогами, как люстры. На когтистых пальцах налипла могильная почва, на копытах присох воск с какими-то нечистотами.

– Нижние боги, – прошептал Бастон, и тут его язык сцапали незримые пальцы и слова эксгумировались изо рта: – НУ НАКОНЕЦ-ТО ДРАКОНИЙ МАЛЫШ ПРИШЕЛ САМ. МНЕ ПЕРЕДАЛИ, ЧТО ТЫ УМЕЕШЬ ДЕЛАТЬ КАК КАРИ. – Длинный упыриный язык высунулся черным ужом и лизнул воздух. – Я НЕ ПРОЧЬ ПООБЩАТЬСЯ С ДРУГОМ.

– Он здесь, – сказал Раск. – Он вокруг нас. Но сначала, владыка Крыс, с тобой должен договориться я.

Упырь рассмеялся – с таким звуком осыпается земля, обваливается раскрытая могила. Затем снова заговорил через Бастона:

– МНЕ ИЗВЕСТНЫ ТВОИ ЖЕЛАНИЯ И ПЛАНЫ, ДРАКОНИЙ МАЛЫШ. ИЗВЕСТНО, КУДА ТЫ ЖЕЛАЕШЬ ПРОНИКНУТЬ. ТАК ЗНАЙ – КОЛИ ХОТЬ ОДНОЙ НОГОЙ СУНЕШЬСЯ ЗА ПРЕДЕЛЫ НОВОГО ГОРОДА, Я СГРЫЗУ ТВОИ МОСЛЫ И В КОСТНОМ МОЗГУ ПОИЩУ МОЕГО ДРУГА. – Раск отступил на шаг, Бастон крепче сжал пистолет. – ШПАТ – НАМ С ТОБОЙ ЕСТЬ О ЧЕМ ПОБЕСЕДОВАТЬ. – Крыс махнул лапой вовнутрь камеры: – ВСЕ ЛИ ТЫ ТОГДА ВИДЕЛ?

– Он говорит, что запутался, – произнес Раск. – Что слаб и разбросан после вторжения. Что там произошло?

– УРРХХ. – Могучий старейшина упырей процарапал лапой землю, ссутулив плечи. Когти поддели кучки шлака вперемешку с обугленными костями, железки и лоскуты кожи. Разбитый хайитянский шлем. Крысу было не по себе. Усевшаяся перед ними тварь – некротический полубог, одна из самых могущественных личностей Гвердона, но Бастон отчетливо видел, что Крысу… стыдно? – Я УТРАТИЛ БДИТЕЛЬНОСТЬ. С ПЕРЕМИРИЯ ВЛИЯНИЕ ЭЛАДОРЫ ДАТТИН РОСЛО. НОВЫЙ МИНИСТР БЕЗОПАСНОСТИ, НИМОН, СИДИТ У НЕЕ НА КАКОМ-ТО КРЮЧКЕ, А С НИМ И ДОЗОР. ДАТТИН ПРИГРЕЛА У СЕБЯ И ДРУГИХ – СВЯТЫХ, ОДАРЕННЫХ САМОУЧЕК, НАЕМНИКОВ, ДАЖЕ МЕРТВЕЦА ИЗ ХАЙТА. А ТЕПЕРЬ, БЛАГОДАРЯ ТВОИМ ДУРАЦКИМ ВЫХОДКАМ, – он погрозил Раску когтем, – УЛОМАЛА АЛХИМИКОВ ВРУЧИТЬ ЕЙ САЛЬНИКОВ.