Чтение онлайн

– Я не буду отрицать, что это одна из предусмотренных производителем областей применения, – отвечает Петер, – но, не желая ни в коей мере обидеть людей с иными сексуальными предпочтениями, я вынужден настаивать на том, что лично для меня…

В трубке раздаются короткие гудки.

– Привет, Петер Безработный! – говорит любезный женский голос. – Добро пожаловать на «горячую» линию TheShop…

Петер кладет трубку.

Джон Наш смотрит на присутствующих в большом заводском цеху.

– Но ведь это какая-то дурь. Мы не можем это прекратить?

– Твоя речь транслируется в прямом эфире, – говорит Айша. – Пути назад нет.

Андроид поворачивается к сцене. Айша его останавливает.

– Джон, еще кое-что.

– Что именно?

– Это предвыборная речь. Если в какой-нибудь фразе, которую ты намерен произнести, есть запятая, то, пожалуйста, переформулируй ее.

– В вашей фразе было пять запятых.

– Я ведь разговариваю с тобой, а не с избирателями.

Тони как раз заканчивает свое вступительное слово и просит Джона подняться на трибуну, сооруженную в конце монтажного зала.

– Забудь о местной публике, Джон, – шепчет Тони. – Важны только зрители у экранов.

Джон кивает, идет к микрофону и решает сразу перейти к сути.

– Дорогие граждане, все говорят о кризисе рынка труда. Но это не тот кризис, который можно преодолеть. Лечение симптоматики бесполезно. Стремление к полной занятости – это ложь. Ее больше никогда не будет. Напротив: благодаря переходу на цифровой формат, путем автоматизации и рационализации рабочие места будут сокращаться в массовом порядке и во все возрастающем объеме. И при другой экономической системе это было бы благом! Но при настоящей системе все будут вынуждены конкурировать в борьбе за все больше сокращающиеся рабочие места. Благодаря этому восстанавливаются уже давно казавшиеся устаревшими формы эксплуатации и подавления.

Однако же мы должны обвинять систему не в потере работы, а значительно в большей степени в том, что она по-прежнему делает нормой работу по найму, доступность которой ликвидирует и ставит в соответствующую зависимость права и достоинство каждого человека!

Он получает сообщение от Айши.

– Пожалуйста, не забудь о правиле запятых!

– Поколения людей имеют одну и ту же мечту. Работа должна выполняться сама по себе! И вот, наконец, пробил час! Но Конрад Повар и машинные бунтари хотят повернуть колесо назад. Бессмыслица! Вместо этого мы вынуждены по-новому формулировать понятие «работа»! Работа – это не то же самое, что работа по найму!

И права и достоинство каждого человека не зависят от его рабочего места. Они безоговорочны! Вы не можете с нами конкурировать! Курт Воннегут однажды написал:

«Машины – это рабы. Каждый, кто конкурирует с рабом, сам становится рабом».

Джон делает паузу. Все присутствующие в зале рабочие начинают аплодировать.

– Все рабочие аплодируют, – говорит Тони. – Вы должны это внести в заявление для печати. Это правда.

– Да, – говорит Айша, вздыхая. – Только каждый, к сожалению, может видеть на видеозаписи, что все рабочие – это только один-единственный рабочий.

На самом деле на этой фабрике работает только один-единственный человек. Он стоит среди армии роботов и аплодирует. Айша и не предполагала, что можно так саркастически аплодировать. Но ничего не поделать. Роботы стоят тихо, безмолвно и безразлично, пока рабочий не дает сигнал продолжить работу, после чего все начинают суетиться, включаясь в лихорадочную деятельность.

Речь по решению рабочего завершилась. Он, похоже, уже достаточно наслушался. Джон покидает трибуну. Айша идет ему навстречу.

– Мне жаль, – говорит она. – Когда мы четыре года тому назад вели предвыборную борьбу, здесь еще работало более тысячи человек.

– Фабрика принадлежит Бобу Управляющему, – объясняет Тони. – Ты же знаешь, отцу Маркуса.

– Мартина, – поправляет Джон.

– Этот козел мог бы нас действительно предупредить, – бормочет Айша.

– Н-да, – произносит Тони с горечью в голосе, – наверное, нам следует трезво смотреть на вещи. Вскоре наши показатели рейтинга упадут так низко, что им останется только повышаться.

– Привет, Петер Безработный! Добро пожаловать в Сервисный центр The Shop, самой популярной в мире торгово-посылочной фирмы. Чем я могу тебе помочь? – обратилась к Петеру женщина-андроид в окошке. Она хорошо выглядела, была очень симпатичной и приветливой. Петера это слегка напугало, потому что во всех ста двадцати восьми окошках сидели такие же прекрасно выглядящие, очень симпатичные и приветливые женщины-андроиды.

– Прежде всего я хотел бы знать, – говорит Петер, – почему тот парень у соседнего окошка был вызван раньше, чем я, хотя пришел значительно позже?

– Потому что у него более высокий уровень.

– И поэтому его время более ценно, чем мое, или что?

– Совершенно верно. Время людей с более высоким уровнем ценится больше, так как они вносят больший вклад в общественное благо.

– Вот как?! – говорит Петер. – Выходит, что, например, инвестиционный консультант, который обманывает пенсионеров с их пенсионными фондами, больше способствует общественному благу, чем я?

– Привет, Петер Безработный! Добро пожаловать в Сервисный центр The Shop, самой популярной в мире торгово-посылочной фирмы. Чем я могу тебе помочь?

Петер вздыхает.

– Я хотел бы кое-что вернуть, – говорит он.

– Ты знаешь номер телефона нашей «горячей» линии…

– Да, да, да. Я уже туда звонил.

– У меня не отмечено ни одного записанного номера.

– Голос все время обрывался и…

– Я понимаю, – отвечает женщина-андроид. – Мы приносим извинения, но это проблема, с которой сейчас приходится бороться всем крупным организациям. К сожалению, постоянно встречается искусственный интеллект, который не сообщает о своих ошибках, а утаивает их, так как боится, что его ликвидируют или заменят. Но не беспокойся, мы сейчас же это исправим. Что ты хотел бы вернуть?

– Вот, – говорит Петер и достает из рюкзака вибратор в виде дельфина.

После небольшой паузы женщина-андроид говорит:

– К сожалению, это невозможно. Мы приносим извинения за доставленные неудобства.

– Но мне не нужна эта вещь! – восклицает Петер, помахивая вибратором перед носом женщины.

– Нет, она тебе нужна.

– Нет, не нужна!

– Нужна.

– Черт! – кричит Петер. – Это ведь ребячество!

– Тем не менее.

– О’кей, – говорит Петер. – Еще раз все сначала. В этом Сервисном центре клиенты «Одного поцелуя» могут сдать ненужные им товары. Верно?