Чтение онлайн

– Но сейчас, кроме жалких гражданских, туда никто не ходит. Тамошние бунгало теперь – притоны для наркоманов и проституток.

– Значит, они точно там. Паркер наверняка считает, что это смешно. – Я бросаю взгляд на бронежилет. – Можно взять его обратно?

К моему удивлению, Уэллс протягивает броник. Я надеваю его, иду к ряду трупов и нахожу среди них парня чуть выше и толще меня, одетого в приличную куртку. Я снимаю с него куртку и примеряю на себя. Она плотно прилегает к плечам, но достаточно свободна, чтобы в застегнутом виде скрыть бронежилет.

– Вы изъяли какие-нибудь годные дробовики? – спрашиваю я Уэллса.

– За углом целая куча. Угощайся.

Я нахожу отличный двуствольный обрез – около двенадцати дюймов [116] длиной.

– Я возьму его, – говорю я и поднимаю обрез.

– Ни в чем себе не отказывай.

Члены Золотой Стражи выносят из зала ангелов на носилках. Кэнди неуверенно тащится за ними. Заметно, что она чувствует себя очень неловко.

Я краду чистую тряпку из аптечки бригады, колдующей над Аэлитой, и иду к Кэнди. Теперь она выглядит совсем как человек, если не считать густого слоя крови и грязи. Я вкладываю дробовик ей в руки, слегка откидываю голову Кэнди назад и нежно вытираю ей лицо. Она смеется.

– Вы определенно знаете, как развлечь девушку, мистер Старк.

– Всегда стараюсь, чтобы моим друзьям было не скучно.

– Пока мне всё нравится.

Если бы я был обычным мужчиной, а Кэнди обычной девушкой и у нас было бы обычное свидание, то в этот момент мы бы уже целовались. Но мы другие, и всё не так. Она смотрит на меня такими глазами, будто понимает, о чем я думаю.

– Наверное, мне стоит позвонить доку и сказать, что все в порядке.

– Ага. Наверняка он волнуется.

– Кажется, ты куда-то собрался?

– Я понял, где Паркер держит Видока с Аллегрой, и собираюсь туда наведаться.

– Я пойду с тобой.

– Нет, – отвечаю я. – Я могу ошибаться. Мне нужен кто-то здесь, кому я смогу доверять.

– О'кей, – говорит она, и я слышу в ее голосе грусть.

– Мне пора идти.

Она смотрит на медиков, помогающих Аэлите. Ангел уже в состоянии сидеть.

– Через минуту я позвоню доктору, а потом поеду к нему домой, потому что мое место там. Я расскажу ему обо всем, что произошло сегодня ночью. Почти всё… Но я хочу, чтобы ты знал – я нисколько не жалею о том, что мы сделали.

– Я тоже, – отвечаю я. – Единственное, что радует в этой неловкой ситуации: чем дольше мы тут торчим, мучая друг друга, тем больше вероятность, что кто-нибудь из Стражников обгадится.

Кэнди улыбается.

– Иди, – говорит она. – Я за ними присмотрю.

– Спасибо.

Я беру обрез у нее из рук, киваю Уэллсу и шагаю в тень позади мертвых магов. Это всё еще лучшее первое свидание в моей жизни…

ТЕЛЕФОННАЯ БУДКА возле «Апельсиновой рощи» почти не изменилась за те одиннадцать лет, что я здесь не был.

«Апельсиновая роща» – это гостиничный комплекс из двух дюжин маленьких бунгало, переживший эпоху своего расцвета лет за двадцать до того, как я отправился в Нижний Мир. Сейчас он выглядит как квартал в Хиросиме на следующий день после взрыва. Пуленепробиваемое стекло перед стойкой регистрации явно много чего вытерпело. За одиннадцать лет никто ни разу не покрасил и не вычистил бассейн. В стоячей воде шевелятся какие-то твари, страшнее которых я не видел даже в Аду. Наверное, именно здесь теряют девственность юные поклонницы Дэвида Линча.

Здесь есть один домик, в котором мы обычно веселились, но я не могу вспомнить, какой именно. Я прохожу взад и вперед по бетонной дорожке, змеящейся между домиками. Сегодня Новый год, поэтому здесь полно тощих шлюх с черными от метамфетамина зубами и таких же костлявых парней, неспособных ходить прямо. Повсюду отвратительная вонь. Пахнет канализацией и лежалыми сигаретами. А еще мочой и странным запахом горелого пластика – от плохого крэка. Но это еще полбеды.

В конце третьего ряда я замечаю то, что вызывает во мне тревогу. Домик выглядит как остальные, но благодаря особому зрению я вижу, как в нем пульсирует хаотическая энергия. Энергетические поля вокруг двери и окна более яркие, а цвета – более интенсивные, чем на остальной части дома. Когда я протягиваю руку, агрессивная энергия трансформируется в зубы, и они щелкают в мою сторону, как огромный мультяшный медвежий капкан. На проходящих мимо проституток и их клиентов ловушка не реагирует.

Немного в стороне я вижу усталую шлюху в мини-юбке, слишком короткой для ее жилистых ног. Она идет одна.

– Эй, милая, – говорю я. – Хочешь заработать по-быстрому?

– На сегодня я уже всё, сладкий.

– Я не про это. Просто хочу разыграть друга. Мне надо, чтобы ты подошла к тому дому и постучала в дверь.

– Сколько?

Я достаю пачку денег Мунинна. Да какого черта! Сегодня Новый год.

– Пять сотен долларов.

Мисс «на-сегодня-уже-всё» расплывается в широкой улыбке.

– Черт, за такие деньги я дверную ручку пососу!

Я даю ей деньги, и она тут же прячет их во внутреннем кармане куртки на случай, если я передумаю.

– Ничего не делай, пока не скажу. Как подам знак – стучи в дверь изо всех сил и тут же убегай.

Я подвожу ее к двери, а сам захожу за угол домика.

Потом вытягиваю руку и резко опускаю.

– Давай!

Проститутка делает шаг вперед и шесть или семь раз стучит в дверь. Она смотрит на меня, и я машу ей рукой, чтобы она убиралась к черту. Затем шагаю в тень и оказываюсь в Комнате Тринадцати Дверей. Я пересекаю ее и подхожу к Двери Памяти. Обрез лежит рядом с ней. Я специально оставил его здесь, когда вышел из Авилы, опасаясь, что у Паркера есть обнаруживающие оружие заклинания.

Я прохожу через дверь внутрь бунгало. Паркер здесь. Он приложил руки к двери и пытается определить, кто там снаружи.

Я нахожусь в ванной. Аллегра и Видок лежат на полу – со связанными руками и ртами, заклеенными скотчем. Я прикладываю палец к губам, чтобы они молчали.

За унитазом – вантуз с деревянной ручкой. Я беру его и устремляюсь к Паркеру. За шаг до него я ломаю деревянную ручку на две части и втыкаю острый конец более длинного обломка ему в спину.

Паркер кричит от боли, и звук его голоса отбрасывает меня к противоположной стене.

Затем он оборачивается с улыбкой и бьется спиной о стену так, что обломок деревянной рукоятки протыкает тело насквозь и выходит через грудь. Он поднимает руку, выдергивает его и бросает на пол.

– Забавно, правда? Теперь я как ты. Мейсон знал, что ты найдешь меня, поэтому влил мне энергетическую клизму Кисси. Ты чувствуешь то же самое, Сэндмен Слим? Я будто могу разорвать голыми руками весь мир. Давай, покажу.

Я лаю фразу на адском языке, и Паркер наполовину проваливается в ковер. Шерстистая поверхность засасывает его в себя, как зыбучий песок.