Чтение онлайн

Кобен сел на пятки, его ладони и рукава были в крови. А кровь с лица отливала так же быстро, как из тела Коула.

– Что теперь делать, Кобен-цзен? – дрожащим голосом спросил один из Пальцев. – Если Колосс Равнинных обвинит нас…

– Коул Хило убьет всех, кто здесь находится, – сказал Кобен.

Тадино снова попытался удрать. Но он был слишком изранен, чтобы пройти больше пары метров. Кобен бросил волну Отражения и сбил его с ног, а потом схватил Тадино за глотку и на вытянутой руке оторвал от земли, словно нес гуся на убой.

– Он меня убьет, – всхлипнул Тадино сквозь выбитые зубы.

– Я Кобен, – выдохнул Кулак. – Мой двоюродный брат – наследник клана! Я не могу взять вину на себя. Не могу!

Он посмотрел на тело Коула Рю, а потом на своих Пальцев. Беро никогда не думал, что лица могущественных Зеленых костей могут быть такими испуганными и отчаянными.

Дано рыдал, лежа на полу. Его рвало. Цзуни поковыляла к Кобену и судорожно вцепилась в его руку. Косметика на ее лице расплылась от слез.

– Аши, я не хочу умирать. Давай убежим вместе, прошу тебя. Аши, я люблю тебя…

Кобен со всей злости влепил ей пощечину, и она рухнула на пол.

– Если сбежим, то мы покойники. – Кобен провел трясущейся рукой по волосам. – Моя семья нам поможет. Мама – член Королевского совета. Мы должны доказать Коулам, что не имеем к этому отношения, поняла?

Беро следовало улизнуть вместе со всеми остальными посетителями, пока еще был шанс. Он никогда не обладал инстинктом самосохранения, как все нормальные люди, понимающие, когда пора смываться. Теперь Пальцы Горных перегородили единственный выход, и Беро ничего не оставалось, только смотреть, как Кобен швырнул Тадино на пол и начал ломать ему руки и ноги.

Учитывая, что Тадино уже серьезно пострадал на поединке, долго он не протянул. Он вопил, извивался и молил о пощаде, но потом затих, превратившись в мешок с переломанными костями и вывихнутыми конечностями. А когда Кобен наконец сломал ему шею, уставился пустым взглядом в пространство.

Когда Кобен отвернулся от растерзанного тела Тадино и подошел к Цзуни, она задрожала от страха.

– Не надо, Аши, пожалуйста, не надо, – всхлипнула она, и по ее щекам полились ручейки черной туши. – Я просто хотела, чтобы ты приревновал, потому что люблю тебя. Разве ты больше меня не любишь?

Кобен схватил ее за горло и сжал со всей Силой, задушив за несколько мгновений.

– А с ними что будем делать? – спросил один из Пальцев, глядя на Дано и Беро.

Дано свернулся калачиком на полу, почти одеревенев от страха. Он обмочился. Кобен слегка пнул его ступней:

– Ты же друг Коула, да? Мы отвезем тебя Равнинным, и пусть они сами решат, что с тобой делать. – Он слегка приподнял Дано и склонился над ним: – Но ты должен рассказать им правду. Ты ведь все видел и должен рассказать, что здесь произошло. Понял?

Кобен впервые посмотрел на Беро:

– А ты что за фрукт?

Беро оглядел «Маленькую хурму» – кровь, трупы, переломанную в щепки мебель. Воняло мочой и страхом. Беро ощутил такую пустоту внутри, словно там завывал сухой пронизывающий ветер. Молодое и неподвижное лицо Коула Рю печально взирало на него с немым укором. «Не везет, – как будто хотел сказать покойник. – Вечно тебе не везет».

– Я просто завсегдатай бара, – пролепетал Беро. – Я никто.

– Никто, – повторил Кобен, а потом хмыкнул с легким налетом безумства: – Ну ладно, Никто, вот что ты сделаешь, если хочешь жить. Ты выйдешь отсюда и расскажешь всем правду, ясно? Каждому Фонарщику, полицейскому, репортеру. Расскажи им, что видел. Я и пальцем не тронул сына Коула Хило, как только узнал, кто он такой. Виноват этот говнюк, кланоненавистник. Он из тех, кто взорвал КНА и убил моего отца. Я заставил его страдать перед смертью и убил свою же подружку за соучастие. Ты расскажешь всем, понял? Тебе поверят. Поверят такому, как ты, Никто.

В последний раз, решил Беро. В последний раз невезение оборачивается удачей.

– Конечно, – сказал он. – Я все понял.

Он и правда все понял, с невероятной ясностью, от которой ему захотелось хохотать до упада и плюнуть в лица богов по пути в ад. Не могущественная судьба с какой-то неведомой целью бросала его в бурные течения, обрекала на муки и спасала в самый неожиданный момент. Не судьба, а его незначительность.

Беро коснулся сомкнутыми ладонями лба в почтительном приветствии.

– Я всем скажу. Просто не повезло. Злая судьба.

Никем не замеченный, он вышел из «Маленькой хурмы» по узкой лестнице и скрылся в ночи.

Хило внезапно проснулся от странного чувства – как будто что-то подействовало на него, не то какой-то звук, не то необычный всплеск энергии. Смутное беспокойство сгущалось, пока он тихо лежал в темноте, изо всех сил напрягая Чутье. Но не нефритовые способности убедили его, что случилась какая-то беда, а мерцание света за окнами спальни. Через ворота поместья въехала машина и направилась по дорожке к дому.

Он встал с постели, не разбудив Вен. Тихо закрыв за собой дверь спальни, Хило спустился по лестнице. Когда он был на последней ступеньке, машина остановилась на разворотном кругу, и Чутье подсказало, что в ней четверо. Один из них – Анден. Когда Хило открыл дверь, из припаркованной машины вышли два Пальца. Они не пошли к дому, а так и стояли рядом с машиной, охраняя сгорбленную фигуру на заднем сиденье. Анден пошел к Колоссу один. И поэтому Хило тут же понял, даже не видя лица брата, что произошло нечто ужасное.

За годы все в клане привыкли, что Колосс всегда прислушивается к доктору Эмери Андену и доверяет ему больше, чем кому бы то ни было. Если с Колоссом нужно было поговорить на особенно трудную тему, лучше всего это удавалось Андену. И поэтому, пока Анден поднимался по лестнице к дому, Хило имел в запасе несколько секунд, чтобы приготовиться к новостям, которые принес его брат посреди ночи. Увидев в желтом свете из окон искаженное от горя лицо Андена, Хило ничего не сказал, а лишь посторонился, пропуская брата в дом. Потом закрыл дверь и пошел следом.

Анден не сел и не снял обувь. Просто стоял в прихожей, глядя на Хило. Лицо у него осунулось, а веки набрякли, и хотя именно он вызвался сообщить новости, Анден не мог вымолвить ни слова.

– Хило-цзен… – начал он, но запнулся.

От дурного предчувствия у Хило заныло сердце.

– Ничего, Энди. Просто скажи, что должен.

Неожиданная мягкость его тона подействовала на Андена как удар под дых. Он качнулся на пятках, но преграду в его горле прорвало:

– Сегодня вечером Рю погиб на дуэли.