Чтение онлайн

– Он мой. Я его нашел, я его поймал, значит, он мой, так что я себе его оставлю.

Отец подошел поближе и погладил бок коня.

– Хорошая лошадь, спору нет. Только он не твой.

– Теперь мой. – Ренни крепче сжал поводья и выпятил челюсть. – Я его себе оставлю, – твердо произнес он.

– Ты же видишь, это конь дворянина, – сказал фермер, рассматривая тонкую отделку седла и сбрую. – Здесь ему не место.

Мальчик бросил быстрый взгляд на мать, прося о помощи. Нижняя губа у него подрагивала. Добрая женщина подошла и положила руку на плечо сына.

– Твой отец хочет сказать, Ренни, что коня надо вернуть законному владельцу.

– И чем раньше, тем лучше, – добавил фермер.

– Теперь я его владелец, – упрямо произнес Ренни, и его темные глаза наполнились слезами. – Он мой.

– Нет, сынок, – мягко ответила мать. Она похлопала его по худым плечам и откинула копну волос с его глаз. – Кто-нибудь обязательно придет за ним. Его все равно заберут. Силой заберут, если ты будешь сопротивляться. Его нельзя оставлять.

– Но... я нашел его! – прорыдал Ренни. Несправедливость горько жалила его. Еще совсем недавно он был в восторге, от того, что нашел коня. А теперь его отбирают! Как это вынести? Фермер нахмурился и отвернулся. Ренни всхлипнул. Мать пыталась успокоить его, облегчить боль неизбежной утраты.

– Я знаю, что мы сделаем! – воскликнула она. – Ты отведешь коня в Аскелон, там люди скажут, кто его хозяин. Мне кажется, если ты не будешь медлить, тебя наградят.

При упоминании о награде Ренни перестал шмыгать носом и потер глаза тыльной стороной ладони.

– Награда?

– Может быть. – Отец повернулся и добавил: – Отлично ты придумала, мать! Отведи его в Аскелон и требуй награду. Может за него дадут пару монет. За такого-то коня! Да хозяин можеи и посерьезнее расшедриться!

– А можно я на нем поеду? – осторожно спросил Ренни. – До Аскелона далеко…

Фермер взглянул на жену и потер подбородок.

– Ну, не знаю, Ренни. Я-то верхом ездить не умею.

– А я умею! – быстро сказал Ренни. – Сам король-дракон меня учил, помнишь?

– Помню, конечно, – кивнул отец. – Но ты прав, Аскелон далеко. Обратно тебе придется идти пешком.

– Да какая разница! – выкрикнул Ренни. – Зато туда поеду на нем! Ну, пожалуйста?

– Ладно. Раз твоя мать так говорит… – отец, видимо, решил не брать на себя ответственность.

Женщина посмотрела в горящие ожиданием глаза сына, и у нее не хватило духу отказать. Она медленно кивнула.

– Я дам тебе еды с собой, чтобы не голодать по дороге. – Она повернулась и пошла в дом.

– Мы с ним доедем до самого Аскелона! – восторженно крикнул Ренни. – А там я обязательно потребую награду!

Глава тридцать седьмая

– Эсме! Эсме, проснись! – кричала Брия, тряся спящую женщину за руку.

– Что? О! – произнесла Эсме, просыпаясь. – Ох, это был сон! – Она непонимающе смотрела на Брию и Морвен, склонившихся над ней, и взялась рукой за висок. – Должно быть, я заснула... но это было так реально – совсем не похоже на сон!

– Ты кричала. – Брия взглянула на Морвен, та кивнула и взяла Эсме за руку. – Мы не знали, куда ты ушла, моя дорогая, – сказала Морвен. – Когда мы обернулись, тебя уже не было. Мы искали тебя, а потом услышали твой крик. Как ты себя чувствуешь?

Эсме потрясла головой, но образы сна оставались такими же яркими, как и прежде.

– Я думаю, со мной все в порядке. Я смотрела рисунки в книге и задремала; легла на скамью и увидела странный тревожный сон.

– Расскажи, если хочешь, – предложила Брия. – Ты его помнишь?

Эсме энергично кивнула.

– Я вряд ли скоро его забуду. Он у меня перед глазами, как будто это произошло прямо здесь несколько мгновений назад. – Она замолчала, глядя куда-то вдаль. – Я стояла на высоком плато... – начала она.

Но Морвен подняла руку, прерывая ее.

– Подожди, моя леди, – сказала она. – У нас есть человек, который прекрасно разбирается в снах и умеет их толковать. Лучше нам пойти к нему. Он должен услышать твой сон.

Эсме поднялась на ноги.

– Это важно? Ведь это только сон.

Морвен погладила Эсме по плечу.

– Есть много способов, которыми Всевышний говорит со своими детьми. Сны – один из таких способов, у нас к снам относятся очень серьезно. – Она улыбнулась и добавила: – Мы просто сходим к нему и послушаем, что скажет толкователь.

Все трое вышли из библиотеки Арига, прошли между высокими рядами полок и столов, заваленных свитками, поднялись по лестнице и через узкий дворик вышли на улицу. Морвен повела их дальше по улице к арке в белой кирпичной стене, выложенной синей плиткой. Открыла ворота и провела их в цветущий сад.

– Какой чудесный сад! – восхитилась Брия. – Кто здесь живет? – Она указала на маленький домик в дальнем конце садовой дорожки.

– Скоро увидишь, – пообещала Морвен. Она показала на большой платан в центре двора. Под ним на широкой лежанке отдыхал человек. Рядом стояла женщина. Брия с удивлением узнала мать.

– Мама, что ты здесь делаешь? – спросила Брия, подходя. Затем она взглянула на человека, накрытого легким одеялом. – О, Бьоркис! Прости меня, – она смутилась, – я хотела сразу навестить тебя. Ты же наш старый друг.

Бьоркис, теперь лысый как колено, но с белой бородой еще длиннее, чем раньше, весело прищурился и ответил:

– Незачем оправдываться, королева! У тебя было много других дел, я знаю. Алинея передала мне ваши приветствия, я даже познакомился с твоими дочерьми – очаровательные создания, надо сказать. В мать пошли.

– Я только что отправила их поиграть с другими детьми, – сказала Алинея. – А мы с Бьоркисом говорили о… – она замялась, – о новостях королевства.

Бьоркис сбросил покрывало и легко встал.

– Я видел много неприятностей на своем веку, знаю, что такое боль. Волноваться по этому поводу бесполезно. – Он помолчал, изучающе осмотрев посетителей. – Вас привела сюда беда, но я все равно рад повидаться с вами, друзья мои. Ох, давно я не бывал в замке.

– Очень давно, – подтвердила Брия, – и это жаль. Иногда мы забываем, как важны для нас друзья, пока не увидим их снова.

– Не стоит жалеть старого барсука! – запротестовал бывший жрец. – Я вот себя ничуть не жалею, меня здесь любят, заботятся обо мне. Смотрите! Я стар, мне трудно ходить, так что же они делают? Выносят мою лежанку в сад! А я взамен рассказываю им истории и читаю старые книги. Они говорят, что им нравится. Поэтому мне и разрешили остаться.