Современный детектив. Большая антология. Книга 1
Шрифт:
Патрик Вейш был прав, Хелен и самой хотелось как можно скорее убраться из этого дома.
— Вы говорили, что у нас есть два варианта? Каков же второй? — спросила она. Топот над их головами стал громче.
— Мы можем воспользоваться тайным запасным выходом и убраться отсюда, не общаясь с полицией. Мой отец построил под домом систему туннелей, по которым можно попасть в северную часть имения. Мы уйдем прежде, чем кто-либо наверху заметит, что мы вообще были здесь. Если верить надписи и дате рядом с фотографией вашей дочери, мы найдем ее и, возможно, моего отца завтра в мадридском музее.
Из соседней комнаты послышался громкий стук.
— Они пытаются вломиться сюда. Надолго стальная дверь их не задержит, — заявил Патрик Вейш.
Хелен снова посмотрела на фотографию Мэйделин, затем вскочила и сорвала ее со стены. Липкая лента, с помощью которой она крепилась, оказалась удивительно прочной, и часть фотографии, прямо рядом с головой Мэйделин, оторвалась. Грохот, раздавшийся из-за двери, заставил их вздрогнуть. Судя по всему, полиция решила пробиваться сюда силой.
— Поспешите же! — поторопил ее Патрик, протягивая руку. Хелен приняла ее, и он потащил женщину к стоящему у стены книжному шкафу. — Классика, — насмешливо произнес он и снял книгу с верхней полки.
В следующее мгновение шкаф отъехал в сторону, как электрическая раздвижная дверь, открывая прямоугольную нишу в стене, достаточно широкую и высокую, чтобы пройти в нее в полный рост. Патрик уже поставил туда ногу, когда она выпустила его руку и бросилась обратно к письменному столу.
— Что вы делаете? — испуганно воскликнул он.
Но она уже схватила старинную книгу. В соседней комнате снова раздался оглушительный грохот, а затем послышались взволнованные мужские голоса, из-за которых перед глазами у Хелен возникли яркие молнии. Голоса стали громче, как и топот тяжелых сапог. Она торопливо сорвала со стены несколько записок. Неизвестный замок с перечеркнутой башней, статья в газете… Стук в дверь заставил ее обернуться. Скомкав листки в руке, она прижала книгу к животу, и пять секунд спустя Патрик втащил ее в коридор через нишу. Последний взгляд Хелен упал на голую стену, на которой, кроме липкой ленты, остался один-единственный рисунок: изображение пчелы.
Негромко зажужжав, тяжелый шкаф за их спинами встал на место, и их окружили полнейшая темнота и тишина.
Глава 32
Сегодня произошло нечто ужасное. Проснувшись, мы обнаружили, что пропал Салаи. Его постель была еще теплой, но ни в доме, ни в саду его не оказалось. Lo straniero тоже поначалу нигде не было, и мы предположили, что они ушли вдвоем, что весьма удивило нас, поскольку до сих пор они избегали друг друга. Однако вскоре lo straniero вернулся с кувшином свежего козьего молока и сказал, что ничего не знает о Салаи. Мы уже было утешились, решив, что Салаи, который проявлял в последнее время все большую ревность по отношению к lo straniero, просто сбежал, когда с улицы донесся громкий крик.
Три крестьянина принесли к нам тело, и только по одежде я понял, что это Салаи. Они нашли его на пути к полям. Он был без сознания, но внешне совершенно невредим. За исключением лица. Оно совсем почернело, и сначала я подумал, что оно испачкано землей, однако потом я почуял запах гари и копоти. Все лицо его обгорело, и, присмотревшись внимательнее, я заметил обнажившееся мясо. Крестьяне предположили, что он шел в темноте с факелом и споткнулся.
Редко доводилось мне видеть Леонардо в таком ужасе. Он тут же уложил Салаи в постель, осторожно умыл его и принялся плакать и причитать:
— Только не мой красавец Салаи! Только не его лицо! Он был так красив! Так прекрасен!
Не знаю, что больше потрясло его: возможная потеря любимца или разрушение подобной красоты. Казалось, даже lo straniero был потрясен. Он молча сидел на своем стуле перед кувшином козьего молока, не в силах пошевелиться. Если Салаи очнется, я не уверен, оставит ли его Леонардо у себя. Без своей красоты он — всего лишь никчемный дьяволенок.
Глава 33
Ему не пришлось долго ждать, прежде чем молодой Вейш и Хелен выбрались из поросшего мхом люка у северной стены имения. Солнце уже совсем зашло. Первой показалась женщина, за ней — мужчина. Настоящий кавалер. Вейш-младший, судя по всему, спокойно осматривал окрестности, а на ее лице явственно читалась паника. Для своего возраста она была довольно привлекательной. Суетливо оглядываясь по сторонам, она словно ждала, что в любой момент на нее кто-то или что-то нападет.
Внезапно он замер. Его любопытство пробудило то, что она крепко прижимала к себе вместе с какими-то бумажками. Он проклял ограниченность человеческого зрения. Однако, скорее всего, эта книга была ему знакома. Переплет истрепался, краски поблекли с тех пор, как он видел ее в последний раз. На него нахлынуло что-то вроде ностальгии. Он втянул носом запах масляной краски, представил себе, как дым поднимается из трубы небольшого дома, почувствовал на языке вкус козьего молока. Вспомнил нежную кожу юноши. Встряхнувшись, словно промокшая собака, он отогнал очередную муху. На миг он замер, когда Патрик Вейш и женщина скрылись из его поля зрения, однако затем услышал гул двигателя тяжелого автомобиля. Быстро шагнув за угол, он успел увидеть, как черный «бентли» исчезает за рядом молодых деревьев.
Зажав трость с серебряным набалдашником под мышкой, он медленно двинулся прочь. Он окажется на месте раньше, чем они, — куда бы они ни направились.
Глава 34
После того, что заявил ей без обиняков доктор Рейд, Мэйделин бросилась в женский туалет, где ее стошнило. А она уже почти забыла, как больно обжигает горло желудочный сок; забыла его привкус на языке, преследовавший ее на протяжении последних лет. Целую вечность она просидела рядом с открытым унитазом, глядя на крепеж для туалетной бумаги прямо перед собой и чувствуя себя такой же опустошенной, как насаженный на него картонный патрон. В какое-то мгновение, когда поверхностное дыхание помогло ей избавиться от покалывания в руках, одна мысль заставила ее подняться: Брайан.
Почему он не сказал ей, какой она стала непривлекательной и толстой? Он должен был согреть ее. Защитить.
В какой-то момент она почувствовала в себе достаточно сил, чтобы держаться на ногах. Умывшись, она отправилась на поиски Брайана. Мэйделин обнаружила его в саду клиники: он сидел на скамейке и читал.
Брайан поднял глаза от книги:
— Выглядишь ужасно!
Первый раз за последние несколько недель он сказал ей правду. Всхлипнув, она набросилась на него и принялась молотить кулачками, пока силы снова не оставили ее и она не рухнула в его объятия. Брайана, похоже, удивила ее вспышка, но он с любовью прижал ее к себе, и когда она, все еще плача, ощутила тепло его кожи, вдохнула его запах, ее ярость почти совсем улетучилась.
— Что случилось? — с тревогой спросил он.
— Доктор Рейд был впервые честен со мной, — снова всхлипнув, ответила она. — Я хочу выбраться отсюда!
Брайан еще крепче обнял ее и прошептал ей на ухо:
— Так давай убежим!
Она высвободилась из его объятий и с удивлением посмотрела на него:
— Ты серьезно?
— Клиника, все это лечение — оно не идет нам на пользу. Это просто тупик.
Девушка кивнула, соглашаясь с ним.
— Подожди здесь, а через пятнадцать минут подходи к павильону за полянкой для занятий гимнастикой, — произнес он, словно давно уже спланировал это. — Дай мне ключ от своей комнаты, я принесу кое-какие вещи.
— Я сама соберу вещи! — возразила она.
Но Брайан взволнованно покачал головой:
— Если мы оба с полными рюкзаками пройдем через клинику и сад, это обязательно бросится в глаза. Что, если нас увидит Гус из службы охраны? Нет, ты будешь просто гулять по парку, как будто ничего не происходит. А я присоединюсь к тебе. Я знаю одно местечко, где мы сможем перелезть через забор.
Его слова звучали логично. Клиника — закрытое заведение, строго охраняемое, хотя на первый взгляд это незаметно.
— Принеси мой телефон! — попросила она, подумав о матери. Рано или поздно та попытается ей дозвониться.
— Его нельзя брать с собой! По нему могут вычислить наше местонахождение. Купим новый, когда выберемся отсюда.
Это тоже звучало логично.
— На тумбочке рядом с кроватью лежит Библия, в ней спрятаны пятьсот долларов, — сказала она, и он принял ее слова к сведению, радостно улыбнувшись.
— На эти деньги мы доберемся до Мексики, — ответил он, а затем исчез.
Все прошло без сучка, без задоринки. Менее чем через пятнадцать минут Брайан появился возле забора с большим рюкзаком, похожим на те, какие носят военные. Он еще несколько дней назад обнаружил за кустами шиповника огромную дыру в колючей проволоке, которую, судя по всему, кто-то специально вырезал. На вопрос Мэйделин, не он ли это сделал, Брайан лишь многозначительно усмехнулся.