Чтение онлайн

Босс немного помолчал, чтобы все запомнили его угрозы.

— И я не хочу, чтобы миссис Джанетто услышала на службе банальные слова, — объявил он. — Только не дрянь вроде «мы стараемся изо всех сил». Я намерен показать ей фотографии убийц — их мертвые тела на улице или подонков, сидящих в тюрьме с закатанными перед смертельной инъекцией рукавами. Не ставьте меня в неудобное положение. Не ставьте нас в неудобное положение.

Зволински выпил кофе, словно это была вода. Выдохнув пар, он помассировал свой жесткий живот, продолжая пристально наблюдать за собравшимися полицейскими.

— У вас три минуты.

Ножки стульев заскрипели по линолеуму, тела взлетели в воздух.

Беттингер вытащил лист бумаги из древнего принтера и направился к двери. Туда же устремились и другие полицейские, уважительно кивая Шэрон, которая сидела за столиком дежурного и вытирала глаза бумажной салфеткой (еще утром все узнали, что она встречалась с Дейвом Стэнли). Груда шоколадных батончиков лежала рядом с ее большим телефоном, где их оставил инспектор Зволински.

Жюль застегнул парку, вышел из участка и направился в сторону своего желтого хетчбэка. Зазвонил его сотовый телефон, и он поднес трубку к уху.

— Да?

— Я кое над чем работаю, — сказал Доминик. — Встретимся позже.

— Не торопись.

Детектив сел за руль хетчбэка и закрыл дверцу. На переднее пассажирское сиденье он положил распечатку с домашними адресами Себастьяна Рамиреса, Маргариты, старшей сестры дилера, и белой женщины по имени Мелисса Спринг, которая регулярно навещала его в больнице и, предположительно, являлась его подружкой.

Беттингер изучил карту, определил кратчайший маршрут к первому адресу и выехал вслед за другими машинами, которые выруливали с парковки. Казалось, боевые корабли выходят в море на поиски врага.

Зевок взорвал лицо детектива. Он ехал на юг и строил гипотезы. Город снял все обвинения против Себастьяна Рамиреса, пока тот находился в коме (по очевидным причинам), и когда избитый Себастьян пришел в себя, он связался со своим адвокатом и подал на Доминика Уильямса, Эдварда Тэкли и весь полицейский департамент Большого Виктори в суд за жестокое обращение. Против детективов имелось множество улик — четырнадцать свидетелей и даже видеосъемка, — и суд должен был неизбежно привести к двум судебным срокам и двум увольнениям. И когда через пять недель судебный иск был отозван, все сильно удивились.

Себастьян Рамирес сообщил «Виктори кроникл», что он просто решил оставить эту историю в прошлом и жить дальше.

Возмущенный врач больницы Иоанна Крестителя Большого Виктори не верил, что жестоко избитый человек естественным путем пришел к такому прозрению, и Беттингер испытывал такие же сомнения. Он легко мог представить, как Доминик и Тэкли угрожали страдавшему от увечий Себастьяну.

По мере того как детектив ехал по Саммер-драйв все дальше на юг, унылые пустующие кварталы постепенно сменялись более населенными, и горячий воздух, идущий от печки, превратил костяшки его пальцев в кожу рептилии. Он записал в блокнот: «Купить увлажняющий крем».

Красный свет остановил хетчбэк на углу, где молодая пара восхищенно смотрела на своего младенца в коляске. Судя по их удовлетворенным улыбкам, ребенок еще не замерз окончательно.

Загорелся зеленый, и детектив повернул руль против часовой стрелки, направляя машину на Пятую улицу, где выстроились ряды трех— и четырехэтажных домов из бурого песчаника. Взглянув на номера, Жюль понял, что дом Себастьяна Рамиреса находится через несколько кварталов справа.

Беттингер не знал наверняка, связан ли изуродованный дилер с казнями, но этот человек явно затаил обиду на полицию Виктори, и его исчезновение из больницы в день убийства полицейских было из разряда совпадений, которые следовало проверить.

Голова Жюля извергла чудовищный зевок. Глаза ему жгла влага, а дорога превратилась в акварельный рисунок.

— Святые угодники!

Полицейский проехал перекресток и увидел увитое плющом бурое четырехэтажное здание с номером «261». Через мгновение он остановил машину у тротуара, рядом с двумя очень большими белыми парнями, которые перебрасывались футбольным мячом.

Детектив убрал пистолет в кобуру и вышел из машины. Когда он ступил на тротуар, ребята с телосложением фуллбеков [76] переглянулись и разошлись подальше друг от друга.

— Берегись! — крикнул один из них.

Мяч просвистел мимо затылка Беттингера и попал в ладони более высокого парня, обладателя темных очков и рыжеватой бородки.

Не обращая внимания на провокацию, детектив поднялся по ступенькам к двери дома, остановился и нажал на звонок квартиры на верхнем этаже.

Ответа не последовало.

Жюль подождал немного, а потом нажал кнопку во второй раз. Теперь он держал ее дольше, но все равно не дождался никакой реакции. Мяч снова просвистел по воздуху у него за спиной и оказался в руках второго игрока.

Беттингер повернулся к ближайшему фуллбеку.

— Прошу меня простить.

— Да? — Бородатый игрок сделал резкий бросок в сторону своего приятеля, который поймал мяч и теперь держал его так, словно тот превратился в отсеченную во время военных действий голову врага.

— Вы знакомы с Себастьяном Родригесом?

— Немного.

— Вы его видели?

Мяч угодил в розовые ладони, и парень помахал приятелю рукой, предлагая отойти подальше. Второй фуллбек зашагал на восток, а лохматый игрок вновь взглянул на детектива.

— Он в больнице. И уже довольно давно. — Он посмотрел на своего напарника, который остановился. — Дальше! — закричал лохматый.

— Благодарю, — сказал Беттингер и стал спускаться по ступенькам.

— Ты выглядишь паршиво, — заявил бородатый фуллбек.

Детектив остановился.

— У тебя ломка? — Фуллбек превратился в куотербека [77] . — Ты поэтому ищешь Себастьяна? — Снаряд описал дугу и опустился в руки его приятеля, стоявшего достаточно далеко.

— Вы знаете, где он? — спросил Жюль.

— Я же сказал, в больнице. — Мяч, словно по волшебству, снова возник в руках фуллбека. — Тебя что-то интересует?

— Ты занял его место, пока он отсутствует?

— Не я. — Бородатый выдал еще один длинный пас. — Но я могу знать парня, который знаком с нужным человеком.

У Беттингера были дела поважнее, чем искать еще одного дилера.

— Может быть, позже.

— Если что, я буду работать у себя над моей бомбой.

— Пока Себастьян не вернется? — спросил детектив, подходя к своей желтой машине.