Чтение онлайн

— Паразиты в Виктори выглядят вполне здоровыми.

— И постарайся не заснуть.

— Ладно. — Справа появилась реклама «Сычуаньского дракона», и Жюль включил указатель поворота. — Я собираюсь встретиться с идиотами.

— Если они не расскажут то, что ты хочешь знать, я разрешаю тебе быть с ними жестким.

— Благодарю.

— И аналогичное разрешение, если я буду спать, когда ты вернешься домой… — Грязный смех вырвался из глотки старика в груди Алиссы. — Ты получаешь разрешение быть грубым.

— Тогда жди.

— В целях доведения до оргазма, — уточнила жена полицейского.

— Задание принято.

Старик захихикал.

Беттингер спрятал револьвер Кимми под пассажирским сиденьем и сменил полосу.

— Я тебя люблю, — сказал он в трубку.

— И я тебя. Пока.

— Пока.

Детектив притормозил и свернул на парковку ресторана, где увидел своего напарника, одетого в серое. Доминик стоял, опираясь на свою роскошную серебристую машину, и пил из стаканчика. Он поднял голову, заметил хетчбэк и выплеснул напиток в урну. Горячий кофе растекся по лежащей там замерзшей лапше, и та треснула.

Задняя дверца серебристого автомобиля распахнулась, и из него, застегивая пиджак тщательно выглаженного синего костюма, выбрался Тэкли. Когда они с бывшим напарником вошли в ресторан, хетчбэк занял место на парковке.

Размышляя о мертвых полицейских и об утке по-пекински, Беттингер оставил свою машину и вошел в «Сычуаньский дракон». В теплом воздухе ресторана пахло чесноком, уксусом и арахисом. В зале находилась всего дюжина посетителей. За угловым столиком, где Элейн Джеймс ела в последний раз, устроились Доминик и Эдвард Тэкли.

Тут же материализовался и Гарольд Чжан.

— Вы с ними?

— Вроде того.

Беттингер зашагал к сидевшим за столиком копам, положил руку на спинку стула напротив, отодвинул его, спокойно сел и потянулся к чайнику.

— Нам нет необходимости превращать это в трапезу, — сказал Уильямс.

— Я намерен поесть. — Детектив наполнил чашку, поднес ее к губам и вдохнул горячий пар.

Тэкли молча пялился на него. Пятнистая кожа превращала его лицо в карту с розовыми океанами и белыми островами. Посреди этой пористой местности находились два холодных голубых бассейна.

— И пока я ем, — продолжил Жюль, — вы, парни, будете говорить. Развлечете меня.

Мужчина с пегой кожей сделал движение левой рукой. Над столом протянулись тени — появились Перри и Хуан.

Беттингер посмотрел на новую пару копов.

— Рад, что вы сумели выбраться.

— В Китае сейчас Новый год. — Рыжий полицейский отодвинул стул и посмотрел на своего напарника. — Верно?

Рябой азиат сел.

— Год Обезьяны.

Эдвард взял чайник, наполнил чашку и посмотрел на Беттингера.

— Тебе не стоит с нами связываться, — сказал он тихим голосом, в котором Жюль не уловил никаких эмоций.

— Я ищу убийц полицейских и намерен связываться со всеми. — Детектив из Аризоны сделал пару глотков чая. — Если у вас всё в порядке, вам нечего бояться.

Перри Маллой посмотрел на Хуана.

— Этот парень похож на пса, про которого я читал.

— Какого именно? — поинтересовался азиат.

— Того, который мог учуять запах с очень большого расстояния — десять миль или даже больше. На самом деле это был пес из шоу.

— И он делал фокусы?

— Когда еще был щенком. Так или иначе, но федералы устроили облаву в Западной Вирджинии, где искали безумных охотников повыживать в диких условиях, прочитали про чудесного пса и посадили его в самолет.

— В первый класс?

— Не уверен. Напомни мне уточнить. Они его привезли, дали понюхать носок сбежавшего парня, и пес сразу бросился в лес и помчался так быстро, что никто не сумел за ним угнаться.

— Решительный.

— Даже по собачьим стандартам. На следующий день его догнали. Во рту у пса был один из пальцев беглеца, а из шеи торчала палка, пробившая ее насквозь.

— Он умер?

— Да. — Перри покачал головой. — А люди любят собак.

— Даже больше, чем черных детективов, которые все знают?

— Тут даже и сравнивать нельзя.

— Хм-м-м. — Хуан задумчиво посмотрел на палочки для еды.

Беттингер еще раз наполнил свою чашку чаем и взглянул на Тэкли.

— Начни со своего приятеля Себастьяна Рамиреса.

Холодные голубые глаза Эдварда оставались непроницаемыми.

— Чего ты пытаешься добиться?

— Хочу поймать убийц полицейских прежде, чем они нанесут следующий удар.

Тэкли посмотрел в свою чашку.

— И что, по-твоему, мы делаем?

— Храните тайны и прикрываете свои задницы. — Жюль решил идти до конца. — Терроризируете соседку Мелиссы Спринг.

— Я не знаю, о чем ты говоришь. — Пегое лицо превратилось в камень.

Остальные полицейские сидели молча и не двигались.

— Чепуха, — заявил их аризонский коллега. — Начнем с того, что вы сказали Себастьяну в отделении интенсивной терапии, заставив его отказаться от иска. Могу спорить, что вы не говорили: «Господи, мы сожалеем» или «Следующее инвалидное кресло за нами».

За столом наступило тяжелое молчание. Над безмятежной поверхностью чая в чашках поднимался пар — и больше никакого движения.

— У вас уже были какие-то отношения с Себастьяном, — продолжал Беттингер, — полагаю, до того как вы сделали его инвалидом. Если вы поделитесь со мной информацией, мы сможем отыскать его вместе.

— Ты его ищешь? — спросил Тэкли.

— Да. Так что расскажите мне историю, в которой вы с ним являетесь главными действующими лицами. Может быть, она про офицеров-оборотней…

— Да пошел ты! — проворчал Доминик.

Его напарник сделал глоток из своей чашки и поставил ее на стол.

— Я здесь не для того, чтобы заводить друзей.

Хуан выдохнул дым.

— Преуменьшение столетия.

На стол легла тень, принадлежавшая Гарольду Чжану.

— Вы готовы сделать заказ?

— Да, — ответил детектив из Аризоны. — Я буду есть лапшу дан-дан, утку по-пекински и тушеные побеги гороха.

Владелец ресторана принялся быстро чертить идеограммы в своем блокноте, а потом посмотрел на полицейского с пятнистым лицом.