Чтение онлайн

Старик показал на стоящий на тумбочке телефонный аппарат.

— По телефону, — ответил он. — Раз в неделю. Звонят через каждые два дня.

Денафриа сделал пометку в блокноте.

— Где сейчас ваша жена? В церкви?

— Да, — кивнул старик. — Пошла помолиться.

— А что та женщина, Лусия Гонсалес?

— Я совершил большую ошибку.

— Понимаю. Где ее можно найти?

— Она живет в Джерси. Она кубинка.

Денафриа облизнул губы.

— Вы ведь брали деньги в долг для нее?

Старик потер лоб.

— Я совершил большую ошибку, — повторил он. — Я отдал ей и почти все собственные деньги. — Он досадливо махнул рукой.

— Нужно, чтобы вы поговорили с Ларри по телефону, — сказал Денафриа. — Я подключу к вашему аппарату записывающее устройство, диктофон. Заставьте Ларри поговорить о деле по телефону. Вы меня понимаете?

— У меня нет денег, — сокрушался старик. — Нет, нет…

— А Ларри нанял громилу-тяжеловеса, чтобы вытряхнуть из вас долг, — напомнил Денафриа. — Видели, какой здоровяк ошивался напротив вашего дома? Такой не посмотрит на ваш возраст.

Старик поднял голову:

— Вы его знаете?

— Джимми Качок, — сказал Денафриа.

— Джимми — кто?

— Он из мафии, — пояснил Денафриа. — Сейчас я подключу к вашему телефону диктофон, а вы вызовите Ларри на разговор, ясно?

Старик пожал плечами:

— Конечно. Что мне еще остается делать?

Денафриа нахмурился.

— Верно. Вот именно.

Чуть позже Джимми Манджино сидел в кабинете управляющего отелем «Бруклин-Инн» вместе с Юджином Транкаттой. Они смотрели самодельный порнофильм.

Кабинет довольно просторный; вдоль стены громоздились, один за другим, три письменных стола; у противоположной стены были сложены складные стулья. За столами притулился еще и диванчик. Транкатта сидел за последним столом в ряду и курил самокрутку с марихуаной. В проходе, справа от стола, помещалась тумбочка с телевизором. Манджино смотрел фильм, лежа на диване.

Транкатта, высокий, лопоухий, наслаждался зрелищем и постоянно чесал за ушами.

— А она ничего, — похвалил Манджино, глядя, как актриса, невысокая женщина с длинными черными волосами, делает минет юнцу в форменной футболке.

— Ее зовут Дженис Готтлиб, — ответил Транкатта. — Ей тридцать восемь лет. Живет где-то в Саффолке. Точнее, в Холтсвилле. Недалеко от Налоговой службы. Работает в школьной столовой подавальщицей. Днем — типичная мамаша, а по выходным — звезда домашнего порно. Знаешь, Джимми, на такие самодельные порнофильмы огромный спрос.

— Но не настолько огромный, раз ты мне постоянно недоплачиваешь, — заметил Манджино.

Транкатта только отмахнулся.

— Прошу тебя, не надо. Тебе нравится приходить сюда, потому что я бесплатно даю тебе девок. Ты уже два года пользуешься их услугами. Мы с тобой ведем дела уже два года, и у меня сложилось впечатление, что тебе даже нравится, когда я вот так возмещаю недостачу.

— Такого добра мне хватало и в тюряге, — сказал Манджино, не отрываясь от экрана. — Там тоже в основном отсасывали.

Транкатта поморщился:

— Ради бога, перестань. Я только что поел.

Женщина на экране переместилась на большую кровать. В кадре появился второй юнец. Первый схватил героиню за волосы и запрокинул ей голову. Второй опустился перед ней на колени.

Манджино оторвался от телевизора:

— Ну, давай рассказывай, что там у тебя за новое дело.

— Кино-то? — переспросил Транкатта, вынимая из пачки сигарету «Кэмел» и закуривая. Он опустил голову и нехорошо ухмыльнулся. — Все началось с той парочки из Массапеки. Они называют себя свингерами. Но, по-моему, они просто психи, чокнутые. Однажды приперлись ко мне — как гром среди ясного неба. Показали, как они развлекаются — две парочки вместе. У одного парня бензоколонка где-то на Лонг-Айленде, а другой у него работает, вроде бы механиком.

Транкатта сделал затяжку и продолжал:

— Устроили такую мини-оргию, менялись женами. А потом попросили меня заснять их развлечения на камеру. Ну ясно, крыша поехала у обоих! Потом они начали притаскивать сюда своих женушек с разными парнями. Парни очень разные, ну, ты меня понимаешь. Например, ниггеры. Черные, как сажа. И члены у них огромные, как у жеребцов. Потом стали приводить молодых. Студентов. А может, и школьников — откуда мне знать? Я у них документы не спрашивал. Некоторые их актеры совсем обдолбанные. Хотя и здоровые такие, качки. Больше тебя, Джимми. Просто гориллы какие-то. И всякий раз те двое придурков смотрят все вместе со мной, пока я снимаю. В общем, все началось месяца два-три назад. А в последнее время они начали приводить и других баб, в том числе и ту, что сейчас трахается с двумя сопляками. Кстати, еще раньше эти сопляки оприходовали обеих женушек моих клиентов.

Транкатта снова затянулся.

— Тот тип, который на меня вышел, уверяет, будто они находят желающих сниматься в таких фильмах по Интернету. Не знаю, как ему удается их умаслить, но, видимо, как-то удается. Иногда они заявляются ко мне все вместе, снимают две-три сцены и устраивают групповуху. Они даже помогают мне устанавливать камеры и свет, если развлекается сразу много народу. Им хочется снимать под разными углами. Они-то и приохотили меня к съемкам, и я вроде как втянулся. Теперь у меня повсюду установлены видеокамеры, даже на съемной квартире. Представляешь, пару раз мне удалось заснять дочку хозяина — она занималась «ручной работой» со своим приятелем прямо у моей двери.

Транкатта перестал чесать нос и высморкался в платок, который извлек из заднего брючного кармана. Платок был весь в пятнах крови.

— В общем, — продолжал он, — у этих чокнутых нечто вроде тайного общества, но псих, который все затеял, каждый раз отстегивает мне наличными. Подмазывает меня как следует, а я что, возражать буду? Никто на моем месте не возражал бы, вот и я не против. Беру то, что мне дают. Кстати, им известно, что я делаю для себя копии. И это, по-моему, только еще больше их заводит. Им нравится, когда на них смотрят. В общем, теперь мой доход вырос и я могу обойтись без займов у ребят вроде тебя. Ты ведь заметил, что в последнее время я не прошу у тебя денег?

Манджино потер виски.

— То, что ты мне рассказал, очень интересно, — сказал он, — хотя ничего удивительного тут нет. Но я имел в виду другое. Настоящие деньги. — Он дотронулся пальцем до кончика носа. — Я вот о чем.

Транкатта улыбнулся:

— А, вон что! — Он выключил видео и развернулся в кресле лицом к Манджино. — Да, — произнес он, — с этим все просто замечательно.

— Я тебя слушаю, — поднял голову Манджино.

Транкатта раздавил «Кэмел» в пепельнице, затем достал самокрутку, отрезал кончик зажимом. Прикурил от зажигалки, склонив голову набок. Закрыл правый глаз и глубоко затянулся. Потом положил самокрутку в пепельницу, глубже вдохнул дым и лишь потом выпустил его из легких.

Не сводя взгляда с Транкатты, Манджино тер виски.

— Я называю то дельце «корейская связь», — объяснил, наконец, Транкатта. — Представляешь, связался с узкоглазыми. У них сеть магазинов деликатесов. Я выступаю посредником между корейцами и русским парнем, Владимиром. Ну и имечко — Владимир. Я называю его Влади для краткости. И он вовсе не из русской мафии. Официантом работает. Представляешь? Долбаный официант из Бруклина, в районе Канарси. Он мелкий барыга. Толкает кокс очень солидным клиентам, а я его поставщик. Когда ему удается сплавить граммов сто товара, мне достается штука баксов, а то и две. В последнее время такое происходит все чаще. Раза два в месяц. В конце недели жду очередную партию товара. Ты свободен в пятницу или в субботу вечером?