Чтение онлайн

— Лиза. Пожалуйста. Я умоляю тебя.

Лиза, наконец, отпустила газ и позволила «Понтиаку» вернуться к более разумной скорости. Она посмотрела на Чипа и засмеялась.

— Мне нравится, когда ты умоляешь, детка. Меня это заводит.

Чип прислушался к бьющемуся сердцу за мгновение до ответа.

— Я буду умолять обо всем, что пожелаешь, если это то, что нужно, чтобы заставить тебя перестать вести себя так чертовски безрассудно.

Выражение ярких глаз и игривое волнение покинули черты Лизы так быстро, что это было шокирующим. Как будто кто-то переключил канал с «Cartoon Network» на какую-то суровую мыльную оперу. Выражение ее лица стало угрюмым, а глаза — тяжелыми и лишенными жалости. Она молча удерживала взгляд Чипа достаточно долго, чтобы ему стало неловко.

Затем она хмыкнула и переключила свое внимание на дорогу.

— Ты должен следить за тем, как говоришь со мной, Чип.

Молчаливая пауза.

Затем:

— Я жду.

Чип нахмурился.

— Чего?

— Твои долбаные извинения.

Как всегда, он знал, что нет смысла спорить с ней. Она не теряла аргументов, несмотря ни на что. Будет только хуже, если он не даст ей то, что она хочет.

— Я извиняюсь за то, что наехал на тебя. Я был неправ.

— Ты вел себя, как ребенок, — Лиза подняла руку, повернув ладонь к нему, прежде чем он успел ответить. — Ладно. Больше не будем об этом говорить.

Это было хорошо для Чипа. Он не хотел больше тратить время на то, что она не будет разумной в любом случае. Они ехали в полной тишине еще несколько минут, пока Лиза вывозила их из процветающего сердца города в мрачную, более измученную южную часть, где многие здания были разрушены и помечены граффити банд. Она уезжала подальше от дома, а не ближе к нему. Трейлерный парк, где они жили, был на северной стороне, сам по себе совсем не высококлассный. Тем не менее, северная сторона была блестящим раем по сравнению с этой частью. Он хотел расспросить Лизу об этом, но ее затяжная угрюмость еще долго сдерживала его язык.

В какой-то момент они остановились на светофоре в месте, где происходила явно незаконная деятельность. Несколько молодых афроамериканцев слонялись без дела на углу. Один из них разговаривал с водителем машины, на холостом ходу. Он что-то передал водителю, и машина умчалась. На противоположной стороне улицы стояла худенькая, молодая женщина в крошечной виниловой юбке и неоново-розовом топике. Она шаталась на смехотворно высоких каблуках, пока ходила взад-вперед по тому же маленькому клочку тротуара и пыталась заглядывать в глаза проезжающим автомобилистам.

Лиза усмехнулась.

— Ты хочешь этого шлюхана?

— Нет, — нахмурился Чип. — А с чего ты взяла, что она чувак?

— Бедер нет, — она снова засмеялась. — И посмотри на этот кадык. Но эй, это круто, детка. Я в порядке, когда ты исследуешь свою сексуальность, если ты этого хочешь.

Чип покачал головой.

— Нет, спасибо.

Свет стал зеленым. Лиза держала ногу на педали тормоза.

— Ты уверен? Смотри, «она» смотрит прямо на нас. Давай, я знаю, ты хочешь ее. Его. Это.

— Не могла бы ты перестать угорать надо мной?

Лиза хихикнула, проезжая через перекресток.

— Ты — большой надутый шар. В чем, блядь, твоя проблема?

— Я устал.

Она фыркнула.

— Точно. Конечно. Это просто оправдание, которое ты используешь, когда не хочешь обсуждать реальную проблему.

Она была права, но Чип решил не обращать на это внимание. В этом случае это было то же самое, что согласиться с ней, и они оба это знали.

Лиза повернула направо и проехала несколько кварталов субсидированного жилья. Эти особые единицы имели безукоризненно благоустроенную территорию и были окрашены в яркие пастельные тона. Это было частью усилий, направленных на то, чтобы район казался менее похожим на место, где умирают мечты. Чип подумал, что это неплохая идея. Эти кварталы, конечно, выглядели лучше, чем их трейлерный парк, который был довольно странным, изношенным. Но пастельные апартаменты были примечательны и по-другому. Они казались знакомыми, как и несколько других зданий, проносившихся мимо слева, в том числе запоминающееся название: «Авто Гараж Кривого Джонсона».

— Твой брат живет здесь, да?

— Ага.

Чип подождал.

— Это то место, куда мы едем?

Она стрельнула в него странно осторожным боковым взглядом.

— Ага.

— Зачем?

Она не уточнила, по крайней мере, не сразу. Она включила прикуриватель.

— Дай мне сигарету.

Кошелек Лизы лежал на полу у его ног. Это была большая кожаная штука с мягкими ремешками, застегивающаяся как большая сумка. Он был новый. Чип был почти уверен, что покойный Кен МакКензи купил его для нее. Он открыл его и на несколько мгновений заглянул внутрь, прежде чем обнаружил почти пустую пачку «Dorals». Он вытащил одну и сунул в уголок ее открытого рта. Загорелся прикуриватель, сигнализируя, что он достаточно нагрелся. Чип приложил к сигарете пылающую красную катушку, и она затянулась. Она кивнула, и он вернул зажигалку в щель приборной панели.

Она пустила в него дым, улыбаясь тому, как он махнул рукой.

— Дуэйн может помочь нам с девушкой.

Чип кашлянул и отмахнулся от дыма.

— А? Как это?

Она снова глубоко вдохнула, но на этот раз она выпустила дым в открытое окно на своей стороне, очевидно, чувствуя, что достаточно насмеялась над ним в первый порыв.

— Я думаю, что могу продать ее ему.

Прошло немного времени. Вскоре они въехали на почти пустую стоянку в здании, где жил странный брат Лизы.

Он вышел в ошеломленной тишине, когда она припарковала машину и заглушила двигатель.

— Останься здесь. Просто подожди минутку, — Лиза уже положила руку на ручку дверцы. Она посмотрела на Чипа с глубоким нетерпением. — Что такое?

— Ты думаешь, что сможешь продать девушку Дуэйну?

Лиза закатила глаза.

— Это то, что я только что, блядь, сказала, — она открыла дверцу и поставила ногу на асфальт. — Это все?

Чип положил руку ей на плечо, сдерживая.

— Подожди. Пожалуйста.

Лиза посмотрела на руку, держащую ее, и уставилась на Чипа.

— Отпусти меня.

Чип выпустил ее руку.

— Извини. Я просто… — он разочарованно покачал головой. — Пожалуйста, найди минутку, чтобы объяснить это мне. С чего ты взяла, что твой брат купит у тебя девушку?

Уголок рта Лизы презрительно скривился, словно она не могла поверить, что он такой тугодум.

— Потому что я продавала ему девушек раньше. Почему же еще?

Вдобавок ко всему остальному, что произошло, эта новая дезориентирующая часть информации была чем-то большим того, c чем он мог бы справиться. Он никогда не подозревал, что у Лизы есть что-то похожее на этот уровень тьмы, даже после убийств.

— Значит, твой брат — торговец людьми, или белыми рабами, или что-то в этом роде?

Лиза хихикнула.

— О, Чип…

Он нахмурился.

— Что тут смешного?

— Ты такой наивный, это мило — вот и все, — она скользнула назад за руль и наклонилась к нему, слегка похлопав его по колену. — Дуэйн действительно кажется парнем, который может заниматься торговлей людьми?

Чипу не нужно было долго обдумывать это. Дуэйн был слишком странным человеком, чтобы делать что-то подобное. Он вообще не общался с другими людьми. У него были социальные навыки бешеной ласки. Он был скрытным и своенравным, недоверчиво относился почти ко всем, кто не был его сестрой, и обычно проводил все время взаперти в своей загроможденной подвальной квартире. Благодаря ежемесячной оплате по инвалидности, которую он получал от государства, ему не нужно было работать. Этот человек был самым жутким одиночкой, таким парнем, который иногда появляется в новостях после того, как полиция совершала рейд в его дом и обнаруживала кучу тел, штабелями набитых в подвале.