Чтение онлайн

— Я при том не присутствовала, — твердила она.

О запертой изнутри гримерной все забыли и мало-помалу успокоились. Все, кроме Макриса.

У него из головы не выходило лицо Каридиса при их последней встрече, а главное — его слова: «Он не убивал».

Макрис решил пока ничего не говорить своим друзьям. Ждал признания Каридиса. И через пять дней фабрикант ему позвонил:

— Приезжайте ко мне домой. Жду вас.

Макрис немедля к нему отправился. Каридис был все еще очень бледен, но держался уже более спокойно. На лице его при виде журналиста появилась горькая улыбка.

— Прежде, чем вы узнаете конец этой истории, я расскажу вам ее начало. Как познакомился с Розой Варги. Как полюбил ее, что пережил.

Он поведал о страсти и страданиях уже немолодого мужчины, с которым женщина играла, как кошка с мышью.

— Она не питала ко мне ответных чувств и не стремилась выманить у меня деньги. У нее и своих было достаточно. Ей нужно было видеть мое унижение, превратить меня в тряпку. В конце концов, я не выдержал… и в семье все было ужасно — вы понимаете…

Макрис понимал. Всем было известно, как фабрикант привязан к своей семье, как обожает детей.

— Я сказал Розе, что решил порвать с ней. Она взбесилась, стала угрожать, что пойдет ко мне домой и устроит такой скандал, что жена сама со мной разведется. Это было вечером, перед премьерой… «Отыграю спектакль, — заявила она, — а завтра утром займусь твоей супругой». И тут…

Он умолк. Макрис глядел на него с ужасом.

— Вы? — наконец выдавил он.

— Да, я. — Каридис грустно улыбнулся. — Я застал ее в дверях гримерной. Она выплюнула мне в лицо эти слова и засмеялась так зло, отвратительно. У меня голова пошла кругом. Тут я увидел у нее за поясом кинжал… И ударил. Она отступила назад и хлопнула дверью перед моим носом. Потом я услышал скрип поворачиваемого ключа. Вот и все.

«Как просто! — подумал Макрис. — Вот вам и тайна запертой двери».

— Как только я чуть-чуть опомнился, — продолжал Каридис, — тут же почувствовал на себе пристальный взгляд Талии Халкьи. Она все видела… И началась пытка. Талия вряд ли сама бы до этого додумалась, но она рассказала Ангелоглу, и они стали меня шантажировать.

— А почему вы решили открыться именно мне? — неожиданно спросил Макрис.

— Я не могу больше переносить эту пытку. Не могу смотреть в глаза дочери. Я должен был кому-нибудь рассказать. Теперь муки окончены… Но умоляю вас…

Он просил Макриса сохранить это в тайне. Пусть имя его детей останется незапятнанным. Ангелоглу был убийцей, и получил по заслугам. А он, Каридис, сам себя покарает. Он только не хочет, чтобы пострадали жена и дети. Они ведь ни в чем не повинны…

Придя в редакцию, Макрис обнаружил у себя на столе телефонограмму. Известный фабрикант Каридис застрелился в своей конторе. Причины не известны. Да, не известны никому, кроме Макриса. Но он уже принял решение: виновник наказан, судебное дело закрыто, а он будет молчать.

Ему стало грустно. Пожалуй, надо сходить к Нелли Карзи, сообщить, что жених ее скоро будет на свободе.

Но только ли за этим? Может, ему хочется отдохнуть душой, глядя в ясные, смелые глаза Нины Зафириади?

Перевод А. Козловской

Женщина, сидевшая перед ним, совсем не вписывалась в этот интерьер. Таких женщин обычно называют «роскошными». Все на ней, начиная от туфель и кончая косметикой, было тщательно продумано и наверняка стоило кучу денег. Даже неискушенный без труда смог бы определить, что ее платье сшито у лучшего портного из очень дорогой ткани, а над холеным лицом, должно быть, изрядно потрудились широко разрекламированные в разных странах институты красоты. И, конечно же, крупный жемчуг на ее перстне не был искусственным.

Рядом с нею толстый коротышка Бекас в своем видавшем виды синем костюме и с коротко подстриженными усиками на заспанном лице выглядел еще нелепее. И обстановка маленькой комнаты, которую жена торжественно именовала «салоном», — старая, дешевая мебель, стол посредине, семейные фотографии на стенах — только подчеркивала изысканность роскошной посетительницы.

— Я пришла к вам, потому что попала в очень трудное положение, — сказала женщина.

— Чем могу?..

— Вы ведь полицейский? Да?

— Был, — улыбнулся Бекас. — Вот уж три месяца, как вышел на пенсию.

— Я знаю, — сказала женщина, — потому и пришла.

Из-под полуопущенных век — это была его манера — бывший полицейский внимательно рассматривал свою гостью. Возраст что-нибудь между сорока и пятьюдесятью, хотя сразу этого не скажешь. Красивая женщина!

— Мне нужна ваша помощь.

— Слушаю вас.

— Речь идет о моем муже.

— Хотите установить за ним слежку?

— Да.

«Обычная история, — подумал он. — Ох, уж эти ревнивые жены!»

— Тогда вам нужен частный детектив. Таких контор теперь полно в Афинах.

Совет Бекаса не произвел на нее никакого впечатления.

— Дело не просто в слежке. Все гораздо серьезнее.

— Что ж, обратитесь в полицию.

— А я предпочитаю — к вам.

Голос ровный, вежливый, но где-то в глубине его крылась неприятная повелительная интонация.

— Я много о вас слышала и полагаю, вы как раз тот человек, который мне нужен.

«Однако ты-то мне не очень нужна», — подумал Бекас и спокойно спросил:

— И зачем же я вам понадобился?

— Чтобы защитить меня.

— От кого?

Она вела себя вполне естественно и говорила логично, но в своей многолетней практике Бекасу не раз приходилось сталкиваться со всякими психозами, и порой они скрывались за совершенно нормальным внешним видом.

«Может, она из этих… „из неустойчивых“?»