Чтение онлайн

— Ты забыл закрыть телефонную книгу. Я сразу же пожалела о том, что произошло. Ах, какая же я дура! Прости меня!

Я закашлял. Мне совсем не хотелось выслушивать ее признания.

— Ничего, ничего.

— Я буквально обезумела, не знала, что и делать. Без конца звонила, но телефон молчал. Тогда я взяла себя в руки и поехала. Входная дверь оказалась открытой. Выстрел раздался как раз в тот момент, когда я шагнула на первую ступеньку лестницы. Я так испугалась, что закричала…

— Тебя кто-нибудь видел?

— Понятия не имею.

Я встал и распахнул окно, чтобы проветрить. Попробовал вглядеться в кромешную тьму. Откуда-то снизу поднимался ледяной холод, наверное, там была глубокая пропасть. Время от времени слышалось, как падают снежные шапки с елей, и тогда они выпрямлялись, освободившись от тяжелого груза. Где-то далеко громыхал по рельсам поезд.

Тот факт, что еловые ветви, избавившись от тяжкого бремени, выпрямляются вновь, обнадеживал. Понемногу я успокоился, все прояснилось и стало на свои места.

Закрыв окно, я разделся и вытянулся рядом с Сереной.

Я знал, что она не спит, и нашел ее холодную как лед руку. Как я мечтал о том, чтобы она обняла меня и, выплакавшись, сбросила со своей души тяжкий камень.

— Ну и чего ты в итоге добился?

— А ты? Разве не ты все время намекала мне, кто убийца? — Она все-таки вынудила меня затронуть тему, которой мне не хотелось сейчас касаться.

Помолчав немного, Серена ответила:

— Пожалуй, да, намекала… Это из-за него погиб мой отец.

— Я подозревал нечто подобное.

— Я спасла честь отца, лишившись своей собственной, и думала, что об этом никто не узнает. Однако я обманулась и теперь в третий раз расплачиваюсь за ту же ошибку. Поверь, я не хотела мстить за отца твоими руками. Но теперь меня одолевает стыд: неужели я спала с тобой, только чтобы отомстить за отца, как раньше спала с ним, чтобы спасти отца… Это ужасно! Ты не должен был его убивать…

Мы долго не могли заснуть. Однако бессонница пошла мне на пользу — мысли мои прояснились. На рассвете я наконец забылся, и этот утренний сон окончательно воскресил меня.

На следующий день мы вернулись в Бухарест. Серена сварила кофе и уселась напротив меня с чашкой в руках, избегая моего взгляда.

— Мы должны расстаться, — заговорила она наконец.

— Хорошо. Я сейчас уйду.

— Нет. Уйду я, а ты останешься. Здесь ты в безопасности. Страна большая. Я выберу такое место, где смогу забыть весь этот кошмар и буду помнить только о том коротком счастье, что выпало на мою долю.

— Но зачем тогда…

— Мне трудно оставлять тебя — ведь я тебя люблю.

Ее слова звучали проникновенно, как покаяние. Странная штука жизнь. Самое непонятное в ней со временем обретает смысл.

— И когда ты вернешься?

Она долго смотрела мне в глаза.

— Когда перестану чувствовать, что моя жизнь целиком принадлежит тебе.

— Звучит многообещающе. Послушай, а тебе не кажется, что я на всю оставшуюся жизнь поселюсь в тюрьме?

— Нет.

— Тогда поразмышляй об этом.

— Не хочу. Разве у тебя нет возможности выкрутиться?

Я поскреб затылок. Не люблю обсуждать свои шансы, это всегда приводит к неудаче.

— Да нет, возможность есть, но очень маловероятная.

— Значит, выкрутишься — и будешь свободен как птица.

Она скрылась в своей комнате и долго не выходила оттуда. Вернулась же совсем другим человеком. Даже сильный макияж не мог скрыть следы слез, И тем не менее она была точно одинокий моряк в океане, с минуты на минуту надеющийся увидеть берег.

Она протянула мне ладонь, рассчитывая на крепкое дружеское рукопожатие. Однако я нагнулся и поцеловал ее тонкое запястье.

— Я буду скучать.

— Если затоскуешь слишком сильно — дай объявление. У тебя ведь мания давать объявления.

— Так и сделаю. Что ты скажешь о таком тексте: «Вечный холостяк ищет партнершу».

Она улыбнулась, сжав мне руку, и ушла. И вот тут-то мое сердце по-настоящему заныло от одиночества. Мне стало так тошно, что я всерьез подумывал, не пуститься ли во все тяжкие.

Часы показывали полдень, к тому же по календарю был понедельник. День и час, весьма подходящие для загула. Я пододвинул телефон поближе, закурил сигарету и водрузил ноги на письменный стол.

Ответил сам Парандэрэт.

— Пришли мне двух девочек.

— Хи-хи! Решил ступить на праведный путь? Пришлось поставить его на место:

— Слушай, кем ты себя воображаешь?

— Матерью великого Шекспира.

— Извините, видимо, я ошибся номером.

— В таком случае обратитесь к господину Вольфгангу Шредеру. Отель «Интерконтиненталь», девятьсот девятнадцать.

Я вздрогнул.

— Ты уверен?

— Нет, конечно. Но это твой последний шанс. Он единственный из того списка пассажиров, кто еще не отбыл восвояси. Воистину это был гигантский труд. Почему ты с самого начала не предупредил, что в самолете летели одни иностранцы? Эй, где ты? Слышишь?

Я выдержал паузу, а потом заговорил вновь:

— Знаешь что? Ты никогда не сможешь передо мной выслужиться, так что не стоит задирать нос. То, о чем мы договорились во время последней встречи, остается в силе.

Прежде чем опустить трубку на рычаг, я услышал его удивленные восклицания:

— Алло! Алло! Куда девочек прислать?

Погасив сигарету, я набрал еще один номер и поднялся. В холле под зеркалом на новом металлическом брелоке висел ключ, который Серена отобрала у меня накануне.

Я вышел, с силой захлопнув дверь.

Было жарко и душно. Девушка металась во сне, дрыгала ногами, а потом и вовсе раскрылась. Она лежала на животе, засунув руку под подушку, а другую вытянув вдоль тела, и время от времени толкала его ногой в бок.

Вспыхнувший свет настольной лампы заставил ее отвернуть голову. Но она не проснулась, лишь пробормотала что-то невнятное. Глядя на ее обнаженное тело, он подумал, что мало кому из женщин присуще чувство меры в таком деликатном вопросе, как демонстрация собственной наготы.