Чтение онлайн

И Неравнодушная Сью, и Дэйзи сразу же немного съежились.

– А это разумно? – уточнила Дэйзи. – Может, стоит просто подождать ответа от Кеннета? Он наверняка поделится с нами информацией, а вот Мэлори не станет. Она нас не сильно-то любит.

– Как я понимаю, Мэлори управляет клубом железной рукой, как и всем, чем занимается, – заметила Фиона. – Держу пари, Кеннету потребуется получить ее согласие перед тем, как передать нам список. Лучше сразу пойти к ней и, так сказать, получить информацию из первых рук. Плюс ко всему мы знаем, где ее искать. Мы можем отправиться в общественный центр после работы. Застанем ее на месте.

Дэйзи сглотнула и посмотрела на Фиону с болью в глазах, как и Сью. Встреча с Мэлори напоминала визит к стоматологу, который откладываешь до последнего и идешь только в случае крайней необходимости, при этом испытывая сильные боль и унижение.

Дэйзи потупилась в подавленном настроении, но стоически приняла свою судьбу.

– А чем мы займемся сейчас? Еще не время закрывать магазин.

– Ищи злобные комментарии в социальных сетях Сильвии, – ответила Фиона. – А нам с тобой, Сью, пора заняться тем, чем мы пренебрегали весь день.

– Чем это?

– Благотворительной работой, – улыбнулась Фиона.

Дэйзи обслужила последнего в этот день покупателя. Женщина купила немного помятый, но все равно пригодный к использованию защитный экран для камина и весьма потрепанный томик «Шоколада». Фиона видела, как нервничает Дэйзи, причем все сильнее и сильнее, готовясь к встрече с Мэлори. Слова потоком вылетали у нее изо рта в направлении покупательницы.

– О, я так люблю книги Джоанн Харрис, а «Шоколад» – просто изумительный роман, проглатываешь на одном дыхании. Вы ее читали? Ах да, конечно, нет, зачем бы вам тогда ее покупать. И у вас, вероятно, есть камин, раз вы покупаете защитный экран. Вы сможете сидеть у огня и читать «Шоколад», как мило! Я только что поняла, что у вас получится какао! Ну, я имею в виду, если соединить шоколад и огонь в камине. Так забавно!

Женщина вопросительно приподняла бровь, оплатила покупку и поспешила удалиться из странного магазина. После ее ухода Фиона перевернула табличку на двери на «Закрыто».

– Дэйзи, тебе не нужно идти с нами на встречу с Мэлори, если ты этого не хочешь.

– Почему ты так говоришь? Со мной все в порядке.

Дэйзи занялась тем, что ее обычно успокаивало: выдавила гораздо больше моющего средства «Сиф» (хотя она продолжала называть его «Джиф»), чем требовалось на прилавок, и стала его тереть с такой силой, словно собиралась проделать в нем дыру.

Противостоять Мэлори гораздо легче было втроем, хотя это могло выглядеть как групповая атака. Вдвоем подруги покажутся менее угрожающими.

– Можем сходить только мы со Сью, – предложила Фиона.

Неравнодушная Сью бросила на Фиону весьма красноречивый взгляд, демонстрируя легкое раздражение из-за того, что Дэйзи сорвалась с крючка, а ее саму тащат на встречу с Бульдозером в барбуровской [301] куртке, как прозвали Мэлори.

Дэйзи скомкала бумажное полотенце, которым протирала прилавок, и бросила его в мусорное ведро.

– Нет, нет. Я не хочу вас подводить. – Она надела пальто и перебросила ремень сумки через плечо. Ей явно хотелось побыстрее с этим расправиться. – Идем?

Саймон Ле Бон вышагивал впереди, нетерпеливо натягивая поводок и время от времени останавливаясь, чтобы исследовать интригующие его запахи. Он подергивал носиком, оценивая, кто тут проходил раньше и стоит ли добавить к этому месту собственный запах. Некоторые места проходили отбор, другие же Саймон Ле Бон считал недостойными, чтобы он поднял лапу.

Вскоре на горизонте замаячил, словно крепость из лососевого кирпича с плоской крышей, общественный центр, владения Мэлори. Архитектурное уродство семидесятых годов среди викторианской роскоши на Саутборн-Гроув.

– Всем приготовиться.

Фиона толкнула дверь плечом. Подруги последовали за ней, но не Саймон Ле Бон, который потянул поводок в другом направлении. Ему не понравился запах этого места. И Фиона не могла его винить. Здесь пахло как в школе, а атмосфера напоминала комнату для встреч с заключенными. Жуткий треск флуоресцентных ламп вызывал мигрень, а потрескавшийся виниловый пол, размеченный потрескавшимся скотчем, видел слишком многое. На нем проводили все мероприятия, от турниров по бадминтону до благотворительных распродаж. В дневное время он служил местом, где собирались пожилые люди.

Войдя внутрь, дамы сразу поняли, почему сюда так не хотел идти Саймон Ле Бон. Здесь собрался весь комитет Крайстчерческого клуба собаководства, а их собаки лежали рядом. Во главе стола восседала Мэлори, что вообще было довольно трудно, учитывая, что они вчетвером сидели за круглым столом, но для нее не было ничего невозможного. Мэлори заняла большое кожаное кресло из своего кабинета, а остальным пришлось довольствоваться низкими пластиковыми стульчиками оранжевого цвета.

Фиона узнала лица всех членов комитета, фотографии которых видела на сайте клуба.

Кеннет Прендивилл, секретарь клуба с крысиным лицом, который помогал Мэлори судить конкурс «Лучший ловец печенья». Рядом с ним стоял пугающего вида доберман, готовый броситься в бой при первых признаках опасности.

Делия Хокинс, заместитель председателя, похожая на Джилли Купер, сидела напротив Мэлори. У ее ног дремал спокойный золотой ретривер.

Рядом с ней устроился казначей Дэвид Харпер с волосами пшеничного цвета. У него на коленях свернулся пушистый померанский шпиц, напоминающий возмущенную тапку.

Мэлори, как всегда, лидировала с самой впечатляющей породой собак. Причем рядом с ней сидела не одна, не две, а целых три здоровенные немецкие овчарки. Не особо тонкий намек на то, кто тут главный.

Собаки и их хозяева одновременно повернулись, чтобы гневно взглянуть на трех нежданных посетительниц. А затем собаки сделали то, что у собак получается лучше всего. Они громко залаяли, возмущаясь их вторжением. Подключился даже Саймон Ле Бон. Потребовалось какое-то время, чтобы успокоить псов, и каждый хозяин применял собственную тактику: кто-то спокойно поглаживал питомца по голове, разумно указывая на то, что все в порядке, в то время как другие, в особенности Дэвид Харпер, орали на своих собак, приказывая замолчать, отчего те только громче лаяли.

Когда волнение улеглось, хотя некоторые собаки продолжали недовольно ворчать, заговорила Мэлори:

– Что вы здесь делаете? Мы обсуждаем дела частного характера.

– Да, вопрос о смерти на выставке собак, – добавил Кеннет Прендивилл.

– Это больше не частное дело, Кеннет, – укоризненно заметила Делия Хокинс. Ее золотистый ретривер полностью проснулся и рыкнул, выражая свое согласие. Кеннет, кажется, нахмурился – точнее было сказать довольно трудно, потому что его лицо постоянно хмурилось и, видимо, застыло с такой гримасой навсегда.