Чтение онлайн

Каждое утро, стоило ей уйти на работу, он садился за стол и, точно помешанный, перескакивал между фейсбуком, твиттером и инстаграмом, и гуглил себя почти каждый час, проверяя, как больной проверяет температуру, нет ли повода для паники. От каждого оповещения о новом письме – дин-дон – или новых постах с его именем в твиттере – твит – и инстаграме – флип – он подпрыгивал.

Не раз он думал о том, чтобы нанять профессионала (или, может, случайного мальчишку) и попробовать выяснить, кто скрывается за зловещей страницей твиттера или почтовым адресом TalentedTom@gmail.com, или хотя бы из какой части света исходят эти сообщения, но всякий раз отвергал идею пустить кого-то в свой личный ад. Думал он и о том, чтобы выдвинуть какую-нибудь жалобу на твиттер, но твиттер спокойно смотрел на то, как президент предлагал поддержку женщинам-сенаторам за оральный секс, – неужели Джейк рассчитывал, что такая платформа пошевелит хоть пальцем, чтобы помочь ему? И в результате он не мог решиться ни на какие шаги – ни прямые, ни обходные, ни обтекаемые. Он просто раз за разом успокаивал себя безосновательной мыслью, что нужно лишь набраться терпения, и когда-нибудь этот кошмар сам собой прекратится, и тогда он сможет продолжать привычную жизнь, зная, что никто – ни его родители, ни его агент, ни его издатели, ни тысячи тысяч читателей, ни Анна – не станет ни в чем его подозревать. Каждое утро он просыпался с бредовой надеждой, что все это развеется, как страшный сон, но затем его компьютер снова брызгал ядом, и Джейк сжимался в ожидании ужасной волны, которая поглотит его.

Затем, в феврале, Джейк заметил, что Талантливый Том добавил на свою страницу в твиттере ссылку на фейсбук. Привычно сжавшись от страха, он перешел по ссылке:

Его первый пост оказался кратким, однозначно недружеским и предельно конкретным:

И по какой-то причине, недоступной пониманию Джейка, этот пост, в отличие от предыдущих, начал давать метастазы.

Первые комментарии были сдержанными, пренебрежительными, даже насмешливыми:

Но затем, через пару дней, Джейк получил оповещение о перепосте в твиттере на страницу одной скромной книжной блогерши, приписавшей вопрос от себя:

Ей ответили восемнадцать человек – отрицательно. И пару дней Джейк отчаянно надеялся, что и это пройдет незамеченным. Но в следующий понедельник ему позвонила Матильда, его агент, и попросила выкроить время для деловой встречи с командой «Макмиллана», и что-то в ее голосе подсказало ему, что это не связано ни с новым туром в поддержку издания в мягкой обложке, ни даже с новым романом, который уже был намечен на ближайшую осень.

– В чем дело? – спросил он, уже зная ответ.

Матильда отличалась манерой сообщать ужасные новости с таким видом, словно ее только что посетила интересная мысль.

– Да представляешь, – сказала она, – Вэнди сказала, что в читательских сетях ходит чье-то придурочное сообщение, что ты не автор «Сороки». А это значит, ты действительно сорвал джекпот. Только самые успешные писатели привлекают всяких шизиков.

Джейк словно онемел. Он посмотрел на телефон, лежавший перед ним на кофейном столике, в режиме громкой связи, и с трудом выдавил из себя:

– Что?

– Ой, да ничего страшного. Любой, кто хоть чего-то достиг, сталкивается с таким. Стивен Кинг, Дж. К. Роулинг… Даже Иэн Макьюэн! Один раз какой-то псих обвинил Джойс Кэрол Оутс в том, что она пролетела над его домом на дирижабле и сфотографировала, что он писал на своем компьютере.

– Бред какой-то, – сказал Джейк и перевел дыхание. – Но… что там, в этом сообщении?

– А, кое-что на редкость оригинальное, типа, твоя история – не твоя. «Маккмиллан» просто хочет позвать юриста и прикинуть хрен к носу. И чтобы мы все были при этом.

Джейк кивнул.

– Окей, отлично.

– Завтра в десять – окей?

– Окей.

Ему потребовалось собрать в кулак всю свою волю, чтобы не устроить карантин, как прошлой осенью, когда он отключил телефон, свернулся калачиком и питался кексами с виски. Но на этот раз он понимал, что должен безотлагательно явиться к «Макмиллану» в более-менее вменяемом состоянии, а значит запой придется отложить, хотя бы ненадолго.

Следующим утром, когда он встретил Матильду в холле своего досточтимого издателя, он все еще был словно контуженный после вчерашнего разговора и источал едкий запах пота, несмотря на то, что заставил себя принять душ всего час назад. Они двое вошли в лифт, поднялись на четырнадцатый этаж, и Джейк пошел по коридору чуть позади помощницы издателя, невольно вспоминая о своих прошлых посещениях этого места: на фуршет по поводу подписания договора, на непростую (но увлекательную!) редактуру, на первую крышесносную встречу с рекламными и маркетинговыми группами, когда он понял, что «Сорока» получит щедрую пригоршню волшебной издательской пыльцы, в которой было отказано его прежним книгам. И позже он бывал здесь по поводу разных событий, связанных с «Сорокой»: продажа первой сотни тысяч, первая неделя в списке бестселлеров «Нью-Йорк Таймс», выбор книжного клуба Опры. Одно лучше другого. Иногда умеренно хорошо, иногда хорошо сверх всякой меры, но так или иначе это были хорошие поводы. До этого дня.

Этот день не предвещал ничего хорошего.

Все расселись в переговорной комнате, включая издателя, агента по рекламе и их «домашнего адвоката» по имени Алессандро, объявившего, что он прямо из качалки, – Джейк посчитал это нелепое высказывание добрым знаком. Алессандро сверкал лысиной под флуоресцентными лампами, и Джейку сперва показалось, что лысина блестит от пота. Но это было не так – потел здесь он один.

– Так что, пупсик, – начала Матильда, – как я тебе и сказала, и я не шутила, нет ничего необычного, что тебя обвиняет какой-то тролль. Ты знаешь, даже Стивена Кинга обвиняли в плагиате.

И Дж. К. Роулинг. И Джойс Кэрол Оутс. Он знал.

– И, как ты заметил, этот тип – аноним.

– Я не замечал, – солгал Джейк, – потому что пытался не думать об этом.

– Что ж, это хорошо, – сказала Вэнди, издатель. – Мы хотим, чтобы ты думал о новой книге, а не об этом вздоре.

– Но мы поговорили об этом, – сказала Матильда. – Мы с Вэнди и с командой, и подумали, что пора подключить мистера Гуаризе…

– Просто Алессандро, – сказал адвокат.

– Чтобы он был в курсе. Посмотрим, не сможем ли мы предпринять какие-то шаги.

Алессандро тем временем раздавал всем распечатки каких-то электронных таблиц, и Джейк, к своему полнейшему ужасу, понял, что это исчерпывающий перечень виртуальной активности Талантливого Тома на сегодняшний день: каждый твит и фейсбучный пост, с текстами и датами, в хронологическом порядке.

– На что это я смотрю? – спросила Матильда, уставившись на распечатку.

– Я поручил одному из моих помощников раскопать, что можно, на этого типа. Он действует, пусть и в скромных масштабах, с ноября.