Чтение онлайн

– Почему?

– Грейс не хочет смотреть, как мы это делаем. Это создает аномалию в ее мирке.

– Как долго держит аккумулятор?

– Точно не знаю. На всякий случай мы заряжаемся каждый день.

От прилива адреналина у Брук трясутся руки. Ей трудно просеивать сахарную пудру, придется потом убирать беспорядок. Ну, хоть какое-то занятие.

Снаружи по гравию хрустят колеса. Они здесь.

– Кинси! Живо в комнату! – шипит Брук.

Кинси тут же убегает.

Митч открывает дверь, но не здоровается с Брук, даже не оглядывает ее с ног до головы, как обычно. Вместо этого он смотрит на Дерека, и в уголке его губ играет хитрая усмешка.

Дерек в ответ сверлит его взглядом, но молчит.

Митч молча проходит мимо, вкатывая чемодан на колесиках в спальню Брук. Похоже, он там прибирается, и ей хочется заорать, чтобы все держались подальше от ее комнаты, пока она не найдет кольцо. Но она молчит, мысленно повторяя рецепт шоколадного торта. Того самого, который она пекла каждую неделю на протяжении десяти лет.

В дом входит Грейс и озирается.

– Где юная Грейс?

– В спальне.

«Как и всегда, тупица».

– Я не хочу, чтобы кто-то сейчас был в образе, – говорит Грейс. – Приведи ее сюда. У меня объявление.

Какого хрена? Такого еще никогда не было. С бешено колотящимся сердцем Брук идет за Кинси.

Грейс смотрит на Дерека в ошейнике на зарядке и вздрагивает, словно не должна была этого видеть.

– Почему ты не подгадал так, чтобы закончить с этим до моего приезда? – кричит она Митчу через всю комнату, но тычет пальцем в Дерека.

– Уверен, потом Хелен все исправит, – кричит тот в ответ.

– Это в ее интересах, – бормочет Грейс, глядя на Брук, которая возвращается с Кинси. – Что у тебя с лицом? – спрашивает она, теребя рукоять охотничьего ножа, висящего у нее на поясе.

Брук не отвечает. Она делает глубокий вдох, уставившись на нож, и перед ее мысленным взором предстает кровь на лезвии – она вспоминает, как с каждой секундой из шеи маленького Коди утекала жизнь. Как Грейс вытерла лезвие кухонной тряпкой, сокрушаясь о брызгах на одежде Коди – дескать, она не хотела «портить костюмы больше, чем необходимо». Причитала о том, что такую одежду больше не выпускают. Милое личико Коди, угасающий свет в его глазах. Брук не могла утешить его, пока он умирал, она боялась, что смертоносный взгляд Грейс в следующий раз остановится на ней. Так и случилось бы, стоило ей только пошевелиться. Ей-богу, так и случилось бы.

Брук часто дышит. Слишком часто. Ей хочется исчезнуть всего на несколько минут, чтобы прийти в себя. Но пока старуха здесь, ничего не получится, поэтому она делает глубокий вдох и берет себя в руки, чтобы ответить Грейс:

– Я споткнулась о ступеньку на крыльце.

– Приведешь себя в порядок после моего ухода.

Брук кивает.

– Рада видеть тебя трезвым, – говорит Грейс Дереку. – В следующую нашу встречу ты будешь в образе. Ты мне нравишься, гораздо ближе к телосложению Альберта, но более мускулистый.

Грейс подходит к нему. Дерек все еще присоединен к зарядному устройству и не может сдвинуться с места. Грейс похлопывает его по плечу и ухмыляется. У Брук пробегают мурашки по телу. Дерек выдерживает взгляд старухи, но, как только Грейс отворачивается, косится на Брук, и в его глазах читается вопрос, просьба объяснить происходящее. Однако она хочет только одного – чтобы ее оставили в покое. После того как за последний час ее комнату дважды переворачивали вверх дном, Брук надо найти кольцо, подаренное Тайсоном. Но Митч все еще там. Чем он занят?

– А теперь мое объявление, – говорит Грейс.

У Брук снова подскакивает адреналин. Что происходит? Грейс никогда не собирала их вместе. Особенно юную Грейс.

– Я хотела бы объявить о помолвке нашей Грейс Гамильтон с Джеральдом Уэйкфордом. Свадьба состоится уже скоро, гораздо раньше, чем того хотят ее родители. Они так грустят, видя, как выросла их девочка.

Она одаривает Брук и Дерека многозначительной улыбкой, как будто они и правда родители Грейс.

Никто не реагирует.

Из ее слов наверняка можно извлечь какую-то информацию, чтобы во всем разобраться.

Словно подозревая, что никто ничего не понял, Грейс продолжает:

– В воскресенье будет пятьдесят четвертая годовщина моей свадьбы. Юная Грейс выйдет замуж и навсегда покинет дом.

Это новая сцена.

Новая сцена – новые правила.

«Навсегда покинет дом».

«Кинси».

Брук подавляет вздох. Никто еще не уходил отсюда живым. Но с другой стороны, может, выйти замуж – не значит умереть.

Она бросает взгляд на Кинси, и при виде страха на лице девушки у нее сжимается сердце.

– Прости, Грейс. – Брук включает свой самый вежливый тон. – Куда отправится юная Грейс после свадьбы?

Кинси прикусывает губу и закрывает глаза. Она не хочет слышать ответ на этот вопрос, но им нужно знать наверняка.

Грейс усмехается.

– Она переедет в дом Джеральда, и они начнут совместную жизнь.

Значит, это начало новой роли для Кинси. Может быть, просто в другом месте.

– А Джеральд сейчас живет там один? Просто ждет дня свадьбы? – допытывается Брук.

Она знает, что настоящая Грейс уехала из дома в день свадьбы и, очевидно, с тех пор жила в другом месте. Может быть, Кинси переедет и продолжит играть Грейс где-то еще. Более взрослую версию Грейс. Брук цепляется за эту призрачную надежду.

– Конечно нет, – возражает Грейс. – Это создало бы аномалию. Все сцены должны происходить в одно время.

«Это еще что значит?»

– То есть в доме Джеральда уже кто-то играет Грейс? – осторожно прощупывает почву Брук.

– Естественно.

«О нет. Дело дрянь».

Это значит, что пленники разыгрывают сцены из жизни Грейс еще в каком-то месте. Может быть, так было все время.

У Брук появляется идея, и она смягчает голос:

– Как Грейс может одновременно быть здесь и в другом доме? Разве это не создает аномалию? Две Грейс, проживающие разные эпохи твоей жизни одновременно? Грейс может быть только одна, верно?

Старуха поджимает губы, и Брук впивается взглядом в маленький пульт, висящий на цепочке у нее на шее. Она зашла слишком далеко. Сейчас Грейс сорвется. Но вместо этого та говорит: