Чтение онлайн

Я повернулся налево и устремился туда, откуда доносился звук. Запах изменился. К остывшей золе примешивалось то, что в романах любят называть «медным» запахом, на самом деле сильно пахло железом, потому что в крови вообще-то нет никакой меди.

Я покрутил головку фонарика, увеличив радиус освещения. И на краю широкого тусклого круга обнаружил смерть.

Он лежал на куче листвы, навзничь, ботинками ко мне. Пока я медленно приближался к нему, мне чудилось жужжание мух над головой, но это было лишь воображение. Мужчина у моих ног был мертв всего несколько часов, начавшееся разложение еще незаметно: ни запаха, ни насекомых.

— Слава богу! — вырвалось у меня. Учитывая ситуацию, это прозвучало жутко, потому что у трупа, о который я запнулся, не было лица. Крупные части черепа отсутствовали, голова выглядела так, словно взорвалась.

Но голова принадлежала не моей дочери, а сейчас только это было важно.

— Йола! — снова позвал я. И снова услышал в ответ всхлипывание, на этот раз с небольшой задержкой во времени.

Несколько жутких секунд я боялся, что страдальческие звуки доносятся из тела мертвеца передо мной, но для этого они были слишком далекими.

Я повернул фонарик в том направлении, откуда они доносились. На стену!

Сильный ветер зашумел в кронах деревьев на краю низины, и снова начался дождь. Множество шелковых нитей сверкали в свете моего фонарика.

Капли с треском сыпались, как рисовые зерна, на развалины стены, к которым я направлялся. Я обогнул их и осторожно заглянул за угол. За развалины.

И она была там: Йола.

Она мертва! — подумал я, совсем не так, как родители в моих книгах, которые отказываются принимать реальность и изо всех сил пытаются приказать своему мозгу игнорировать очевидное: склоненную вперед голову, неподвижное тело без признаков дыхания. Неестественно согнутую левую ногу с выпирающей из брючины костью, словно это сломанная палочка от игры «Микадо».

Сердце у меня упало, на глаза навернулись слезы, поэтому в первый момент я не заметил, что она связана.

Лишь услышав сзади шорох — чей-то сапог раздавил ветку, — я увидел тонкую веревку, которой Йола была привязана к стулу, руки зафиксированы за спиной, что бессмысленно, если она мертва!

— Наконец-то! — прозвучал за моей спиной голос. Глубокий, с незнакомым мне акцентом. Канадским, южноафриканским, австралийским?

Я не обернулся. Вместо этого опустился на колени перед Йолой, моей дочерью, откинул назад ее волосы, приподнял подбородок, погладил ее по щеке (по теплой щеке!), оттянул вверх веко (белок обычного цвета!), нащупал пальцами место, где находится сонная артерия, но от возбуждения, конечно, не смог найти пульс, зато услышал спасительный звук: стон. Из ее рта. Из самой глубины.

— Она ждала вас! — сказал незнакомец у меня за спиной.

Медленно, не поднимаясь, я повернулся к нему. Свет фонариков ослеплял нас обоих.

— Ждала? — переспросил я. Моя правая рука медленно заскользила за спину.

— Чтобы вы могли умереть вместе, — ответил мужчина.

Мы одновременно вытащили свои пистолеты.

— Он не работает!!!

Заключенный перестал бить руками и ногами в крышку люка. Все свои силы Фиш вложил в голос.

При этом он давно уже охрип, отчего его предупреждения, просьбы и угрозы с каждым предложением звучали все более панически.

— Что не работает? — спросила Фрида.

Космо давно уже не разговаривал с киллером. Распорядившись ни при каких обстоятельствах не выпускать «убийцу», он пошел на палубу, чтобы попытаться или завести мотор, или реанимировать сотовый телефон. А может, он последовал за братом. Снизу Фрида не могла точно сказать.

— Пистолет.

— Что с ним?

— ОН НЕ РАБОТАЕТ!!!

Голос Фиша сорвался.

Теперь и Фрида начала кричать.

— Что значит, он не работает? Я стояла рядом, когда вы продырявили им голову своему компаньону!

— Все равно. Макс не сможет из него выстрелить.

Она услышала, как Фиш от напряжения закашлялся. Успокоившись, он сказал чуть тише, но так же возбужденно:

— На штуке сканер отпечатка пальца. Вы что, думали, я вручу вам орудие убийства?

Сканер отпечатка пальца?

— То есть им могут пользоваться только определенные люди?

— Умная девочка. Именно так. Доступ к нему имеют только два человека. Один из них убит, другого вы заперли в чулане со спасательными жилетами.

Ничего.

Не было даже щелчка. Мой палец нажимал на спусковой крючок, но ничего не происходило. Ни выстрела, ни отдачи, ни попадания в грудь противника, куда я целился.

Оружие превратилось в бесполезный балласт в моих руках. Мужчина, который стоял напротив, не мог этого знать. В темноте он наверняка не увидел, как я пытался жать на спуск. Но все равно, казалось, его ничуть не впечатлило то обстоятельство, что я тоже был вооружен.

— Джеймс? — спросил я его, чтобы выиграть время. — Джеймс Эдвардс?

— Верно!

Он опустил свой карманный фонарик, и я увидел высокого, худого мужчину с примечательными чертами лица. В темно-сером деловом костюме он выглядел, как бизнес-консультант, который собирается презентовать совету директоров последние результаты исследования рынка. А не как фанатичный киллер.

Почти невозмутимым голосом он приказал мне бросить пистолет. В руке у него было мощное средство принуждения.

Свет от его фонарика падал на стул рядом со мной. Йола была бледная, как призрак. Ее волосы совсем намокли под дождем.

— Оружие на землю. Иначе я выстрелю Йоле в рот!

Эдвардс осознанно не сказал «в голову», потому что знал: я писатель и могу представить себе все ярче, чем другие. Я тут же услышал выстрел, увидел, как пуля дробит зубы и входит через ротовую полость в мозг, врезается в него и гасит неуемную жизнь, которая когда-то бушевала в Йоле.

Поэтому я сделал то единственное, что мне оставалось.

Я опустил руку так, что пистолет скользнул стволом вперед прямо мне в ладонь. И, снова ослепив парня карманным фонариком, со всей силы швырнул оружие, как топорик, киллеру в голову.

Я даже не рассчитывал попасть. Но, как и ожидалось, Эдвардс не смог подавить врожденные рефлексы и нагнулся. И потом еще раз, когда увидел, что в него летит карманный фонарик.

Предвидя эту реакцию, я помчался вперед, с громким криком, что еще больше его раздражало. Я подозревал, что по какой-то причине Эдвардс хочет схватить нас живыми, иначе он не связал бы Йолу, а меня давно бы уже застрелил из засады. Он не выстрелит! Надеясь, что не ошибаюсь в этом жизненно важном пункте, я опустил голову, как бык, и побежал на Эдвардса.