Чтение онлайн

– Нет, – отрезала Салка. – Это могло бы настроить его против Ворчуна. И мы не знаем пока, что он сообщил полиции.

– Я не представлял, как это выяснить. Однако позднее, за ужином с плокфишкюром – моим любимым национальным блюдом, тушеной рыбой с картофелем, которое я много раз обещал приготовить для Хелены, – Йон метнул на нее лукавый взгляд, и она состроила гримасу, – у меня появилась идея. Наше расследование продвигалось довольно неплохо. И мы могли бы записать все, что сумели разузнать – о лавовом осколке не в том месте, о визите Хильдур к Эйнару и о ее побеге с его младшим братом в прошлом, – и отнести информацию в полицию. Не исключено, что фермер и сам уже сообщил про свою гостью, но у нас имелись показания Лейфура о теме их беседы. А еще то, что поведал нам Магги, когда мы уже собирались уезжать.

Он поднялся на ноги и мрачно воззрился на каменное лицо Арнульфа Торссона, вздохнув:

– Моя сестра ненавидела эту статую. Ее установили через год после его смерти. Я как раз тогда заканчивал школу, а Хильдур только-только начала работать в банке. Примерно через месяц после церемонии торжественного открытия кто-то замалевал лицо монумента. Длинная красная полоса тянулась вдоль каменного тела, словно краска пролилась из банки. Личность вандала так и не удалось выяснить, а он сам не пришел с повинной. Но я знал, что это дело рук сестры, потому что заметил на ее пальто алые капли и сам оттер их скипидаром. Не хотел, чтобы у нее возникли проблемы.

– Но почему она так поступила? – удивился я.

– Имелись причины, – проронил Магги, помрачнев и перестав отвечать на вопросы.

Детективы не слишком обрадовались нашему визиту на следующее утро, в канун Рождества. Подозреваю, они надеялись побыстрее завершить дела и вернуться в Акурейри до конца дня. Пока мы ждали приглашения войти, из допросной комнаты появился мужчина возраста Магги.

– Не покидайте города, Финнур! – крикнул ему вдогонку один из детективов.

Получалось, что брат Эйнара тоже приехал. Интересно, вместе с Хильдур или сам по себе? И знал ли о его возвращении фермер?

Нас пригласили занять места за столом напротив следователей. Младший, в очках, хмыкнул:

– Опять вы двое.

Старший, с подстриженной седой бородой, напоминавший нашего дедушку, только с холодным взглядом, сурово велел:

– Побыстрее выкладывайте, что хотели сказать, дети. – Мы с Салкой начали говорить одновременно, и детектив вскинул ладонь, останавливая нас. – По очереди, пожалуйста. Иначе мы ничего не разберем. Ты, парень, что там бормотал про обломки лавы?

Я объяснил свою теорию насчет того, что осколок, найденный возле головы Хильдур, преступник взял не с клумбы на площади, заключив:

– Значит, в чьем-то палисаднике не хватает элемента.

Детективы переглянулись. Младший снял очки и сжал переносицу.

Однако я, ничуть не смущенный, продолжил:

– Жертву убили в другом месте, возможно, возле того сарая, где уснул Хенрик. Тогда преступник одел ее в костюм Подглядывающего-в-Окна и перенес на площадь, положил рядом обломок и повязал на статую шарф, который принадлежал не парню Йоля.

Я сделал паузу, чтобы перевести дыхание, и внезапно представил себе картину, описанную Магги: вымазанную алой полосой скульптуру Арнульфа. Но до того, как успел рассказать об этом, вклинилась Салка и принялась тараторить про наше посещение фермы Эйнара и про информацию, полученную от Лейфура.

– Вы правы, – кивнул старший детектив, приглаживая бороду. – Хильдур убили не возле статуи. Мы только недавно сообщили об этом в последнем пресс-релизе, надеясь, что кто-нибудь из жителей заметил, как переносят тело. Однако сильная метель загнала большинство горожан по домам.

– За исключением Хенрика, – прокомментировала Салка.

– Хм-м, да. Мы его отпустили, – сказал младший детектив, раздраженно постукивая ручкой по столу. – Нашлась свидетельница, которая подтвердила, что именно она кричала на него, потому что он вручил ее добрейшему сыну-ангелочку картошку вместо конфеты. Однако подозрения с него еще не сняты.

– Финнур приехал сюда в поисках Хильдур? – спросил я. – И успел ли он попасть в город до начала снегопада?

Оба детектива нахмурились. Бородатый ответил:

– Не уверен, что мы вправе раскрывать детали следствия. – Однако все же сдался и сообщил, что, по словам Финнура, его машина на всю ночь застряла в сугробах на перевале неподалеку, вынудив его вчера спускаться в город пешком. – Итак, у вас есть что-то еще? – уточнил детектив, перекладывая свои документы.

Раз уж он рассказал нам про Финнура, я поделился информацией о том, что Хильдур ненавидела статую Арнульфа Торссона, дедушки Хенрика. По выражению лиц детективов было ясно, что они об этом не знали. Бородатый подался вперед и уточнил:

– Памятник изображает известного местного футболиста?

Мы с Салкой дружно кивнули.

– А вскоре планировалось открыть новый спортивный центр, названный в его честь? – добавил младший из следователей.

– Да, – подтвердил я. – За школой. Со всепогодным футбольным полем и прочим.

– Почему же Хильдур ненавидела статую?

– Не знаю, – пожал я плечами. – Лучше спросите об этом Магги.

Когда мы шагали домой, Салка предложила:

– Мы и сами могли бы расспросить Магги.

Сегодня погода стояла теплее, и с ветвей деревьев падали капли от таявшего снега.

– Вчера он не захотел обсуждать эту тему, – напомнил я.

– Да, но мы могли бы сообщить ему новости. Уверена, он еще не слышал о возвращении Финнура.

Я неохотно последовал за Салкой по улице мимо почты и игровой площадки к дому Магги, крайнему в ряду зданий до того, как дорога сворачивала вдоль фьорда, огибая отель Торссонов. Вчера мы уже проезжали здесь, но землю тогда покрывал толстый слой снега. Сегодня же, направляясь к двери дома Магги, я заметил кое-что.