Чтение онлайн

В тот миг способность чувствовать и мыслить здраво окончательно вернулась к Эмилии.

Ей нужно было сделать выбор. Принять решение. Колено жгла боль от пореза ножом. И она так и не знала, как далеко была «Бейкер-стрит». Ее попутчики могли узнать, что они с Дженной остались в тоннеле одни. Сколько времени могло потребоваться кому-нибудь из них на то, чтобы найти тело Дженны и сложить два и два? Сколько времени могло потребоваться ей с Лоуренсом, чтобы по-быстрому собраться и улететь в Австралию – с учетом того, что сбой в подаче электроэнергии мог парализовать и работу аэропортов?

Нет! Пожалуй, лучшим вариантом для нее было опять прикинуться невиновной, разыграть из себя очередную жертву сумасшедшего убийцы.

Приподняв невредимую ногу, Эмилия примерилась и со всей силой топнула ей по мобильнику. Удар пришелся точно по центру экрана. На мгновение он просиял разноцветными линиями, а потом почернел.

И Эмилия вернулась к поезду. Рассказала выдуманную историю и постаралась отойти на задний план, пока все остальные грызлись между собой.

Все. Дело было сделано. С Дженной было покончено. И Эмилия не сожалела об этом. Если она и жалела о чем-то, так только о том, что не воспользовалась шансом сбежать. Но, если ей и было суждено провести остаток жизни в тюрьме, расплачиваясь за свои преступления, Эмилия могла теперь найти для себя утешение в том, что она сумела восстановить справедливость во вселенной.

Откинув голову назад, к окну, Эмилия прикрыла глаза. И стала терпеливо ждать, когда ее попутчики решат, стоит ее связывать или нет.

В итоге Эмилию не связали. Потрясение, которое все испытали от ее признания, привело их в состояние полной инертности. Даже Скотт не попенял никому за то, что его так бесцеремонно связали, несмотря на его невиновность. Откинув назад голову с закрытыми глазами и все еще влажными скулами, он погрузился в собственные мысли. Джесс неуверенно топталась рядом, сжимая телефон Дженны на уровне талии и нацелив луч его фонарика на Эмилию – так, на всякий случай.

Но ей не пришлось топтаться в нерешительности слишком долго.

В открытые двери вагона из тоннеля просочились голоса. За чьим-то громким криком раздались звуки торопливых шагов, и по окнам заплясали лучи мощных фонарей – по проходу между поездом и тоннельной стеной пробирались спасатели.

Первым в дверном проеме появился раскрасневшийся молодой полицейский в униформе. В одной руке он держал промышленный фонарь. Флуоресцентный жилет полицейского вызывающе засверкал под жалким лучиком телефонного фонарика, который Джесс направила на него.

Запыхавшийся и, судя по виду, крайне взволнованный полицейский спросил:

– Здесь все целы?

«Похоже, они обнаружили тело Дженны», – предположила Джесс. Бедняга рассчитывал координировать очередную эвакуацию, а не натыкаться на окровавленные трупы. Рядом с ним в дверях возникла еще одна полицейская. Зажав свой фонарь под мышкой, она поговорила с кем-то по рации, после чего воззрилась на спасенных пассажиров. Женщина выглядела старше и спокойней напарника и явно была более опытной в этом дуэте.

– Мы в порядке, насколько это возможно в нашей ситуации, – честно ответила Джесс, пока два сотрудника транспортной полиции залезали в вагон. – Как вы уже, должно быть, поняли, – она махнула рукой на тоннель, – произошло убийство, – Джесс покосилась на кабину машиниста, – точнее, два убийства.

Другие полицейские с не менее мощными промышленными фонарями, проходившие мимо открытых дверей их вагона, на секунду притормозили, чтобы перекинуться парой слов с коллегами, поднявшимися в вагон, и тут же устремились дальше, чтобы проверить остальные вагоны и эвакуировать людей, которые могли в них оказаться.

– Два? – Более опытная полицейская повернулась лицом к Джесс. Ее лоб наморщило удивление.

Вздохнув, Джесс на секунду потупила взгляд, прежде чем ответить:

– К сожалению, на нашего машиниста тоже было совершено нападение.

Полицейская повернулась к другим пассажирам, осветила каждого лучом фонаря. Все попутчики Джесс выпрямились; их лица озарила надежда – наконец-то их выведут из этого проклятого поезда, и через некоторое время они окажутся дома! Головы не подняла лишь Эмилия, сцепившая руки на коленях.

– Что здесь, черт возьми, произошло? – снова обратилась полицейская к Джесс, признав в ней де факто лидера. Женщина только сейчас заметила ее перевязанную руку. – Вы тоже ранены?

– Я в порядке, – отмахнулась от ее заботы Джесс. – Ранение касательное. Детектив-инспектор Джессика Хирш, – представилась она, но, решив, что на этот раз лучше быть честной, поправилась: – Бывший детектив-инспектор Джессика Хирш. – Она услышала, как несколько пассажиров заерзали и что-то пробормотали при этом откровении. – Но я постаралась сохранить в целости место преступления и возможные улики. Ситуация такова: машиниста закололи тремя ударами ножа в шею во время первого отключения света. Затем часть пассажиров решила спуститься в тоннель и посмотреть, как далеко до следующей станции. Тогда была убита одна из наших попутчиц – единичным ударом ножа, тоже в шею. Предполагаю, вы увидели ее тело по пути сюда?

– Такое трудно не заметить, – пробурчал себе под нос более молодой полицейский.

Напарница метнула на него быстрый взгляд и покачала в неверии головой:

– Но зачем?

Джесс указала на Эмилию.

– Думаю, эта женщина ответит на все ваши вопросы, – сказала она, почувствовав несказанное облегчение оттого, что делегировала полномочия по выяснению обстоятельств дела тому, кто получал за это зарплату. – Эмилия призналась в содеянном перед нами. Я также располагаю дополнительной информацией и готова передать вам собранные улики.

Полицейская перевела взгляд на Эмилию, и Джесс подметила скованность в ее позе. Женщина замерла в ожидании. Похоже, хотела удостовериться, что злодейка не окажет сопротивления. Но Эмилия едва взглянула на нее – удрученно. И мотнула головой.

– Я пойду добровольно, – тихо произнесла она.

После этого поднялся шквал активности. Из других вагонов вызвали еще полицейских. Пассажиров, наконец, эвакуировали, сопроводив к началу поезда под лучами мощных промышленных фонарей, заполнивших весь тоннель белым свечением. Спускаясь из вагона, Джесс увидела, как в кабину машиниста вошли двое полицейских. На Эмилию надели наручники, но об аресте не объявили и прав не зачитали. Слишком многого еще не знали полицейские, чтобы произвести законный арест. Они даже не знали, за убийство кого они ее задержали. «Всему свое время», – подумала Джесс. Она знала, что и ей, и ее попутчикам предстояла еще долгая процедура дачи свидетельских показаний. Дай бог, чтобы их отпустили домой утром. В тот момент, когда они проходили мимо тела Дженны, к блюстителям правопорядка подоспело подкрепление. Озадаченные полицейские принялись огораживать место преступления в ожидании криминалистов. Пассажиры прошли мимо них гуськом, по осевой линии путей; шедшие впереди и замыкавшие колонну полицейские освещали им дорогу. Эмилия шла позади всех, с личным конвоем.

Джесс услышала, как ахнули Хлоя с Исой, поравнявшись с трупом Дженны. Лиам издал непонятный звук и демонстративно отвернул голову. Джесс тоже отвернулась; ей захотелось избавить американку от посмертного унижения любопытством.

На платформе «Бейкер-стрит» оказалось еще больше полицейских, круживших перед черным мозаичным силуэтом Шерлока Холмса, самого знаменитого из вымышленных сыщиков, проживавших на этой улице. Джесс позволила втащить себя на платформу чьей-то сильной руке. Потом еще кто-то помог ей подняться по лязгающей аварийной лестнице. Ее бедра заболели раньше, чем она ожидала. И Джесс мысленно возблагодарила эскалаторы и лифты, обычно выполнявшие за нее эту работу. Не то чтобы ее не слушались ноги. Просто было уже раннее утро, а она не спала почти сутки. Во время подъема по лестнице никто не проронил ни слова. Все думали только о том, чтобы выбраться на поверхность. Лишь когда они – опять гуськом – вышли через узкую дверь в вестибюль станции, Сол нарушил молчание.