Чтение онлайн

Но я обещал назвать цену. В 1973 году, когда началась история с Тони Дэвисом, я только что получил тысячу сто фунтов за заказ в Лондоне. Моя обычная ставка была тысяча, но я накинул десять процентов сверху за работу в столице. Поездка, заоблачные цены на отели, необходимость скрыться на улицах, забитых людьми, – так я сказал моим работодателям, кем бы они ни были.

Сейчас я взял бы десять тысяч – либо одиннадцать за убийство в пределах М25. И да, я принял бы банковский перевод, потому что 10 000 использованными фунтовыми монетами – груз, для которого потребуется небольшая лошадь.

Дело не только в инфляции. В наше время работать стало трудней – со всеми этими камерами видеонаблюдения, цифровым распознаванием лиц и анализами ДНК. Так что, если хотите знать мое мнение, десять тысяч – цена божеская.

За десять тысяч вы получаете гарантированную работу в гарантированное время, чтобы у вас была возможность организовать себе бронебойное алиби. В конце концов, раз вы заказали убийство, вы же будете одним из первых подозреваемых, согласны?

Если вас все-таки арестуют, то только из-за вашей собственной беспечности. Не моей. Если вы попытаетесь свалить вину на меня, о суде можете не волноваться. Я сделаю так, чтобы вы до него не дожили. Разве что вас притащат туда в резиновом мешке. Помните: это обещание вы получаете вместе с моими гарантиями.

Единственная опасность (для меня) – если возникает свидетель. Тогда и его приходится устранять. Я это ненавижу. Вот прямо терпеть не могу. Убивать свидетеля – совершенно бесплатно – для меня страшная мука.

Это и стало проблемой в ту ночь, когда Тони Дэвис встретил меня в поезде. Потому что я повел себя как идиот.

Наверное, я кажусь вам безжалостным и хладнокровным, но, как футболист перед пенальти, я могу испытывать нервное напряжение. А ведь мне надо иметь твердую руку, когда я буду выставлять таймер на взрывном устройстве или целиться из снайперской винтовки – в зависимости от того, что лучше подходит для конкретного заказа.

Поэтому, когда момент приближается, я принимаю кое-что, чтобы расслабиться и успокоить нервы. В ту ночь, садясь в поезд вместе с жертвой, я проглотил крошечную таблеточку, чтобы не волноваться. И тут, когда поезд уже отправлялся, двери купе распахнулись и еще двое пассажиров уселись рядом со мной.

Двое потенциальных свидетелей. Теперь мне предстояло убить сразу троих – и избавиться от тел. Я цеплялся за надежду, что эти двое сойдут с поезда до того, как моя жертва достигнет пункта назначения. (Естественно, я знал, куда она направляется, потому что я профессионал и выяснил все до малейших деталей.) Но они не сошли.

Таблетка, похоже, не работала. Я был на грани нервного срыва. И проглотил вторую.

Потому что я идиот. О да, она меня расслабила. Настолько, что мой язык побежал вперед мозгов. Внутри меня бушевал ураган, а трое моих попутчиков были невероятно скучными.

Взять того упитанного адвоката – он не держался бы так самодовольно, знай он, насколько все его ненавидят. О да, он добился успеха, но за это его презирали, ему завидовали. Наверняка немало преступников сами заплатили бы тысячу фунтов, чтобы таким извращенным путем ему отомстить.

Или тщеславный актер – он вовсе не был так талантлив, как думал. Обычный кривляка, статист – так это у них называют или я путаю? Его, видите ли, не устраивал детский мюзикл, хотя на самом деле даже такая работа была для него слишком хороша. Являлся ли он моей мишенью? Стоил ли тысячи фунтов из чьего-то кармана, чтобы от него избавиться?

Девушка представляла хоть какой-то интерес, и не потому, что работала с компьютерами, а из-за своего тщательно маскируемого интеллекта. Она была одета как Барби, но за наивным взглядом таился острый ум. Мне следовало бы не выпускать ее из виду. Если и есть что-то хуже свидетеля, так это зоркий наблюдатель, с которым сталкиваешься перед убийством. Конечно, все это не имело бы значения, будь она моей предполагаемой жертвой.

Возможно, я заскучал. Может, хотел подразнить Клэр, когда сказал: «На самом деле я убийца».

Я не опровергнул свои слова, как только они прозвучали. Просто произнес их так буднично, что они показались фантастичными. Знаете, как это бывает: «Я собираюсь переплыть Атлантику. А так, перед завтраком обычно переплываю Ла-Манш».

Когда мы сошли с поезда, моя жертва ни разу не оказалась вне поля зрения свидетелей на достаточное время, чтобы выполнить заказ… Да еще эти полицейские поджидали у вокзала. В любом случае я верю в тщательное планирование. Я заранее знал, где надо будет выбросить тело из вагона в непроходимом лесу. И теперь мне требовался другой план.

Я вышел со станции первым. Напыщенный адвокат обогнал актера, Тони, и компьютерщицу Клэр. Я зашел за угол, где припарковал свою машину. Оглянулся и увидел, что мои юные спутники направляются к полицейскому и женщине-констеблю, чтобы рассказать свою историю. Я поспешил к автомобилю и завозился с холоднющими ключами в замерзшем замке.

Старый замок на дверце был оригинальным, но под капотом помещался мощный мотор в идеальном состоянии, который завелся с пол-оборота. И тут я увидел крупный мужской силуэт и тень, двигавшиеся ко мне. Силуэт поднял руку, чтобы меня остановить. Полицейский? Наезд на полицейского грозит большими неприятностями, не говоря уже об ущербе моему драгоценному автомобилю. Я включил фары, и силуэт обернулся трехмерной фигурой с цветущим лицом и снисходительной улыбкой. Адвокат. Мистер Дельмонт.

Я выключил свет. Опустил стекло – форточки в моей машине не было – и подождал, пока он подойдет. Он наклонился ко мне и тихо заговорил:

– Старик…

В темноте я поморщился. Отчасти от кислого духа у него изо рта, залетевшего ко мне в окно, отчасти от «старика». Я думал, так выражаются только в фильмах Терри-Томаса.

Он прошептал:

– Если вы серьезно насчет устранить кое-кого за деньги, могу предложить работенку.

– Я всегда открыт для предложений, – ответил я, – но не здесь и не сейчас.

– Я останавливаюсь в «Сиберн-Инн». Приезжайте сегодня вечером, и поговорим.

– Нет. На людях я не встречаюсь, – сказал я. – Ради вашей безопасности, равно как и своей.

– Конечно-конечно, – пробормотал он. – Тогда сами выберите место.

– Завтра, в понедельник, в полночь. На мосту через Уир. На середине. Будьте там в полночь, и я вас найду. Приходите пешком. Не берите такси, его могут отследить.

Лицо адвоката потемнело.

– Отель на побережье, оттуда не меньше двух миль, – простонал он.

– Физическая активность вам не помешает. Я буду наблюдать. Увижу такси – встреча отменяется.

Он сунул руку в окно и похлопал меня по плечу.

– Ну-ну. Посмотрим, как вы сдержите слово.

Он поспешил к стоянке, где ждало одно-два такси, и скрылся из поля моего зрения. Никто не видел нас вместе. Я газанул, включил передачу и почувствовал, как колеса скользят по гололеду. Пришлось сбросить газ. От этих таблеток я стал слишком беспечным. Надо полностью сосредоточиться на вождении.