Чтение онлайн

– Открой, Масаки-сан. Или мы ее откроем, – взволнованно обратился ко мне Симада. Раздались повторяющиеся звуки ударов в дверь…

На кровати сидела Юриэ. Она закуталась в одеяло и, дрожа, испуганно смотрела на меня.

– Ты все слышала, – сказал я и бросил маску из белой резины, которая весь этот год была моим лицом. Смятая тонкая маска хлопнулась на пол. – Юриэ… Ты до сих пор меня любишь?

Юриэ задумчиво наклонила голову на вопрос, который я с таким трудом наконец задал. Она широко открыла глаза, посмотрела на мое истинное лицо и произнесла:

– Я не знаю.

Когда я прошлым летом играл на пианино в башенной комнате (потеряв палец на левой руке, я больше не мог играть так же, как когда-то…), она наклонялась ко мне и говорила слова любви… этими же губами.

Девушка, которая провела десять лет взаперти, была впервые вытащена «наружу» человеком по имени Синго Масаки. Она познакомилась с настоящим мужчиной, узнала значение слова «любовь» и, в конце концов, повинуясь его словам, приложила свою чистую руку к кровавому преступлению. Она была охвачена тоской по внешнему миру, находясь в «тишине», о которой мечтал мужчина…

Я наконец осознал, что Юриэ больше не моя марионетка.

Я полюбил красивую куклу, которую Киити Фудзинума лишил души, и вдохнул в нее жизнь. И в результате кукла, получившая собственную волю, решила теперь бросить меня и идти одна… Вот, значит, как?

Возможно, это просто самодовольная сентиментальность побежденного преступника. Однако и так все хорошо… Все хорошо.

Это было странное ощущение. Пламя яростного гнева, вспыхнувшее, когда я убил Митамуру, потухло, словно оно было ненастоящим.

Если меня поймают, то приговорят к казни как жестокого убийцу. Однако я искренне думал, что хотя бы ее точно должен был спасти. Мне нужно было одному расплатиться за все грехи.

– Я был не прав. Прости, – сказал я, быстро отвернулся и побежал в кабинет.

Через стену я слышал крики Симады и остальных.

– Не волнуйся! Я не собираюсь делать глупостей! Я просто хочу взглянуть на картину! – прокричал я и проскользнул в камин.

Как и сказал Симада, внутри камина был маленькая незаметная черная кнопка. Я нажал на нее и тут же…

Скр, скр-скр… Скр-скр-скр-скр…

Раздался тот же скрип, и пол начал медленно проваливаться.

Вскоре лифт остановился, и я оказался в потайной комнате. В ту же секунду я зажал рот обеими руками и слабо простонал.

Под лампой на низком потолке передо мной лежал труп Киити Фудзинумы.

Хотя прошел уже год, на нем совершенно не было признаков разложения (возможно, мне так показалось?). К костям прилипло иссохшее мясо (наверное, и это показалось?). Грязная маска. Пыльный халат. Мерзкий запах…

Я вспомнил, как Томоко Нодзава жаловалась на «мерзкий запах» в подвале. Возможно, эта потайная комната как раз примыкает к подвалу. Вероятно, через крошечные щели в стене зловоние просачивалось из этой комнаты.

Труп Киити протянул вперед правую руку в белой перчатке. Я проследил за направлением его руки и в следующее мгновение увидел огромный, сотый по счету холст, висевший на стене.

«Призрачный ансамбль»…

Так вот он какой!

Я убрал руки ото рта, растерянно раскрыл его и, забыв про зловоние, уставился на удивительную картину.

Все ее пространство заполнял огромный черный силуэт. Это было здание, похожее на средневековый замок с башней конической формы. А слева от этого силуэта были нарисованы три колеса… Водяные колеса? Да, водяные колеса… Это…

Это же Дом с водяными колесами?

А внутри этого силуэта, внутри этого особняка, было нарисовано множество удивительных элементов.

Красивая девушка с длинными черными волосами. Ее большие глаза полны скорби, она пристально смотрит вдаль.

Ноги. Две мертвенно-бледные ноги, жесткие и вытянутые словно палки.

Нечто плывущее в центре особняка… Маска. Жуткая белая маска, поразительно копирующая лицо сына Иссэя, Киити Фудзинумы…

«Я, как и отец, боюсь той картины. Можно сказать, ненавижу ее».

Да. Однажды Киити сказал это.

«Отец был провидцем…»

Да, точно…

Иссэй Фудзинума был провидцем в самом прямом смысле этого слова. Он обладал уникальным талантом передавать на холсте в оригинальном виде фантастические пейзажи, которые увидел его мысленный взор.

Пейзаж, который Иссэй увидел одним из последних в своей жизни…

Вероятно, Киити был очень сильно удивлен, потеряв ноги и лицо после аварии тринадцать лет назад. На этой картине его отец Иссэй действительно предсказал, как он будет выглядеть тогда, как и оставшиеся десять лет жизни.

Я ошеломленно глядел на эту картину.

Киити боялся своего отца, который предсказал его печальное будущее, и этой картины, но, будучи вынужденным все же следовать ей, все равно построил здесь особняк с этими тремя вращающимися водяными колесами.

Все из-за этой картины…

Из-за этой картины нужен был Дом с водяными колесами. Сумасшедший архитектор Сэйдзи Накамура из-за нее спроектировал этот особняк как одно из своих оригинальных произведений. Из-за этой картины Киити, пряча лицо под маской, запер длинноволосую красавицу Юриэ и самого себя здесь, а картину запрятал как можно глубже…

В этот момент…

Я заметил маленькую деталь, нарисованную в самом углу полотна. И никак не смог удержать крик, поднявшийся из глубины горла.

О, что же это значит?

Неужели меня настигла та же участь, что и Киити?

Обращенная на зрителя ладонь. Застывшие пальцы широко растопырены. Левая ладонь с отсутствующим безымянным пальцем, перепачканная в серой крови.

— «Клуб одиноких сердец Уилера», — возвестил я. — Позвоните нам, и мы найдем для вас родственную душу!

— Лейтенант Уилер! — Шериф Лейверс, видимо, совершенно обалдел. — Вы не вполне соображаете, а сейчас половина десятого утра! Не сидит ли у вас какая-нибудь блондинка? Головокружение после ночи или еще что-нибудь в этом роде?