Современный зарубежный детектив-23. Компиляция. Книги 1-18
Шрифт:
Пристальный взгляд Мурада Давидовича обратился в сторону сада. Он смотрел на тропинку, ведущую на заднюю часть двора, где стояло небольшое здание, которое когда-то сильно пострадало от пожара и которое затем отстроили заново. Скрывающееся под простым словом «сарай», оно было местом, где приводились в исполнение наказания.
Не оборачиваясь к сыну, мужчина произнёс:
– Этой девушке не стоило появляться в их семье. Но раз это произошло, пусть это станет знаком судьбы и началом нашей истории, Тимур-Алан.
– Алан! – дерзко поправив отца, он сделал полшага вперёд. – И не нашей истории, а твоей! Не хочу иметь никакого отношения к этой грязной теме!
Седые брови мужчины удивлённо поползли вверх, он почувствовал, как левая рука предательски начала неметь – действие лекарств ослабевало. Не подав виду, он твёрдо ответил:
– У меня всего один сын! Второе крыло утеряно.
– Поэтому ты толком не можешь смотреть сыну в глаза? – Алан раздражённо выдохнул, выдержав напряжение, которое повисло в воздухе между ними.
Мурад Давидович обернулся.
– Я не могу рисковать тобой! – его голос был полон твёрдости. – Если из-за этой девчонки на моё имя вновь падёт тень сомнений и семья будет под угрозой… – Повисла пауза, после которой голос Мурада Давидовича стал ниже и прерывистее. – Уничтожу. И глазом не моргну. И мне плевать, что ты думаешь по этому поводу!
Алан шумно выдохнул, сжав кулаки. Почему-то стало холодно, это особенно ощущалось в области груди.
– Если я узнаю… – тихо произнёс он, – что Мира не в порядке или один из твоих накачанных ублюдков хоть пальцем тронул её, то сломаю руки каждому. – Алан посмотрел отцу прямо в глаза. – Инвалиды в твоём окружении ни к чему, не так ли? – напомнил он отцу когда-то сказанные им же самим слова.
Мурад Давидович посмотрел на сына хмурым взглядом.
– Ты же как-то находишься под крылом клана Тагиевых. – сказал он. – Или это уже не так?
Алан шумно выдохнул и, не выдержав, чертыхнулся, отчего Мурад Давидович с довольным видом отстранился от него и сел за письменный стол.
– Мы не закончили! – сквозь зубы прорычал Алан, подойдя к столу и всем телом нависнув над сидевшим отцом. Глаза их оказались почти на одном уровне.
– Где она? Меня достало, что последний час мне приходится озвучивать один и тот же вопрос!
Повисла пауза, которую мужчина нарушил на удивление спокойным тоном:
– В сарае.
Алан взвыл, прикрыв руками лицо. Сразу стало понятно, про какое место он говорил и для каких целей оказывались там люди, впавшие в немилость главы клана Тагиевых.
– Какого чёрта человек, которого ты два месяца назад и в лицо не знал, оказался в грёбаном сарае, где ты пытаешь таких же ублюдков, как ты сам?! Эти стены пахнут гнилью и смертью!
– Щенок! – повысил голос Мурад Давидович, сверкнув глазами. – Этой особе не стоило появляться в нашей жизни! – его тон повышался. – Но раз это случилось, она обязана ответить!
Алан злорадно усмехнулся, не сумев унять мелкую дрожь в теле. Чувство страха подкралось со спины.
– Ты собственному сыну не сумел помочь, не пойму, в чём смысл этого дешёвого спектакля?! – Не дожидаясь ответа, прерывисто дыша, Алан развернулся и быстрыми шагами удалился, громко хлопнув дверью.
Проходя мимо Тахира, который словно верный пёс находился на первом этаже, он произнёс:
– Дай указание подготовить воду и еду, я приведу её.
– Младший хозяин, вы не знаете… – мужчина осёкся, смотря на Алана непривычно беспокойным взглядом.
– Чего я не знаю? – прошипел Алан, напрягшись от плохого предчувствия. Предполагая, что, скорее всего, дворецкий пытался донести до него настороженным тоном, Алан сорвался с места и побежал в сторону сарая.
– Младший хозяин! – прокричал Тахир вслед Алану, но он уже исчез из виду.
Добежав до заднего двора, у входа в небольшое здание он увидел двоих охранников. Светловолосый парень с грубыми чертами лица и широко посаженными глазами преградил ему дорогу. Недоверчиво поглядев на свирепый вид Алана, он на секунду замер, понимая по изуродованному лицу, что перед ним стоял младший сын Мурада Давидовича, Тимур-Алан, которого ранее он ещё не видел, но про которого слышал.
– Уйди, – прорычал Алан нетерпеливо.
Опешив, не понимая, стоило ли перечить младшему хозяину, светловолосый парень утвердительно кивнул и отошёл в сторону. Второй охранник последовал его примеру.
Алан ударом ноги распахнул дверь и вошёл внутрь. Найдя девушку в первой тёмной комнате без единой форточки, он замер на месте, смотря со спины на безжизненный силуэт в углу. Сморщившись от отвратительного запаха сырости и гнили, он прикрыл рот и огляделся в поисках хоть какого-то источника света, но ничего не нашёл.
Мира лежала в позе эмбриона в разодранной одежде, истекая кровью. Длинные волосы спутались в грязи, лицо было разбито.
Когда он заметил окровавленную повязку на плече, из горла Алана вырвался злобный рык. Он наклонился к ней и как можно аккуратнее взял её на руки. Его руки испачкались кровью. Разбитая голова Миры, слабое дыхание и полуобморочное состояние, в котором она находилась, предвещали скорую смерть девушки. Кровотечение не останавливалось.
Оценив состояние Миры, Алан уверил себя, что ещё не поздно и девушка жива. Он вышел из сарая.
Охранники, не осмелившись преградить ему путь, ощутили на себе предостерегающий взгляд разъярённого младшего хозяина. Он кратко и с яростью в голосе предупредил:
– Скоро увидимся.
Все изначально вело лишь к одному: чтоб каждый обрел свою истину.
Глава 40
Жизнь мужчины чаще всего ломает женщина
Алан спал на небольшой чёрной бархатной софе, на которой ранее изредка сидел в полуразвалившемся состоянии и наблюдал за своим отражением в зеркалах на потолке.
Это было непросто. Мало того, что софа с трудом умещала на себе спящего, так ещё и обивка щекотала его кожу. Левая нога Алана свисала и касалась холодного пола. Скрестив руки на груди и уткнувшись подбородком в левое плечо, он крепко спал, уснув лишь ближе к рассвету.
Полночи Алан не отрывал задумчивого взгляда от Миры, которая спала в полутора метрах от него на большой двуспальной кровати.
Его кровати.
Её веки вздрогнули ближе к девяти утра.
В комнате было прохладно, отчего Мира сжалась в комок. Несколько раз моргнув, взгляд карих глаз сосредоточился на стене, цвет которой казался то ли тёмно-синим, то ли чёрным.