Чтение онлайн

– А почему тебя это волнует? – Мира несмело парировала пристальному мужскому взгляду.

Находясь наедине с Дженком, тревога забила в колокола. Во все и сразу.

– Ну, знаешь ли… – протянул он, задумчиво обхватив пальцами подбородок. – Вдруг в твоей маленькой светлой головке возникнут хитрые мыслишки.

– Интересно, и какие же? – голос Миры звучал более или менее уверенно, хотя изнутри каждая струна души дрожала.

Она чувствовала страх и ничего не могла с этим поделать.

Дженк не вызывал ни намёка на доверие. И если в прошлый раз она невзлюбила его, разглядев в этом человеке просто брата Сюзанны, то сейчас перед ней стоял некто более тёмный и опасный.

– Ну, может, захочется втереться в доверие добродушного отца и мачехи, пытаясь стать частью дома. А для чего? Чтобы отжать лакомый кусочек! – Мерзким голосом протянул последнее слово Дженк и театрально пожал плечами. – Эти добряки могут наломать дров! Признай, одурачить их не составит труда!

Мира возмущённо произнесла:

– Махира относится к вам как к родным!

Дженк усмехнулся.

– Махира никогда не была нам родной. – Затем он спокойно добавил: – И не будет.

– Глупости! – Мира огрызнулась, чувствуя, как закипала её кровь. – Она так тепло отзывается о вас, а вы ни разу не удосужились проведать её или хотя бы один раз поужинать вместе. Махира и мухи не обидит. Я уверена, она пыталась стать для вас родной, но вы настолько холодные и бездушные, что не смогли принять и полюбить эту прекрасную женщину!

– Какая душераздирающая тирада! Я бы пустил слезу, – в голосе Дженка проскользнул подлый сарказм, – но сделаю это на кладбище, играя роль старшего пасынка. Осталось немного!

Мира шумно выдохнула, понимая, что разговор следовало прекратить.

Сама мысль о смерти Махиры приводила её в ужас. Окружающие, и она в том числе, понимали, что слабое здоровье таяло день ото дня, и состояние Махиры ухудшалось, но думать об этом категорически не хотелось.

Дженк наклонился ближе и пальцем провёл по щеке.

– Прости, что разочаровал, – прошипел он и, оскалившись, подмигнул, вызвав у Миры очередной приступ страха.

Оттолкнув его, она резко сорвалась с места и побежала к лестнице, желая как можно скорее оказаться подальше от этого человека. Она чувствовала отвратительное ощущение скрытой беды, которая витала вокруг неё, пытаясь выждать лучшего момента, чтобы заманить в яму и накрыть с головой.

И если Дженк не та самая беда, то он, несомненно, может оказаться этой ямой.

Стремительно вбежав в беседку, как будто за ней гналась стая собак, Мира облегчённо выдохнула. Сердце грохотало в груди.

Нина и Махира посмотрели на неё обеспокоенными взглядами.

– Тебя долго не было. Где ты пропала, милая?

– Нин, встретила Дженка, немного поговорили. – Мира уселась за стол рядом с Махирой.

Та внимательно изучила обеспокоенное лицо испуганной девушки и аккуратно уточнила:

– Как понимаю, разговор был не из приятных?

Мира, поджав губы, кивнула, ничего более не сказав на эту тему. Но Нина и не настаивала, прекрасно понимая, как Сюзанна и Дженк некрасиво вели себя не только по отношению к ней самой, но и к другим домочадцам, в том числе и к Мире.

Девушке понадобилось некоторое время, чтобы прийти в себя и начать вместе с Махирой и Ниной спокойно рассматривать альбомы с детскими фотографиями.

Ибрагим Асадович ушёл ещё до прихода Миры – он удалился в свою комнату, чувствуя надвигающуюся головную боль.

Как девушка ни пыталась сосредоточиться на детских фотографиях, в ушах вновь и вновь звучали слова Дженка, а фотография пожара постоянно возникала перед глазами, заставляя сердце Миры судорожно сжиматься. Она засунула руку в карман брюк, чтобы проверить, была ли фотография на месте. Да, была.

События получили неожиданное развитие. И всё, что казалось привычным, начинало пугать. Эта маленькая нечёткая фотография могла значить только одно: кто-то в вечер пожара тоже был в доме и сфотографировал мёртвую Лейлу.

Этот человек не помог выжить бедняжке!

Этот человек начал страшную игру!

И зачем-то он запечатлел ужасающий момент кончины, а потом спрятал фото не где-нибудь, а именно в комнате покойной.

В комнате самой Лейлы.

Страх. Отчаяние. Паника.

Этот человек или псих, или… Она судорожно вздохнула, понимая, что у него был доступ к комнате Лейлы и он спрятал фотографию в таком месте, где никто не сумел бы найти.

Если бы не случайный удар крышки об пол, ставший переломным моментом пребывания Миры в доме Ибрагима Асадовича и Махиры, эта тайна не раскрылась бы.

Не сразу, но Мире удалось уловить нить разговора женщин между собой.

– Завтра особенный день? – поинтересовалась Мира, оторвавшись от альбома и собравшись с мыслями.

– У малышки Аиши день рождения, – пояснила Махира. – Моему ангелу исполнится шесть лет.

– Оу! – лицо девушки впервые за полчаса озарилось слабой улыбкой. – Это прекрасная новость!

– Да, но Ратмир не празднует дни рождения, – вздохнула Нина, – поэтому мы празднуем тут, у себя.

Мира приоткрыла рот, пытаясь что-то сказать, но вместо этого непонимающе уставилась на них.

Махира пояснила, чувствуя возмущение, исходившее от девушки.

– Мы стараемся не осуждать его за это. Он отец и вправе решать, как поступать с собственным ребёнком.

– Но Аиша не останется без праздника, – вмешалась Нина, пригубив остывший чай.

Махира поникшим тоном сказала:

– Но завтра, скорее всего, мы уедем, и я даже думать не хочу, что моя девочка не почувствует и минуты радости.

Вмешалась Нина, спросив каким-то загадочным тоном:

– Всё же к Аиде?

Махира глазами ответила согласием и дала понять, что эту тему лучше не обсуждать.

Но Мира, не обратив внимания на этот мимолётный вопрос, зациклилась на другом:

– Как можно не праздновать день рождения дочери? Неужели причина настолько серьёзна, что он ставит её выше дочери?

– Да, – кивнула Махира, не желая придумывать отговорок. – В этот день он потерял родителей, и ему сложно чувствовать радость.