Чтение онлайн

– Какого направления, милый? – спросила Мэри.

– Чего?

– Какого направления? Ну так, для ясности…

– Ну того… которое с отрубанием рук. – Говард на всякий случай изобразил соответствующий жест.

– Катлер, – сказал Миллер. – Тот, кто заплатил за… отрубание рук. Думаю, стоит нанести ему визит и посмотреть, как поживает его больная голова.

– Будь осторожен, Деклан, – сказала Мэри.

Они с Говардом ушли из полиции еще когда Уэйн Катлер угонял машины и торговал отдельными косяками в бумажных пакетах, но им было хорошо известно, кем он стал с тех пор.

– Не знаю, как ты держишься, – сказала Глория. – Каждый день иметь дело с такими головорезами…

Миллер ухмыльнулся, потому что назвать Уэйна Катлера “головорезом” было все равно что сказать, что Илон Маск “неплохо устроился”.

– Что я могу сказать? Я невероятно храбрый. Не говоря уже о том, что остроумный и красивый. – Он выждал, переводя взгляд с одного члена группы на другого. – Могли бы и не заставлять меня самого это говорить.

Мэри сочувственно улыбнулась и потянулась ткнуть Миллера в руку.

– Ну что ж, – сказал Говард. – Схожу за следующей порцией…

Зная, что пунктуальность (наряду с откровенно необъяснимой тягой к правде, взрывным характером и странным неприятием шуток) – ключевая черта Сю, Миллер не удивился, услышав, как ее мотоцикл подъехал без одной минуты девять. Теперь, десять минут спустя, она сидела рядом с ним на диване, уставившись на вольер Фреда и Джинджер так, будто те в любой момент могли выбраться и вцепиться ей в горло.

– Достать одного из них на обнимашки? – спросил Миллер.

– Спасибо, обойдусь.

– У них очень мягкая шерстка, знаешь ли. – Он сделал вид, что собирается встать.

Сю тут же непроизвольно вскрикнула и подтянула ноги на диван.

– Да шучу я. Господи…

Сю нахмурилась. Возле ее правого глаза появился легкий тик, что редко было хорошим знаком.

– Неужели ты сам-то ничего не боишься, Миллер?

– Ну, не то чтобы боюсь, но есть много вещей, которые мне не особо нравятся. Море, для начала… в смысле, находиться в нем, а не смотреть на него.

– Ну вот видишь…

– Флейта Пана, караваны, запеченная фасоль, идиоты, которые говорят, что не любят “Битлз”… – Миллер сделал паузу, чтобы перевести дух. – Электросамокаты, обычные самокаты, тот оперный певец из рекламы Go Compare, излишне наигранно вежливые сотрудники колл-центров и еще люди, которые возят маленьких собак в колясках.

– Ладно…

– А, и еще я страдаю гиппопотомонстросескипедалофобией, что в переводе на человеческий язык, как ни иронично, означает иррациональную боязнь длинных слов.

– Гиппо… как, прости?

Миллер спрятал лицо в ладонях.

– Пожалуйста, не заставляй меня повторять.

Сю покачала головой, то ли проигнорировав шутку, то ли не поняв ее: Миллер не всегда мог понять разницу. Он откинулся назад и отхлебнул пива, которое достал, когда пришла Сю.

– Долгий вышел день.

Сю тоже сделала глоток.

– А уж для Натали Бэгнолл…

– Да знаю.

Миллер взглянул на фотографию Алекс рядом с телевизором. Сама женщина не появлялась, но это было неудивительно – она знала, зачем Миллер пригласил Сю. Оттягивая этот момент как можно дольше, он поделился своими переживаниями на тему того, что телефон Энди Бэгнолла мог находиться у Дрейпера. О преимуществе, которое у того было перед ними.

– Посмотрим, что получим с камер наблюдения больницы, – сказала Сю. – Посмотрим, останется ли у него тогда преимущество.

– Позитивный настрой – мне нравится.

Миллер надеялся, что его напарница будет мыслить столь же позитивно, когда увидит то, что он должен был ей показать.

– Я знаю, что шансов мало, – сказала Сю. – Но если улик, напрямую связывающих Катлера с убийством Панаидеса, не будет, может, он просто решит сдать Дрейпера?

– А это, мне кажется, уже не столько позитивный настрой, сколько воздушные замки. Огромный такой волшебный замок из желаний и мечтаний. С единорогами во дворе.

– Не понимаю почему. – Сю наклонилась к нему. – Мы получим достаточно улик с портфеля и с рук, чтобы обвинить Дрейпера в убийстве Панаидеса, а на месте преступления найдется более чем достаточно и на обвинение в убийстве Бэгнолла.

– И?

– И Катлер может решить, что он в безопасности, и сделать нам одолжение.

– Уэйн Катлер не из тех, кто делает одолжения таким, как мы, особенно когда это “мы” включает меня. Кроме того, даже если деньги за заказ на Панаидеса не переходили из рук в руки, Катлер не может быть уверен, что у Дрейпера ничего на него нет. Сообщений, записей телефонных разговоров – чего угодно. Не думаю, что Дрейпер идиот, даже если в критический момент его отвлек член.

– Это да, с кем не бывает, – сказала Сю.

Миллер выпрямился.

– О-о-о – ну-ка колись, Подливка.

– Ни за что.

– Рассказывай, не то крысу на тебя спущу!

Сю одарила его тонкой улыбкой, говорившей “обойдешься”.

– Ты вроде мне что-то хотел показать?

Миллер вздохнул и встал. “Хотел” – это было слишком сильно сказано.

Он подвел Сю к столу, где уже был открыт его ноутбук, и предложил ей сесть. Видео было подготовлено, курсор висел над значком воспроизведения.

– Это пришло вскоре после тех фотографий, которые прислал мне Шахматист. Алекс и какой-то мужчина.

– Откуда пришло?

– Они вломились и разгромили квартиру, но это было просто для виду. Они хотели, чтобы я это увидел.

– “Они” – это…?

– Шахматист тогда работал на Ральфа Месси, так что я всегда предполагал, что именно он организовал съемку фотографий. Вероятно, он и за этим стоит, но не поручусь.

– Думаешь о том, что он сказал сегодня утром? О том, что он знает что-то о случившемся с твоей женой?

– Постоянно. – Миллер наклонился, чтобы нажать на воспроизведение, затем вернулся на диван. – Просто смотри.

Видео длилось не более пятнадцати секунд, и Миллер всегда думал, что это фрагмент чего-то более длинного. Алекс и тот же мужчина, что был с ней на фотографиях. Мужчина держался в тени насколько возможно, и Миллер думал, что это потому, что тот знал о съемке, но теперь он не был в этом уверен. Что бы ни свело вместе Алекс и этого незнакомца, понять происходившее было несложно.