Чтение онлайн

Несмотря на угрозу Хелены, Лайла немедленно позвонила Сюзанне спросить, знала ли она, что София хотела обратиться к психиатру незадолго до смерти. Та понятия об этом не имела, и, казалось, такое неведение расстроило ее саму.

– У меня такое чувство, будто речь о какой-то незнакомке, – призналась Сюзанна.

Лайла попыталась ее утешить:

– Психические проблемы – дело личное. Наверное, София просто не знала, как об этом сказать.

Лайла не нашла в себе мужества сообщить Сюзанне, что она права – никто не знал настоящую Софию.

Беа уже была в постели, и Лайла взялась наводить порядок в гостиной перед сном, когда ее телефон зазвонил. Номер был незнакомый, с кодом Норфолка. Она напряглась всем телом: вдруг это Стэнли, звонит сказать, чтобы она убиралась из квартиры, потому что Хелена уже осуществила свою угрозу?

– Алло? – спросила Лайла осторожно, крепко прижав трубку к уху.

– Мисс Шоу, это Джеральд Партридж, адвокат вашего мужа. Простите, что звоню так поздно, но у меня новости.

Лайла была не уверена, лучше это, чем звонок Стэнли, или хуже. В последний раз, когда Джеральд позвонил с новостями, они лишились дома.

– В чем дело?

– Сегодня утром Райана в Гондурасе арестовало ФБР. Он возвращается в Соединенные Штаты.

У Лайлы подкосились ноги. Она присела на диван, вжавшись спиной в подушки. В ушах зашумело; голос Джеральда доносился будто со дна реки. Гласные дрожали, а согласные не различались между собой.

– Я… простите, – перебила его Лайла. – Вы сказали, что Райан арестован?

– Да, именно это я и сказал, – подтвердил Джеральд. – Я коротко переговорил с ним, и он хотел, чтобы я позвонил и предупредил вас. Чтобы вы знали, что сказать Беа.

Сказать Беа? Как Лайла объяснит все это своей дочери? Она не хотела говорить Беа, что ее отец сядет в тюрьму и что они разводятся.

– Ладно, – пробормотала Лайла слабым голосом, все еще пытаясь переварить информацию. – И что будет дальше?

– Как вам известно, прошлой осенью Райану предъявили обвинения в сговоре и мошенничестве. Суд состоится в Норфолке. Он не признает себя виновным, – сказал Джеральд.

– Но он… он же сбежал из страны.

– Да, и это осложняет дело. Наверняка будут выдвигаться новые обвинения, связанные с его действиями, но это не меняет того факта, что улик против Райана очень мало. Мы будем их оспаривать.

Райана обвиняли в сговоре с компанией, занимающейся телемедициной, которая подавала тысячи фальшивых чеков на страховые выплаты, то есть в краже из собственной фирмы. Он мошенническим образом выманил у государства двадцать два миллиона долларов.

– Я не понимаю. Компания же принадлежала ему, – сказала Лайла.

– Верно, но Райан во всем полагался на своего генерального директора. Тот отвечал за страховые выплаты, а Райан о мошенничестве ничего не знал.

Это была полная чушь. Райан контролировал все аспекты своего бизнеса. Это был его принцип руководства компанией.

Джеральд продолжал:

– Естественно, у генерального директора совсем другая история, но нет никаких доказательств связи между вашим мужем и компанией телемедицины, участвовавшей в мошенничестве. Кроме того, не найдено денежного следа между Райаном и незаконно присвоенными средствами. Кто-то переместил эти деньги на офшорный счет еще до вмешательства ФБР. Для меня главное – отсутствие доказательств, что это сделал ваш муж.

У Лайлы закружилась голова, поэтому она промолчала. Джеральд продолжал что-то говорить о судебных процедурах. Закончив, он пообещал держать Лайлу в курсе дела и повесил трубку.

Она неподвижно сидела в темной комнате. Мозг пытался осознать последние события; мысли кружились, как в водовороте. Райан не признает себя виновным. Возможно ли, чтобы он был не виноват? Она в это не верила.

Внезапно лицо Райана встало у нее перед глазами – массивный подбородок, голубые глаза, легкая улыбка, с которой он глядел на нее через кухонный стол, когда Беа говорила что-нибудь забавное. По выходным они любили гулять по своему первому жилому кварталу, обсуждая планы на будущее. Он носил маленькую Беа на руках по гостиной, когда ночью у нее поднималась температура, чтобы Лайла выспалась. Мог подхватить и перевернуть вниз головой, чтобы Беа рассмеялась, когда та была готова устроить истерику. Все было не так уж плохо.

Но и не хорошо.

Лайла молчала, когда Райан в последнюю минуту не приходил на ужин, отправляясь вместо этого на игру в гольф или на бизнес-встречу. Но внутри она кипела и, когда муж возвращался, игнорировала его. Перестала спрашивать, как дела на работе, потому что больше не считала себя частью компании. Когда Райан в постели поворачивался к ней, притворялась спящей, потому что больше его не хотела. Секс за годы совместной жизни превратился для нее в неприятную обязанность. Да, он бросил ее и сбежал из страны, разрушил их жизнь своим мошенничеством – за это она, вероятно, никогда его не простит, – но то была не единственная причина, по которой распался их брак.

Брак распался, потому что они больше не любили друг друга, и это произошло задолго до бегства Райана. У них не осталось ничего общего, кроме Беа, – никаких причин оставаться вместе. Кроме дочери. Лайла говорила себе, что этого достаточно и что со временем все наладится, но сама в это не верила.

Двое несчастных родителей не дадут ребенку счастливую семью и счастливую жизнь. Но ей совсем не хотелось сообщать об этом Беа. Лайла стремилась, чтобы ее дочь оставалась невинной и продолжала надеяться, что отец вернется к ним. Чтобы у Беа были оба родителя и дом – чего не было у Лайлы.

За глазами начала пульсировать боль, горло внезапно сжалось. Как она скажет Беа, что Райан возвращается в страну… но не домой и не к ним?

Лайла уже собиралась отменить ужин с Нейтом, чтобы не оставлять Беа дома одну после проникновения в их квартиру и новости об аресте Райана, которую она пока предпочитала держать при себе. Однако Беа вернулась из школы в отличном настроении и рассказала, как описывала ночное вторжение на утреннем круге в классе. Потом Зои заглянула узнать, какой коктейль сделать фирменным на вечеринке в честь открытия клуба. Услышав, что Лайла планирует остаться дома, Зои настояла на том, чтобы присмотреть за Беа. Она обещала накрасить девочке ногти, и та, захлопав в ладоши, в предвкушении убежала делать домашнюю работу. Лайле ничего не оставалось, кроме как пойти на ужин.

Они договорились встретиться с Нейтом в ресторане. Лайла накрасилась и надела свое платье от «Проэнза Скулер». Однако пожалела о своих усилиях, когда Беа, окинув ее оценивающим взглядом, изрекла:

– В такой узкой юбке тебе от убийцы не убежать.

Лайла в ответ пробормотала что-то вроде «у меня деловая встреча, а не боевое дежурство» и выскочила из квартиры, притворяясь, что не заметила, как Зои подмигивает ей. Нечего было подмигивать: это не свидание, напоминала она сама себе.