Чтение онлайн

– Да.

– И тогда мы поняли, что, даже если выберемся через основной выход на поверхность, сразу вызвать помощь не получится. Значит, тот, кто останется внизу, обречен на смерть. А теперь представь, что я поменяла местами видеокабели – еще до того, как мониторы увидел ты? И там, где написано «основной выход», на самом деле изображение с запасного, а где «запасный» – с основного.

Перед глазами у меня все поплыло, и я, почувствовав дурноту, присел на корточки у стены.

Мир перевернулся с ног на голову.

– То есть… завалило не запасный выход, а основной?

– Именно так. Даже если я сброшу камень, выйти на поверхность не получится. Люк засыпан землей из-за оползня. Единственный способ выйти – использовать снаряжение для дайвинга и проплыть внизу, где затоплено, а потом выбраться через запасный выход – там на самом деле чисто. Я поняла это первой – когда посмотрела на мониторы, и поэтому поменяла местами кабели. Баллонов было только два. Если бы все узнали, за них началась бы борьба не на жизнь, а на смерть. И потом, землетрясение повредило дорогу сюда – даже если деревянный мост не рухнул, неизвестно, когда пришла бы помощь. И еще непонятно было, как быстро поднимается вода… в общем, у меня не осталось выбора.

Итак, Маи заметила мониторы раньше, чем я. Поменять местами изображения несложно – достаточно переткнуть два штекера. Таким образом никто, кроме нее, не знал, что из бункера без снаряжения для дайвинга не выберешься. Зато она внушила нам мысль: чьей-то жизнью придется пожертвовать и этим «кем-то» должен стать убийца.

– Изображения с обеих камер похожи как две капли воды: крышка люка среди травы на поляне. А пришли мы сюда в сумерках, так что не было времени толком разглядеть ни основной выход, ни запасный. До землетрясения их никто при ярком свете не видел – можно было не беспокоиться, что кто-то заметит подмену. Кроме одного человека – Юи. Он бывал здесь раньше и наверняка внимательно осмотрел оба люка – значит, мог и догадаться, что изображения перепутаны.

Значит, это и есть мотив?

– И ты поэтому его убила?

– Да, поэтому. И еще потому, что, если бы не убийство, все могли бы начать тянуть жребий или еще что-нибудь выдумать, чтобы определить, кто останется под землей. А это меня не устраивало. Камень бы уронили, и я оказалась бы в ловушке. Но рассказать правду я тоже не могла. Поэтому требовалось кого-то убить. Я знала, что дальше начнется расследование, и, пока преступника не найдут, камень никто не сбросит. А я выиграю время, чтобы подготовить снаряжение – ведь подвески для баллона не было.

Мы говорили об этом с Сётаро, когда обсуждали, стоит ли спускаться на минус третий этаж, чтобы поискать там голову Саяки. Снаряжение для дайвинга оказалось неполным – баллон нечем было зафиксировать на спине, и, чтобы нырять, пришлось бы сперва придумать какое-то крепление.

С той же проблемой столкнулась и Маи: без подвески для баллона она бы не выбралась.

– А Саяку ты зачем убила? Разве не для того, чтобы никто тебя не поймал?..

– Нет, дело не в этом. Я сказала, что у Саяки была фотография веревки. Но это неправда. И даже если бы была – что с того? Это не доказывало, что в ту комнату, кроме меня, никто не заходил. Да и откуда мне было знать, что у нее на снимках? Но причина имелась. Помнишь, Сюити, когда мы все вместе обедали после того случая с чипсами, Саяка сказала, что с полгода назад Юя прислал ей фотографии бункера? Мол, там были снимки и основного выхода, и запасного. Она, конечно, сама ни на что внимания не обратила, но вдруг кто-то сравнил бы эти фотографии с изображениями на мониторах? Стало бы понятно, что кабели перепутаны – хотя бы по расположению деревьев.

Ну конечно. Маи пугало не то, что ее обвинят в убийстве, а то, что раскроется ее трюк с мониторами.

Тут я вспомнил: когда выяснилось, что семья Ядзаки знала про секту, обитавшую в бункере, Маи особенно настойчиво расспрашивала, что им известно про это место. Видимо, беспокоилась, что они тоже могут заметить подмену.

– И еще – нож, которым я ударила Саяку… подставлять я никого не собиралась. Я его припрятала как доказательство, что именно я – убийца. Если бы расследование забуксовало, могла начаться паника, и тогда уже было бы не до спасения. Вот я и решила: если все выйдет из-под контроля, признаюсь сама. Но как это сделать, если мне свои слова нечем доказать? Допустим, я бы вызвалась повернуть лебедку – Рюхэй или ты, Сюити, попытались бы меня остановить. Поэтому я спрятала нож, чтобы в крайнем случае предъявить его как доказательство. Но в итоге это не пригодилось – Ядзаки-сан нашел его раньше.

В этом объяснении, однако, что-то не сходилось.

– Но зачем ты пошла на склад, где прятался Ядзаки-сан?

Чтобы подтвердить, что она убийца, она могла просто сказать, где спрятано орудие преступления. Ходить за ножом самой было не нужно.

– Я делала подвеску для баллона, мне были необходимы разные материалы – не только веревка. Надо было ее чем-то усилить. Я пошла на склад за проволокой – а там Ядзаки-сан. К ножу я не прикоснулась, так что доказать, что я убийца, он не мог. Но оставить его в живых я не могла. Он взял кислородный баллон. Если бы я просто ушла оттуда, он бы весь воздух потратил, которого и так оставалось всего ничего. С чем бы я тогда ныряла?

У меня по-прежнему не укладывалось в голове, что Маи могла совершить три жестоких убийства. Это было ничуть на нее не похоже.

Впрочем, если вдуматься – так ли это странно? Здесь, в «Ковчеге», у Маи были развязаны руки: неважно, скольких человек и кого именно она убьет, – все мы так или иначе обречены.

И Юя, которого она задушила веревкой, и Саяка, и Ядзаки, которого она заколола секатором, – у них все равно не было шансов спастись. Возможно, они даже легко отделались – по сравнению с той смертью, которая ждала нас шестерых.

Это оказалось правдой, открытой из всех нас одной только Маи.

…Тем временем ее спокойный голос по-прежнему звучал из динамика смартфона:

– Сделать подвеску оказалось непросто. Нужно было, чтобы никто не заметил. Я потихоньку плела ее у себя в комнате и быстро прятала, когда слышала шаги. А еще пришлось очень стараться, чтобы крепление выдержало, не то мне конец. Когда я закончила, то спрятала подвеску на минус втором этаже. Это было уже после того, как я столкнулась на складе с Ядзаки-саном. Там все равно никто бы ничего не нашел, потому что все затопило. И знаешь что, Сюити?..

Маи умолкла, будто ожидая моего ответа. Видно, хотела убедиться, что я все еще слушаю.

– …Что? – с трудом выдавил я.

– Я сделала две подвески. Одна предназначалась тебе. Ведь было два комплекта снаряжения. Я подумала: если ты захочешь со мной остаться, то мы спасемся вместе. Но видимо, не судьба. Жаль, конечно, но что уж теперь…

Да. Она все это время меня ждала. Если бы я пошел с ней… то был бы спасен.

Крикнуть: «Ни за что!»? Или умолять ее подождать меня сейчас? Обе мысли промелькнули в моей голове одновременно – и обе были одинаково бессмысленны.

Окончательно поверженный, я обессиленно сполз на пол.

Из динамика прозвучали те самые слова, которые я недавно сказал Маи:

– Что ж… прощай.

Связь оборвалась.

Я остался на полу, хватая ртом воздух, словно только что рухнул со скалы.

Мы были заперты под землей, вода продолжала прибывать. Оставалось только ждать смерти. А потом – умереть.

Внезапно раздался оглушительный грохот: камень, перекрывавший путь к выходу, упал вниз. Бункер задрожал, как при землетрясении. Но мне казалось, что все это происходит где-то в другом мире.