Чтение онлайн

Время шло, точнее тратилось попусту, как казалось Рохану. Конечно, нельзя решать загадку второпях, но он просто не видел смысла в таком вот оцепенении. Иногда для победы нужно терпение, но куда чаще – действия.

– Давай заключим пари, Саванна Грэйсон.

– Серьезно? – холодным, отстраненным тоном спросила Саванна, но в том, как она поджала губы, Рохану почудилась… агрессия.

– Как думаешь, сколько еще загадок нужно решить до зари? – Помимо прочего Рохан считался превосходным фехтовальщиком, но меч, который он в эту минуту держал в руке, выкован совсем для другой битвы, так что пришлось переключиться на словесную дуэль. – И сколько мы уже пялимся на эти строчки и топчемся на месте?

Никакого ответа.

– Хочешь, поделюсь размышлениями? – предложил Рохан. – Черно-белый ответ – это либо однозначный, либо тот, который реально окрашен в черный и белый. Как зебра, или газета, или шахматная доска.

– Или игральные карты, – добавила Саванна. – Трефы или пики.

– Неплохо! – Рохан посмотрел на стену. – Но неверно. – Он шагнул вперед, провел рукой по буквам, ощупал неглубокие борозды, оставленные на металле. – Может, подбавим азарта, а? Спорим, что я решу загадку раньше, чем ты? Дополнительная мотивация никогда не помешает!

Наглая ложь, но такова уж лживая сущность Рохана. Саванна на его уловку не купилась.

– Либо ты ее уже разгадал, а сейчас не вполне убедительно пытаешься этим козырять, либо не можешь ее решить и наивно надеешься, что спор поможет сдвинуть дело с мертвой точки.

– У меня пока нет ответа. – Рохан снова пошел в атаку. – Просто я понимаю стратегическую ценность корректировки правил игры.

– Лжец! – Саванна отвернулась от него.

– Если выиграю я, – упорствовал Рохан, – ты расскажешь мне, почему же так сильно хочешь стать победительницей «Грандиозной игры». – Он нарочно не использовал фразу «нуждаешься в победе». – А если первой задачку решишь ты, я расскажу тебе о наших соперниках всё. Раскрою их сильные и слабые стороны, личные трагедии, тайны.

Рохан не любил пускать гостей в свой лабиринт, но в этом случае готов был сделать одно маленькое исключение.

– Блефуешь, – бесцветно подметила Саванна, но ее выдал изменившийся размер зрачков и едва заметное подергивание пальцев. – В этом году список игроков публично не объявляли. Откуда тебе знать, у кого какие секреты?

Рохан только пожал плечами.

– Может, у меня сделка с самим дьяволом.

– Сомневаюсь, что у тебя есть то, что ему нужно.

– Да всем что-нибудь от меня нужно. – Иногда правда приносила пользу, но лишь временами. – Я знаю все секреты, Савви, потому что такова уж моя работа.

– Что за работа? – тут же спросила она.

Она пробудила в нем любопытство. И он отплатил той же монетой.

Ее глаза – сейчас, скорее, льдисто-голубые, чем серые, – сощурились.

– Ну ладно, заключим пари, Британец, только мне не нужны секреты других людей – я предпочту твои. Когда я первой разберусь с этой загадкой, расскажешь, что у тебя за работа – без недомолвок, без уверток. Только правду!

Но недаром ведь «Милость дьявола» была так строго засекречена.

– Страшно? – спросила Саванна.

– Да я просто в ужасе, – отозвался он. – По рукам.

Отлично! То что нужно. Уж что Рохан знал о себе наверняка, так это следующее: когда проиграть нельзя, он всегда отыщет путь к победе.

«С чего начать пари? Нет, думай до зари». Надо бы поскорее решить нынешнюю загадку, чтобы отвлечься от той, что никак не идет из головы, а заодно и выбраться из этой тесной комнатки, в которой от Грэйсона Хоторна никак не спрятаться.

– «Слова не проронив, что-нибудь пожелай…» – Лира перечитала надпись на стене, подумала. – Желания обычно загадывают, когда смотрят на звезду или кидают монетку в колодец.

– Или задувают свечку, – добавил Грэйсон, стоявший слева.

Краешком глаза Лира заметила, как всё та же непослушная светлая прядь беспечно упала ему на глаза. Опять.

И почему он весь так и лучится беспечностью?

– Или дуют на одуванчик, – не отставала Лира, – ломают куриную «вилочку» [39] , трут волшебную лампу.

– А вот это напрасно, – подметил Грэйсон. – Ты же слышала, что джиннов потом крайне сложно вернуть на место?

Да уж, не всё в этой жизни поправимо.

Лира проглотила все колкости, которые так и вертелись у нее на языке. Хотелось сосредоточиться только на загадке. Джинн, звезда, монетка, свеча – возможные ответы развязали настоящую войну у нее в голове. Она поискала взглядом Одетту – всяко лучше, чем снова смотреть на Грэйсона.

– Одетта?

Пожилая женщина стояла, уперев правую руку в металлическую стену. Голову она склонила под каким-то неестественным углом, а подбородком уперлась себе в плечо. Мышцы шеи вздулись, на лице читалось напряжение.

Не напряжение, а боль, – догадалась Лира. Доля секунды – и она уже подскочила к Одетте, подставила ей плечо.

– Я в порядке, – с трудом выговорила Одетта.

– Вы юрист, – вдруг сказал Грэйсон, пересек комнатку двумя широкими шагами и тоже перекинул руку Одетты себе через плечо, чтобы той было удобно держаться, – и очень дорогой. «Технические тонкости и лазейки» – недаром же вы о них упомянули. Так что позвольте-ка задать уточняющий вопрос, госпожа Моралес: в каком это смысле вы «в порядке»?

Одетта попыталась выпрямиться, насколько это вообще было возможно, учитывая, что Лира и Грэйсон буквально зажали ее с обеих сторон.

– Если бы мне была нужна помощь, вы бы узнали об этом; впрочем, мистер Хоторн, я бы не отказалась использовать вон тот меч вместо трости.

Лира обратила внимание, что технически Одетта не стала оспаривать потребность в помощи. Она прибегла к условному наклонению вместо того, чтобы констатировать факты, а потом попыталась провернуть отвлекающий маневр, попросив меч.

Технические тонкости и лазейки.

– На самом деле трость вам не нужна, правда? – уточнила Лира.

– Как и живые костыли, однако же кое-кто всё равно ко мне приклеился и никак не отстанет.

Лира слегка отстранилась. Уж она-то прекрасно знала, каково это, когда хочется, чтобы все вокруг думали, будто ты действительно в порядке. Одетта явно не горела желанием обсуждать свою боль. Из сочувствия Лира решила ей подыграть и тоже сменить тему.

– Так вы юрист?

Та язвительно улыбнулась.