Чтение онлайн

–  С мая. Вадим Павлович и начал всю эту историю.

–  С чего же он ее начал?

–  Он мне предложил большое количество лезвий. На выгодных условиях.

–  Как понять - на выгодных?

–  Себе он брал полтора рубля за пачку. Ну а остальное... рубль, отдавал мне.

–  Действительно, условия выгодные. И сколько всего он предлагал пачек?

–  Сначала нисколько.

–  А потом?

–  Потом... - Сказав это, Азизов устремил взгляд в окно. Усмехнулся: Пятьсот тысяч. Как видите, гражданин следователь, я абсолютно откровенен.

–  Вижу. Иными словами, около ста тысяч пачек вы уже реализовали?

–  Реализовал.

–  Вадим Павлович объяснил, откуда он возьмет лезвия?

–  Нет. В таких делах это не главное.

–  Ясно. А откуда он, Вадим Павлович? Где живет, работает?

–  Не знаю. Своих данных он мне не оставлял.

–  Но ведь хоть что-то вы знаете. Женат он или холост? Да мало ли еще что?

–  Женат он или холост, честное слово, не знаю. Вообще-то он в возрасте, ему лет шестьдесят. Внешность могу описать, если это нужно. Но кто он, откуда - для меня полная тайна. Клянусь.

–  Но если, как вы говорите, не имели с этим человеком ничего общего раньше и вообще практически ничего о нем не знали, как вы могли иметь с ним дело? Что-то здесь не складывается. Роберт Арутюнович?

Около минуты Азизов разглядывал стену:

–  Почему не складывается... Прежде чем говорить о деле, Вадим Павлович... как бы это сказать, отрекомендовался что ли. Назвал общих знакомых. С которыми и он, и я имели дело.

–  Вы можете назвать этих знакомых?

Не дождавшись ответа, Рахманов добавил:

–  Сколько их было, знакомых, на которых сослался Вадим Павлович?

–  Одна.

–  Одна?

–  Да, одна... - Азизов потер подбородок. - Ладно, сама виновата. Практически это она... втянула меня во всю эту историю.

–  В какую историю?

–  С лезвиями. Навела на меня Вадима Павловича.

–  Насколько я понял, вы имеете в виду какую-то женщину?

–  Да. Есть такая Вера Новлянская. Слышали?

Рахманов попытался вспомнить, слышал ли он что-нибудь о Вере Новлянской. Нет... Во всяком случае, среди дел, проходивших через его руки, такая фамилия не встречалась.

–  Не слышал. Кто эта Вера Новлянская?

–  Известная московская женщина. Деловая. Крутая. Красивая. Как говорится, все при ней. Правда, я давно ее не видел. Года два. Но думаю, она не изменилась.

–  У вас... были какие-то отношения?

–  Если вы имеете в виду любовные отношения, увы. Женщинами я перестал интересоваться лет десять назад. Не то здоровье. Вот деловые отношения с ней были. Не скрою.

–  Деловые отношения? Какие?

–  Она доставала мне дефицит. Так сказать, острый дефицит.

–  У нее есть доступ к дефициту?

–  Раньше был. Одно время она была женой замминистра. Ну и сама временами работала. То в министерстве, то в главке.

В главке... Интересно, имела ли эта Новлянская отношение к "Росгалантерее"? Подумав об этом, Рахманов спросил:

–  Вы могли бы назвать места ее работы!

–  Все нет. Знаю, она работала в министерстве легкой промышленности. И в минторге.

–  Она имела отношение к главку "Росгалантерея"?

–  Конечно. Там она тоже работала. Одно время.

–  Где эта Вера Новлянская работает сейчас, знаете?

–  Понятия не имею. Вообще-то ей работать не нужно. Она не нуждается.

–  Сколько ей лет?

–  Этого я сказать не могу. Возраста Веры никто не знает.

–  Так-таки и не знает?

–  Ну, может, кто-то и знает, но это секрет. Когда я видел Веру года два назад, она выглядела лет на тридцать.

–  Дети у нее есть?

–  По-моему, нет.

–  Значит, Вадим Павлович представился вам, как знакомый Веры Новлянской?

–  Да. Причем не просто знакомый, а очень хороший знакомый.

–  Вы хотите сказать, близкий человек?

–  Этого я не исключаю. Он знает детали, в которые обычных знакомых не посвящают.

–  Понятно. Адрес Новлянской у вас есть?

–  Адреса нет. Знаю телефон, старый.

Записав телефон, Рахманов продолжил:

–  Роберт Арутюнович, может, расскажете, как этот Вадим Павлович появился? С чего начал? Что сказал?

Некоторое время Азизов что-то сосредоточенно вспоминал, потом заговорил:

–  Я сидел дома, вечером было дело, седьмого мая. Ну и по телефону меня спрашивает мужской голос. "Роберт Арутюнович?" - "Роберт Арутюнович". - "Я к вам с приветом от Веры Новлянской". Потом предложил встретиться. Я подумал: почему бы не встретиться. Тем более человек знает Веру Новлянскую. Пожалуйста, отвечаю, я готов. Человек говорит: как вы насчет завтра в час дня в ресторане "Тбилиси"? Я согласился. Ну, описали друг друга, он представился, сказал, что зовут Вадимом Павловичем. Так мы и встретились. В час дня, в ресторане "Тбилиси".

–  Вы пошли один?

–  Конечно. Почему я должен был пойти не один? Здесь, в Сухуми, я никого не боюсь. Да и в "Тбилиси" меня все знают. От мэтра до последнего официанта.

–  Вы встретились, и что дальше?

–  Дальше я постарался приглядеться к этому Вадиму Павловичу. Кто он, чем дышит, что из себя представляет. Какое производит впечатление.

–  И какое он произвел впечатление на вас.

–  Серьезное впечатление. Даже внешне. Я только посмотрел на него, и все стало ясно.

–  Что?

Азизов отвел взгляд:

–  Вы следователь, должны понять...

–  Считаете, Вадим Павлович был судим?

–  Не знаю, был ли он судим. Но что связан с зоной, это точно.

–  Это разве можно определить по внешности?

–  Думаете, нельзя? Я один взгляд его увидел и все понял.

Если Вадим Павлович был судим, это упростит розыск. Подумав об этом, Рахманов сказал:

–  Вы обещали описать его. Какой у него рост? Комплекция? Черты лица?

–  Н-ну... На первый взгляд самый обычный. Полноватый такой. Чуть выше среднего. Волос на голове мало... На лысину сбоку волосы зачесывает. Нос... Нос русский. Глаза, вроде, светлые, какие не помню.