Чтение онлайн

— Хорошо. Я постараюсь, — милостиво согласился он. — Ты ранен?

— Пустяки. Слегка зацепило.

Лорд величественно кивнул головой и смахнул пылинку с ослепительно белых брюк. Потом обратился к Ксанке.

— Милая дама! Пожалуйста, позаботьтесь о нем. А то На-Ла, насколько я её знаю, еще долго не догадается.

Обратно на станцию СХ-210567 их доставил эльдорианский транспортник. Стыковаться с вернувшимся на выручку челноком, когда за тобой гонятся истребители, справедливо посчитали нерентабельным.

Поскольку перевязанный и накормленный болеутоляющими таблетками инструктор Рек Дагвард благополучно проспал до выхода на субсветовую скорость, а кадийка На-Ла всю дорогу вела длинную техническую полемику с капитаном корабля — лордом Хазаром — Ксанке осталось удовлетворять свое любопытство, общаясь с особой, которую Дагвард назвал леди Далилой. Заодно она вдоволь напрактиковалась во владении общегалактическим языком. Практиковалась, естественно, одна Ксанка. Потому что для эльдорианской леди общегалактический язык был родным.

Вопреки всем ожиданиям фантастов, ни в физиологии, ни в анатомии существенных различий между космическими расами не оказалось. И больше всего от своих соседей по галактике отличались низкорослые и очень густо обросшие Веги. Кадийцы со своей темной, покрытой коричневыми или черными пятнами кожей и устрашающим телосложением (На-Ла не в счет) стояли особняком и не представляли из себя идеала (разве что идеала мощи и неукротимой силы), а также отрады для глаз. А вот эльдориане с таинственными лицами сфинксов своим внешним совершенством привлекали многих. В том числе и Ксанку. Она даже готова была поверить слуху, что и Земля, и Илуо, и Талпо и даже Кади признали общегалактическим языком эльдорианский именно благодаря тому, что жители Эльдории всем казались верхом совершенства. Посмотреть хоть на их идеально правильные лица, большие глаза, гармоничные фигуры, роскошь и великолепие, окружающее их везде и во всем!

На самом деле эльдориане раньше освоили сверхсветовую скорость и благодаря этому установили связи со многими соседями по галактике. Т. е. эльдориане были первыми инопланетниками, которых увидели и кади, и земляне, и талповцы… Поэтому, получив представвление об их языке, остальные расы, встречаясь друг с другом, предпочитали говорить на уже знакомом эльдорианском, а не учить язык друг друга. Итак, эльдориане были первыми. А кади были вторыми.

Почему-то подавляющее большинство разумных обитателей галактики считали, что эльдориане и кади должны быть непременно врагами. Эту тему даже отражало некоторое направление расхожих анекдотов (например: "Вопрос: что будет, если запереть кадийца и эльдорианина в темном помещении? Ответ: будет решен вопрос электрификации в одной отдельно взятой комнате). Однако, при ближайшем рассмотрении, их отношения нельзя было назвать враждой. Скорее — соперничеством. Кадийцы никак не могли смириться с тем, что эльдориане опередили их и явились к другим расам первыми. Даже утверждали, что если бы на их планете на полгода раньше открыли способ получения SZX (реактивной составляющей современного гипертоплива), они безусловно достигли бы и Земли, и Илуо, и даже Шаблинв?(TM) Гвас гораздо раньше эльдориан. Но их аргумент не заставил межгалактическое сообщество изменить решение и признать язык кади межпланетным вместо эльдорианского.

Леди Далила оказалась любезной, приветливой — и очень таинственной. Она охотно обсуждала с Ксанкой всякие тонкости языка и объясняла, какие названия носят камни, которыми было щедро украшено ее платье. Но легко и незаметно уходила от вопросов на тему личностей и рас. Под конец Ксанку так сморило после всех волнений и трудов, что она сама не заметила, как задремала. И проснулась, когда кто-то стал трогать ее за плечо.

Ксанка вскочила, с удивлением обнаружив, что лежит на диване, под мохнатым пледом.

— Прибываем, — объявила ей На-Ла. — Через пять минут стыковка со станцией.

Хорошо иногда посидеть с друзьями у камина, поговорить "за жизнь" и поделиться впечатлениями.

Камина на станции СХ-210567 не было. Зато была уютная Малая кают-компания с удобными диванами. Группа Мадина завтра улетала. Дело, для которого их вызывали, было сделано.

Ксанка, Хелен и На-Ла сидели в укромном уголке, на диване. На-Ла закинула ноги на маленький столик, не спеша потягивая местный коктейль (что-то с манговым соком и некоторым количеством градусов). И Ксанка, и Хелен не прочь были напоследок завязать разговор по душам. Это сродни откровенностей с попутчиками в поезде: можно рассказать и услышать абсолютно всё и это не страшно: завтра мы расстанемся и скорее всего больше никогда не увидимся. А с другой стороны за такой короткий промежуток они прошли вместе и огонь и воду и даже трубы. Вентиляционные трубы, были правда, не медные, но зато очень длинные и скользкие.

— Завтра мы возвращаемся на базу, — повторила Ксанка то, что за минуту до этого уже сказала белобрысая Хелен.

— Не понравилось? — покосилась на них обеих кадийка.

— Что? — не поняла Ксанка.

— Ну, работать с Реком?

— Знаешь, — честно призналась Ксанка. — Это интересно. Только потом очень страшно, когда понимаешь, чем все могло кончиться. И вообще, у меня синяков полно от всех лазаний по вентиляции, прыжков без парашюта и лап Дагварда.

Другой ответил бы: не надо идти в армию, если синяков боишься. Но у кадийки свои понятия о юморе, поэтому На-Ла серьезно ответила:

— Вы, люди, вообще довольно хрупкие создания.

Она имела право на такой вывод. У любого кади и скелет крепче, и связки более эластичные, и кожа (пятнистая и коричневатая) толще.

— А ты совсем ничего не боишься? — спросила Хелен, решив прийти на помощь подруге и отвлечь разговор от выяснения, кто более хрупкий.

— С Дагвардами — ничего! — Кадийка беззаботно помахивала кисточкой на очередной цветастой кофточке.

— А ты давно с ними знакома?

На-Ла некоторое время серьезно думала, сунув нос в бокал с коктейлем. Потом оставила напиток и ответила:

— По вашему четыре года и семь месяцев.

И тут в начинающийся разговор по душам вклинился капитан Датч Дагвард собственной персоной.

— На-Ла, тебе пора спать! — Заявил он, входя в кают-компанию. В тоне капитана было нечто похожее на заявление родителя к ребёнку о том, что уже поздно. Но На-Ла не обиделась:

— Ты тоже не спишь, — возразила она.

— Через пять часов мы вылетаем.

На-Ла беззаботно отмахнулась.

— Ну и что?

Датч посмотрел на нее внимательно.

— Хочешь дремать за навигационным компьютером?

На-Ла оттолкнула бокал и даже вскочила, возмущенная. Рядом с высоким Дагвардом она казалась совсем маленькой. Ну, может, до подмышки и дотягивалась, если привстать на цыпочки.

— Когда это я дремала за компьютером? — потребовала объяснений она, словно намеревалась уличить капитана в преднамеренном введении окружающих в заблуждение.

— Мы завтра уже не увидимся, — поняла Ксанка. Они с белобрысой Хелен переглянулись и решили: раз последний вечер — то всё можно.

— Можно вас спросить?

Датч Дагвард оставил в покое На-Лу, сел и внимательно посмотрел на девушек.

— Можно, — согласился капитан.

В конце концов, они были симпатичные и молодые. Почему бы с ними не поговорить?

— Кто вы такие? — спросила Хелен.

— Я — капитан гражданского транспортника…

— Я не об этом, — немного нетерпеливо перебила девушка. — Можно быть одновременно капитаном торгового флота и еще кем-то, поважнее.

— У тебя есть предположение? — Датч Дагвард даже чуть улыбнулся.