Чтение онлайн

– Превысили скорость, - сказал он таким счастливым тоном, как будто сообщал нам результаты футбольного матча «Зенит» «Локомотив».

– Это мы нечаянно, - дежурно, безо всякой надежды оправдался Антошка.

– Нечаянность - главный - кто?
– враг нашей с вами безопасности. Больше половины - чего?
– всех преступлений происходит - почему?
– по неосторожности.

– Извините.

– Этого - что?
– мало.

– Мы штраф заплатим.

– Конечно.

– Без квитанции.

– Ну...

– А все остальное у нас в полном порядке. Вот: техпаспорт, права, доверенность. Аптечка за задним стеклом. Ремни...

Гаишник, имея тайную цель содрать с нас побольше, сунул нос в предъявленные Антоном документы, подергал за ремень и нырнул головой в заднюю дверцу.

– А это что? Не ворованное?
– ткнул он крагой в наполненный грибами свитер.

– Расчлененка, - буркнула я со злобой.

– А?

– Шутка, - поспешно сказал Тошка и незаметно наступил мне на ногу.

– Грибы...
– разочарованно протянул этот Соловей-разбойник, поворошив в свитере.

– Мы можем ехать?
– осведомилась я после того, как Тошка сунул ему в крагу две сторублевки.

Но работник Госавтоинспекции отпускать нас не торопился.

– Да-а, хорошо, когда - что?
– имеешь возможность гулять по природе в свое удовольствие. Это говорит - о чем?
– что есть много свободного времени, которого - что?
– у нас, стражей порядка, не бывает... Вот вы будете зимой - что?
– сидеть в тепле, пить - что?
– водку, закусывать - чем?
– грибами, в то время как мы здесь, на дороге, будем - что?
– охранять вашу безопасность...

– Я водку не пью, - сказала я, не понимая, к чему он клонит. Антошка оказался сметливее:

– Гражданин начальник! Отполовинь ты себе этот урожай и оставь нас, ради бога, в покое...

«Оборотень в погонах» удовлетворенно кивнул, алчно сдернул с руки крагу, опять нырнул в салон «Фольксвагена» и вынырнул оттуда, нагруженный нашими груздями. Я отвернулась: обидно было до слез.

«Скажи-ка, дядя, ведь недаром ты затаился здесь с радаром?» - подумалось печально.

– Ментов бояться - руль не крутить, - постарался успокоить меня Антошка.

– Погоди, вместе поднимемся, - сказал мне Антон, когда «Фольксваген» затормозил у нашего подъезда. Приятель тщательно запирал все дверцы и перед тем, как замкнуть последнюю, осторожно вынес на руках и передал мне все так же завернутые в свитер уцелевшие после учиненного грабежа остатки наших грибов.

– И все-таки хоть что-то приятное. Из такого урожая можно...

Антон вдруг запнулся и вперил взгляд на нечто, лежавшее между полом и сиденьем. Медленно, не веря себе, он заново до середины туловища втиснулся в салон - послышалось копошение и какое-то непонятное, сдавленное фырканье, - и вот Тоха снова выпрямился, ухмыляясь во весь рот с непривычным для его физиономии выражением крайнего злорадства.

В руках у него была милицейская крага, доверху заполненная денежными купюрами.

Мы переглянулись и заржали. Этим смехом с нас обоих словно разом смыло неприятности этого дня. Приятно сознавать, что подлый гаишник сам себя наказал, забыв в нашей машине дневную выручку; но еще приятнее знать, что у нас все-таки нашелся сегодня повод для веселья!

– Получается, что ничего существенного мы так и не узнали, - подытожила я, когда чай был разлит по чашкам (хотя на этот чай я уже не могла смотреть!), и, усевшись на свои места, мы с Антоном приступили к обсуждению и сортировке добытых нами сведений.

Ада, позвонившая в дверь моей квартиры ровно десять минут назад, девять из них уже сидела в кресле с видом английской королевы, выпрямившись и поглядывая на нас удивительными глазами. Никогда до сих пор мне не приходилось видеть таких глаз - они с легкостью меняли цвет от изумрудного до янтарно-желтого, причем эта смена происходила каким-то волшебным образом: как будто со дна хрустально-чистого и такого же волшебного ручья маленькие подземные вулканчики выталкивали песчинки различных оттенков.

Антон смотрел на Аду как завороженный, и мне это активно не нравилось. В то же время я не без злорадства чувствовала, что такая Жар-птица ему не по зубам, пусть он там будет хоть сто раз невозможный красавец и перспективный представитель малого бизнеса!

– Ну отчего же?
– Ада чуть прижмуривалась, когда поворачивала голову ко мне или к Антону.
– Вы обнаружили новый след. И дополнительное подтверждение тому, что человек, которого вы называете Одноглазым, действительно каким-то образом связан с историей о Пропавшем Теле...

– Да, но как?

– Зачем же торопить события? Узнаем, установим. Со своей стороны, я тоже могу поведать вам немало интересного. Дело в том, что со следователем, которому поручено это дело - Алексеем Бугайцом, - меня связывает давнее и прочное знакомство. Не скажу, что он бывает очень рад, когда я появляюсь на его горизонте, но...
– и тут Ада снова выдала одну из своих улыбок, которые были предназначены ею словно для самой себя, - но несколько раз я оказывала ему серьезные услуги и помогала в расследованиях, с чем он так или иначе вынужден считаться.

– И что же?
– поинтересовалась я живо.
– Он рассказал вам, как ведется следствие?

– О, что вы, Юля, конечно нет. До таких откровенностей с женщиной, не закончившей юридический вуз, он никогда не снизойдет. Но информацией все же поделился, правда, весьма неохотно.

– Ну?!

– Как вы понимаете, по факту убийства вашего Одноглазого, конечно, заведено уголовное дело. Тело отправлено в морг... другой морг, судебный, - уточнила она, опережая мой вопрос.
– Результатов судебно-медицинской экспертизы еще нет, но и без того ясно, что он умер сразу: удар заточкой пришелся прямо в сердце. «Очень точный, профессиональный, я бы сказал, удар», - заявил Алексей Бугаец. Кроме того, на шее неизвестного виднелись следы кровоподтеков странной опоясывающей формы - как будто его душили... При убитом не было найдено никаких, абсолютно никаких документов. Только ваша, Юля, фотография, статья и записка - тут Бугаец вас не обманул. И все. Но вот что интересно, - Ада вдруг живо блеснула глазами из-под приспущенной на лоб челки, - убитый был очень странно одет.

– Тоже мне, открытие!
– я разочарованно откинулась на спинку кресла.
– Я еще когда уж заметила на нем это потрепанное пальто и шляпу, я и Бугайцу вашему сказала, что все это было ему словно не по размеру и слишком бросалось в глаза.

– Да, но дело не только в этом. Обнаружилось, что на убитом -дорогое шелковое белье, тонкие шерстяные носки, «саламандровские» добротные ботинки. На руке - швейцарские часы, и не подделка, а настоящий фирменный хронометр. А кроме того, ваш убитый, если судить по ухоженной внешности, был большим сибаритом: он стригся у хорошего парикмахера и регулярно делал маникюр.