Чтение онлайн

Я почти физически ощущала этот костюм уже на себе. Невероятные ощущения. Хозяин лавки улыбался.

— Беру, сколько я вам должна?

Он приглашающе показал рукой на еще одну дверь. Мы попали в небольшую комнату, поделенную напополам конторкой. Он провел меня к ней, причем я даже немного удивилась довольно большой черной коробке сверху.

— Это ваш костюм, госпожа. — его глаза снова зажглись золотом, вы получаете его во временное пользование и обязаны будете отдать тому, кто покажет вам символ, такой же как и на крышке коробки. Стоимость аренды сможете оплатить позже.

Я даже не знаю, как оказалась стоящей напротив кондитерской с довольно увесистой коробкой в руках, и даже подозрительные условия аренды не заставили мой мозг вынырнуть из эйфории приобретения.

— Чертовщина какая-то — мелькнуло в голове перед тем, как я обнаружила что уже поздно и надо собираться к сестре на ее маскарад.

Вечер обещал быть томным, одеваясь в так удачно найденный костюм, я не могла нарадоваться приобретению. В коробке обнаружились еще балетки, похожие на кошачьи лапки, даже с подушечками на подошве, два массивных браслета и еще какой-то скипетр. Воротник я долго рассматривала на свет, решая одеть ли под него топик, или рискнуть и оставить только его. Он больше всего напоминал диковинную кольчугу, достаточно плотную, но при этом легкую, хотя ощущение того, что он изготовлен из металла, было сродни точному знанию. Только после того, как я водрузила его на плечи убедилась, что он прикрывает все что нужно, не заставляя морщится мое внутреннее целомудрие. По крайней мере, подумала я, скакать мне не придется, поэтому подлетать он на мне не будет. Юбка была невесома, крутнувшись вокруг оси я уловила в отражении зеркала как она распустилась шикарным бутоном, оголяя ноги чуть выше колен, а затем медленно опадает, превращаясь в ничем не примечательную юбку. А вот пояс был ощутимо тяжелее. Я крутила его в руках не понимая, как крепится хвост, теряющийся в складках материи, и при этом совсем неощутимый по плотности. И мне что его завязывать? Не найдя ни намека ни на замок, ни на магниты, завела его за спину и потянула концы к животу. Как же я дернулась в следующий момент, когда пояс как будто ожил, концы рванули друг к другу, а я даже ладони от него отбросила. Продолжая утягивать мою талию и бедра в подобие корсета, он вышиб из меня воздух. Сзади что-то кольнула в копчик. Ой — не произвольно вырвалось из меня, и чудо технологии, как подумалось мне в первый момент, смилостивилось, слегка ослабив крокодилью хватку. Заведя руку за спину, я почесала место, где ощутила укол. Наверное булавка, подумалось мне. Не обнаружив ничего под пальцами, я внезапно дернулась от зеркала. Мое отражение шевельнуло хвостом, который тотчас свернулся перед стопами. Шаг назад выбросил его назад и вверх, он на секунду завис, а потом опал на согнутую в локте руку.

— Мама дорогая! — Я чувствовала этот хвост, как часть своего тела, и он подрагивал на моей руке, кончиком мягко успокаивая кожу в районе солнечного сплетения.

Это что — я так отстала от жизни, что пропустила возможность имплантации человеку любых животных частей?

Понимая, что опаздываю, перебросила шарф через плечо, одела один браслет, опустила глаза вниз размышляя куда положить скипетр и вдруг в поясе проявился золотой разъем в виде краба. Чудесно, скипетр пристроен. Второй браслет, зафиксировавшийся на запястье, полыхнул синим и золотым. Да что ж это за костюм такой, подумалось мне — потому что в следующий момент пальцы моих рук частично стали когтями какого-то крупного представителя отряда кошачьих. Инстинкты кошки, которая проснулась во мне бросили мое тело к ближайшему креслу, и поточили когти о его обивку.

— Острые, пронеслось в моей голове, а я расширенными глазами наблюдала за лохмотьями, в которые превратилась обивка.

Так, подумала я, хватая головной убор под мышку и спеша к мобилю, тебя я примеряю уже у клуба. А то мне надо отдышаться. А я и так уже опаздываю, хоть бы к танцам и торту успеть.

На площади перед клубом было пустынно, запоздавшие гости поднимались по огромной приставной лестнице в виде широкого золотого эскалатора, которая позволяла попасть сразу наверх, в ресторан, откуда раздавалась музыка и цветные сполохи рисовали на ночном небе сюрреалистические картины. Карнавал был в самом разгаре.

Вот из черного мобиля вышла еще одна опоздавшая. Скучающий охранник скользнув по ее фигуре заитересованным взглядом, протянул планшет, и она приложила ладонь. Тот полыхнул зеленым. Вход разрешен.

Женщина стала на первую ступеньку и поплыла вверх. Охранник провожал ее взглядом, не в силах не смотреть. Сегодня он видел много костюмов, поражающих воображение.

— Кто она, — крутилось в его голове, он видел как кошачьи уши развернулись в его сторону, как будто вслушиваясь в его вопрос, а затем хвост начал нервно подрагивать из стороны в сторону.

Охранник вышел из транса только после того, как вход проглотил высокую фигуру. Он стоял на коленях, подняв глаза — вставая с колен, он неосознанно прошептал — Бастет вернулась.

Я присела отдохнуть на трон в центре банкетного зала, праздник был невероятен. Когда я думала о том, кем хочу предстать на этой вечеринке, отец неожиданно показал мне гравюру и картину, на которой был запечатлён Король ЛЮДОВИК XIV, Король — Солнце. На гравюре Людовик XIV был в костюме лучезарного Аполлона. И я попалась.

Поцеловав отца, я утащила его книгу и помчалась к своей швее. Этот костюм сделал меня звездой собственного праздника, но единственным минусом во всем этом был достаточно ощутимый вес изделия, и я перемещалась от одних к другим приземляясь на пуфы, стулья, кресла и диваны. Ноги уже не держали.

Поэтому я увидела ее практически сразу, как она сделала шаг в зал. Богиня Бастет сверкая зелеными глазами двинулась в мою сторону. И несмотря на какофонию музыки, разговоры, танцы и происходящее в зале, разрезая толпу как ножом, она оставляла после себя, я бы сказала благовейную тишину, так как лиц под масками гостей видно не было.

Когда я рассылала приглашения на свой праздник, в нем было указано, что будет необходимо станцевать полонез. Моя прабабушка очень любила этот танец, и умение его танцевать передавалось из поколения в поколение. Вот и сейчас, я вдруг поняла, что тишина, в которой Бастет приблизилась к моему трону — это не что иное, как финал. Сейчас грянет полонез.

Первые аккорды, заставили фигуры гостей мягко выстраиваться попарно, мужчины приглашали дам, а я, в костюме Апполона, даже не могла пошевелиться. Бастет поклонилась, протягивая мне ладонь, зеленые глаза маски с вертикальными зрачками уставились в мои, внезапно зрачок расширился, когда усатая пасть проурчала — Ну что, зададим жару, сестренка?

И грянул полонез.

Плывя под музыку, опираясь на руку сестры, я вспоминала, как наша бабушка учила танцевать, сестра всегда выступала в роли ведущего, так как была старше, а я порхала, исполняя восхитительные па. Пам-пара-пам, и пам-пара-пам, музыка и присутствие сестры заставляли порхать, как тогда, в детстве, тяжесть костюма исчезла, а в крови бурлила радость и безумная зависть. Где она раздобыла такое чудо? Это же какая-то фантастика, ее хвост был живой, а улыбка обнажала клыки, и вся гамма чувств на этой мохнатой морде ввергала в какой-то транс.

Последние аккорды и поклон. И тут с потолка начал идти дождь, я специально придумала это чтоб выгнать гостей на балкон, в зеленую зону, откуда мы должны были смотреть салют. Распрыскиватели были установлены на минимум. Так — летний дождик. Взвизгивая, гости бросились наружу, хохоча как сумасшедшие. А в зале, гасло освещение, подталкивая в спину тех, кто не спешил на освещенный балкон, мы были дальше всех, практически возле дверей, из которых появилась Бастет. В нашу сторону морось не доставала, но усы кошки недовольно подрагивали. Хвост размеренно касался моей щиколотки, — она что нервничает? — подумала я. — Дождь сейчас закончится. В зале уже никого не было, мы остались одни.

Взяв сестру за руку, я двинулась из темноты помещения в сторону освещенного балкона. И тут на нас обрушился ливень, В секунду костюм стал свинцовым, и я почувствовала, что вода льется не только сверху, но и поднимается и я уже по колено в воде. — Что за, чертовщина, откуда это все? — я пытаюсь увидеть свет балкона, но не могу рассмотреть ничего впереди. Внезапно осознаю, что не я держу сестру за руку, а она обхватила меня за талию и рывками тащит за собой. Причем передвигаемся мы какими-то скачками, потому что периодически я не чувствую под ногами опоры. Потоки глины, грязи и воды устремляются сбоку, стараясь утащить нас на дно, я слышу тяжелое дыхание рядом, сестра старается удержаться на ногах. Отплевываюсь от потока, который с каждой секундой становится все более грозным.