Чтение онлайн

Игра с «Полонией», которую судил Валерий Баскаков, собрала на трибунах Дворца спорта «Лужники» тысячу зрителей и завершилась убедительной победой «Спартака» – 6:0. Счет открыл перед самым перерывом Вадим Павленко, а во втором тайме спартаковцы побаловали болельщиков пятью забитыми мячами. Дважды, на 31-й и 48-й минутах, отличился Александр Кодылев, спустя три минуты Евгений Сидоров головой замкнул передачу Валерия Гладилина, на 54-й минуте вновь отличился Павленко, через пару минут финальную точку с передачи Павленко поставил Валерий Андреев, сообщает «Официальная история» «Спартака» 483 .

Спартаковцы, повторимся, при равенстве очков заняли в своей группе третье место после «Торпедо» и «Локомотива», уступив им лишь по дополнительным показателям. Победителем же турнира в итоге стало московское «Динамо».

Несмотря на то, что команда в ходе турнира проявляла себя, что называется, «по нарастающей», получила хорошую прессу, Бесков в интервью по итогам первых январских смотрин особой радости, понятно, не проявил. Предстал, скорее, озабоченным: «Если бы меня спросили, что сегодня волнует старшего тренера „Спартака“, то я бы ответил коротко: „Все!“. Взять хотя бы атакующие порядки. В прошлом сезоне „Спартак“ в весеннем чемпионате забил 10 мячей, а в осеннем – четырнадцать. Если суммировать эти показатели, то получается 24 гола за 30 матчей. Явно маловато, учитывая, что по международным стандартам классный клуб должен в среднем забивать не менее двух мячей за игру…» 484 .

К этим цифрам Бесков будет возвращаться не раз. Характерная бесковская черта – в дни побед быть формальным, отделываться шаблонными фразами. Так, по окончании сезона 1977 года он в одном из интервью еще раз вспомнит, с чего начинал: «Нам, тренерам, пришедшим в коллектив, пришлось начинать с подробного, всестороннего анализа „Спартака“-76. Несмотря на то, что многие игры его я видел, надо было вникнуть в каждую деталь, в каждую цифру. Сразу бросилось в глаза: за весь первый круг чемпионата команда провела в ворота соперников всего 10 мячей, во втором – 14. Ясно стало, что для успешного выступления в первой лиге и возвращения в высшую необходимо, прежде всего, обеспечить мощь атак, высокую атлетическую подготовку игроков…» 485 .

В январе же 1977 года, когда впереди был сложный первый сезон с далеко не ясными перспективами, Бесков куда более детален в своем анализе проблемы и стоящих перед ним задач: «Но в столь невысокой результативности повинны не только форварды. Мощь современной атаки зависит еще и от слаженности взаимодействия всех остальных линий, от активности каждого игрока. К этому и следует, прежде всего, стремиться. Но для выполнения такой задачи требуются исполнители достаточно высокого класса, обладающие высоким уровнем мастерства. Нам, тренерам, необходимо подвести футболистов к такому уровню, заставить их играть в современный умный футбол, динамичный и результативный…» 486 . Словом, как говаривал Константин Иванович, «…вот и снова мы возвращаемся к тому, с чего начали, к вопросу об организации игры…» 487 .

Тренер трезво оценивал ожидающие команду испытания: «У „Спартака“ не может быть иной задачи, как возвращение в высшую лигу. Решение ее мне отнюдь не представляется легким, поскольку турнир, в котором нам предстоит участвовать, довольно специфичен и предъявит футболистам дополнительные требования, особенно в плане волевой подготовки…» 488 .

Для начала, правда, нужно было найти тех самых упомянутых «исполнителей достаточно высокого класса, обладающих высоким уровнем мастерства». После победного сезона 1979 года, возвращаясь на три года назад, Бесков скажет очень простые, на первый взгляд, слова: «Наш чемпионский путь начинался, так сказать, с азов. Нужно было найти игроков, определить их потенциальные возможности, поставить перед ними вполне конкретные задачи…» 489 .

Как же просто это звучит – найти игроков, поставить задачи… Собственно, в этом весь Бесков – все делалось им по-футбольному, вроде бы просто и понятно.

Но все-таки как же ему все это удавалось?..

«…«Спартаку», естественно, нужны были новые игроки. Где их взять? «Перехватить» кое-кого из известных? Это был принципиально важный для нас вопрос. Думаю, если бы мы смалодушничали и принялись гоняться за именами, того «Спартака», каким он стал года два спустя, нам бы не создать…» 490 , – спустя годы напишет в своей книге Николай Петрович Старостин. Так начала вершиться магия…

«На первый взгляд казалось, что наиболее радикальной мерой в столь аварийном положении должно стать приглашение в команду группы опытных мастеров. Не раз мы становились свидетелями подобных авралов у клубов, терпящих бедствие. Руководители «Спартака» поступили более дальновидно…» 491 , – заметит спустя несколько лет Лев Филатов. – «Из состава того «Спартака», который недобрал одного очка, остались немногие: Самохин, Букиевский, Булгаков, Гладилин, Ловчев, Прохоров, да еще совсем новички Романцев, Хидиятуллин, Сидоров. И не все они задержались надолго, некоторым так и не удалось включиться в игру, которую замыслил и конструировал Бесков. В команде постепенно один за другим стали появляться игроки мало кому известные, из второй лиги: Дасаев, Сорокин, Ярцев, Шавло, Никонов, позже Сочнов, Софроненко, юные футболисты из спартаковской школы – Черенков, Родионов, Морозов, Поздняков, Прудников, из первой лиги – Гесс, отпущенные за «невозможностью использовать» (существует такая формулировка) из клубов высшей лиги Гаврилов, Павленко и Мирзоян. И только одного, Швецова, пригласили из «Зенита». Одного за пять лет! Если сравнить, как комплектовались в это время хотя бы только соседи – московские «Динамо», «Торпедо» и ЦСКА, где ведущие позиции занимают игроки из других команд высшей лиги, то нельзя не признать, что «Спартак» создавался вопреки практикующимся шаблонам, более сложным, но и более интересным способом…» 492 .

Избранный Бесковым и Старостиным путь во многом предопределил удивительную, почти магическую привлекательность того «Спартака». Вместо ожидаемых умелых ремесленников в команде один за другим вдруг стали появляться юные и не очень, умелые и не вполне, но все как один жадные до футбола, желавшие учиться и расти в футболе, не уставшие от жизни и от игры люди, в которых болельщик легко мог узнать себя, каким он был бы сам, выбери он судьбу футболиста. «Ребята с нашего двора», так же, как и болельщики, страстно и беззаветно любящие футбол в себе, «Спартак» в себе, а не себя в футболе и «Спартаке».

«Должен заметить, что в «Спартаке» первых дней, а до него в «Красной Пресне», «Пищевике» мы были воспитаны Иваном Тимофеевичем Артемьевым на таком принципе: в первую очередь – человек, а потом игрок. Когда мы с Бесковым собирали новую команду, то принимали в нее людей с особым характером. Искали фанатиков. В надежде, что путь им вверх будет подсказан. А раз они этим путем пойдут, то и вытянут команду вверх…» 493 , – подтвердит чуть позже осознанность, неслучайность такого подхода к комплектованию команды Николай Петрович Старостин. Это путь, конечно, не исключал и ошибок, что признает и патриарх: «Ребята, которые сейчас в команде остались, были не сразу угаданы. В 1977—1979 годах проверку прошли, пожалуй, не меньше 80—90 человек, из которых остались 30. Каждый год из команды люди отсеивались. Или не могли держать нагрузки, или им «Спартак» не угодил, но большинство потому, что сами не угодили «Спартаку». И в команде как раз уцелели те, у кого желание играть и интерес к футболу развиты особенно сильно. При естественном отборе предпочтение отдавалось не тому, кто на сегодняшний день лучше, а тому, кто при неуемном желании играть вскоре догонит и обгонит конкурента. Так сформировался сегодняшний состав «Спартака»…» 494 .

В «Спартак» приходили не за «длинным рублем». Как скажет спустя годы Бесков, «…в первые годы моей работы в «Спартаке» (впрочем, и до самого моего ухода из команды), денежных стимуляторов не было. «Спартак» был бедной командой. Его нужно было любить…» 495 . Евгений Ловчев, впрочем, утверждал, что, мол, «…разные ребята в тот год пришли в команду, некоторые просто подзаработать, ведь тогда существовало положение, по которому нам еще год платили по расценкам высшей лиги, да еще по 62 рубля за победу. А побед было много…» 496

Конец ознакомительного фрагмента.