Чтение онлайн

– Дуся сказала, - говорит Георгий, - что эти типы даже экипажу спасателя не оставили ни одной бутылки. Коля попытался стащить одну, так такой скандал этот господинчик устроил, что не дай бог. Орал, что мы заплатим неустойку за каждую бутылку...

– Давай устроим ему завтра...

– Ты о чем?

– Там внизу, где мы собирали бутылки, есть в потолке выступ для вентиляции...

Георгий мнется, он все понял.

– Влетит от Пахомыча.

– Влетит, но я еще никогда не пробовал шампань стоимостью 100 тысяч долларов.

– Ладно попробуем, но у меня еще одна идея, гораздо получше. Давай к нашему якорю прицепим небольшой запас.

– Не разбились бы бутылки при его подъеме...

– Рассчитаем противовес и в какую сторону положить...

– Тогда рискнем.

Я собираю плавающие бутылки в большую сетку-мешок. Георгий только что поволок один такой наполненный мешок по коридору, для транспортировки наверх. Вдруг я ударился ногой обо что то твердое. Пришлось посветить. На полу лежит небольшой заросший железный ящик. Не долго думая, отрываю ящик от палубы и запихиваю в мешок. Появляется Георгий, я жестами показываю ему на сетку, он пытается ее оторвать и тут же отпускает. Понимаю его недоумение. Я поднимаю с пола скобу и на заросшей стене скребу якорь. Теперь он сообразил. Если привязать к якорю сетку с бутылками, ее будет тянуть на верх, но ящик в ней как грузило, потянет сетку вниз. Георгий обхватывает мешок и тяжело топает по коридору. Я набиваю бутылками следующую сетку.

Георгий и я по железным стойкам, забрались под потолок, в проем от вентиляционных труб где на целый метр сохранился воздух. Сначала я ему, потом он мне отвинчиваем шлемы. Воздух неприятен и затхл, но из наших шлангов текут сюда здоровые струи. Георгий опускает руку в воду и достает плавающую бутылку шампанского.

– Дернули, Дима.

Я тоже выловил бутылку и грохнув горлышком по выглядывающей из воды, стойке, разбиваю ее. Приятный дымок пошел из нее. У Георгия такая же история. Я делаю первый глоток и тут же шипучка ущипнула язык и гортань. Это неописуемый вкус с настоящим ароматом виноградной лозы.

– А ничего, - констатирую я.

– Прилично, наверно эта штука стоит сто тысяч долларов.

– Может попробуем вот это.

Я выдергиваю из воды бутылку не похожую на шампань.

– Давай.

Отбиваю горлышко и опрокидываю содержимое в рот.

– Вот это прелесть. На попробуй эту.

Я протягиваю бутылку Георгию. Он пьет и тут же глухо заговорил микрофон.

– Вы чего там бубните, ребята?

Я подношу свой шлем к лицу.

– Все в порядке, Пахомыч. Просто я крою этого...

– Хорошо. Только по тише.

Я прикладываю палец к губам.

– Понял, -шепотом отвечает Георгий.

Мы попробовали еще одну бутылочку, правда с рифленым низом и чуть светлую на вид, после этого дружно плюнули.

– Что это за дерьмо, здесь вкус осиновой коры.

– Я бы за нее и рубля не дал. Пошли, уже пора...

Мы завернули друг у друга шлемы, пошли вкалывать дальше.

Но уже было на душе очень приятно. Я собираю бутылки и тут слышу мурлыкание песни..., в наушниках сразу же зашипел голос Пахомыча.

– Это что еще? Георгий, ты не заболел?

– Нет, Пахомыч, это мне просто весело.

– Заткнись, здесь динамик включен.

– Понял, Пахомыч.

Мы с трудом закончили смену и поднялись наверх. Когда отвинтили шлемы, Пахомыч приблизился и подозрительно посмотрел на нас.

– Вы случайно не хватили кессонки?

– Нет.

– Валите к Дусе, пусть вас проверит.

Мы сидим перед Дусей и виновато смотрим в пол.

– Так что мне с вами делать?
– грозно смотрит на нас Дуся.

– Ничего, - отвечает Георгий.
– Чуть прихватило кессонкой.

– От вас разит винищем...

– Где же мы на дне то могли пить, в водолазных костюмах...

Она подозрительно смотрит на нас.

– Ничего не понимаю. Действительно, нигде, но несет от вас все равно вином..., - Дуся отчаянно думает, потом трясет головой.
– Хорошо, я поверю, что вы не пили, тогда сейчас же марш в пастель и чтобы ни один не поднялся до семи утра.

– Дуся, ты у нас золото..., - начал Георгий.

– Заткнись, иначе завтра не пойдешь под воду.

– Понял.

Мы выходим из ее каюты и Георгий шепотом говорит мне.

– А здорово мы их надули.

Последняя сетка с бутылками ушла наверх. Мы поднялись на спасатель и скинули шлемы. Недоверчивый господин Хелин уже кончил пересчитывать бутылки и переводчик торопливо выговаривал Пахомычу.

– Здесь не хватает сто одиннадцать бутылок.

– Пусть сам спустится на дно и проверит, куда их разбросало. Мои ребята вычистили хранилища и, как сами понимаете, спрятать под рубаху их не могли.

– Я вычту свои потери из ваших сумм, причитающихся договором.

– Ничего не выйдет. Уж я то изучил этот вопрос. В договоре четко сказано, что найдем, то ваше.

Хелин ругается и убирается на свою яхту.

Мы собираемся домой.

Медленно ползут вверх якоря. Я и Георгий, облокотились на борт, и косо поглядываем на выползающую из воды черную отливку. Она выползла вверх и застряла у борта. Я тут же зажмурил глаза. Белая веревка отчетливо выделялась на фоне борта. Мы медленно отодвигаемся от борта и расходимся по каютам...

Спасатель завибрировал, от работающих двигателей и стал отваливать от яхты. Мы понимаем, что господин Хелин нам не доверяет, он хочет убедится, что мы отвалим от сюда и не вернемся назад, не спустимся вниз за якобы оставшимися бутылками.

Часа через четыре Георгий зовет Колю, Марата и меня на верх. Мы идем к носу и перегибаемся через борт. От быстрого хода, веревку утянуло почти под дно судна.

– Марат, - просит Георгий, - пойди на мостик отвлеки вахтенного, мы должны поднять один груз.

– Понял.

Молодой парень быстро откалывается от нас.

– Коля, тащи багор.

– Ребята. Вы не того?

– Коля. Не тяни резину, давай быстрей.

Коля приносит багор и передает Георгию, тот перегибается через борт и зацепляет крючком веревку.

– Дима, сумей ее... перехватить.

Багор осторожно подтягивает веревку к верху и наконец мне удалось ее захватить рукой.

– Ребята, тянем.

Из воды медленно выползла сетка с бутылками, мы в три руки подтянули ее на палубу.