Чтение онлайн

И гром не замедлил грянуть. Король слег и больше не встал. Вначале было вроде бы улучшение, рана затянулась, перестала гноиться, но придворные лекари качали головами и предлагали ее снова вскрыть. Приводили цитаты на латыни, но король был непреклонен. Зажило, значит все хорошо, нечего тревожить. Дней пять было все хорошо, но потом резкий скачок температуры, озноб, резкая боль. Рану все равно вскрыли, но было поздно. Король еле успел подписать указ о назначении регентом брата до достижения Оливером 21 года, взял с него кровную клятву завещание исполнить, и умер. Дальше все было просто. Регент созвал Совет Лордов, на нем следовало появиться вдове умершего короля, представить сына, и его признали бы королем. Но дамочка никак не могла выбрать платье для траура. А, когда, наконец, выбрала, платье понадобилось и дочери. Снова задержка. Возмущенные таким пренебрежением Лорды послали капитана гвардии поторопить королеву, но его отослали с оскорблениями. Тогда капитан просто взял юного короля за руку и привел на Совет в нарушении всех традиций. Лучше бы он этого не делал. На только что потерявшего отца, растерянного 14-летнего подростка посыпался ряд обвинений в молодости, в неспособности управлять собственной матерью, не то, что страной, хотя это от него сейчас и не требовалось! И тогда выступил регент. Он брал управление страной на себя, а ввиду сложного положения страны, предлагал короновать его, временно. Королевскую семью отправить в уединенный замок, что бы юный племянник там мог постичь необходимые науки, и что бы пресечь попытки королевы баламутить общество. Так что семейство отправилось, фактически, в почетную ссылку, а править стал брат короля.

Но не все лорды согласились с этим решением. Многие считали, что да, королеву следовало убрать, принцессу выдать замуж, вон, хоть за молодого, амбициозного, короля Дамбрии, даром, что он всего лишь признанный отцом бастард, но ведь коронован! И получили очередную истерику королевы. Махнули на семью умершего короля рукой. На дуру – дочь, упускающую красивого, умного, и, главное, коронованного мужа из-за происхождения. Истеричку – мать, и слишком молодого наследника, неспособного справиться с бабами. И присягнули брату короля, как своему правителю. Малому числу лордов, несогласных с их решением тут же дали укорот. Кого обвинили в измене, кого выслали. А двоих вообще казнили. Граф Рисский чуть не пострадал от решения сына последовать за опальным семейством. Но вовремя присягнул новому монарху, хотя ему предлагали принять покровительство граничащей с его графством Дамбрией. И, ходили слухи, что Зигурд, король Дамбрии хотел предложить узы брака дочери графа. Что не сделаешь ради куска земли, размером с небольшую страну! Так что и король Венидии тоже поспешил обручить своего младшего сына с графской дочерью. На старшего сына, Родрига, у него были другие планы – женить на кузине, этой дуре Алисии, чем окончательно укрепить его право на трон. С Оливером можно было не считаться. Заставить отречься от права на престол, а потом, под шумок, убрать. Тихо и незаметно. За семь лет, что пройдут до его совершеннолетия о нем все окончательно забудут!

И вот теперь, вдруг, на Густава обрушились сразу две проблемы. Совершеннолетие Вера, 21 год, формально позволяющее ему взять власть в свои руки, совершенно неосуществимое действие на практике. Семь лет о нем никто не вспоминал. Густав был уверен, что большинство в королевстве не знало, жив он, или нет. Так что дядюшка мог тихо, незаметно, избавиться от мешающего ему юноши, и никто бы об этом не узнал. И второе, сильнейший мор в родном графстве. Да, отец лишил его права наследника, но не ответственности за семью, народ и землю. Оставлять друга в опасной ситуации сродни предательству. Тем более, глупая мамаша уже начала требовать от сына написать дяде, напомнить о себе, и ехать ко двору. Как же, ее доченьке уже 23, почти старая дева, брат не должен быть эгоистом, и так далее, и тому подобное. И не узнать, что происходит в родном графстве нельзя. Мор серьезный, карантин объявлен, как там родители, сестра, брат? Как совместить обе проблемы? Неожиданное событие подсказало ему решение. Пришло письмо от дяди – короля с требованием срочно выехать в столицу. Прислал две кареты, сопровождение, а, фактически, конвой. Дура – мамаша обрадовалась, как же, двор, балы, кавалеры! Начались лихорадочные сборы. О том, что для сына это, скорее всего, дорога в один конец, она даже не задумывалась. Только ворчала на командира конвоя, старого капитана, которого она когда-то сама оскорбила, что он ее слишком торопит со сборами.

И тут у Густава родилась идея, как совместить спасение принца, а если точнее, то законного короля, с визитом в родное графство. Он даже начал отпускать бороду, только она росла медленно, а клеить накладную он не хотел. Да и вряд ли его узнают в родном графстве, последний раз он там был перед поступлением в университет, который он все-таки умудрился закончить, испросив у ректора позволение на свободное посещение занятий. Все зачеты и лабораторные работы он сдал, но диплом так и не получил. Старик ректор, сочувствующий королевской семье очень не вовремя ушел в отставку, а его преемник не признал письменные ответы на выпускные экзамены, которые прислал Густаву его предшественник. Потребовал сдать все устно, как другие выпускники, вместе с практикой. Денег на дорогу у Густава не было, вернее, был неприкосновенный запас, но его трогать было нельзя. Просить денег у отца он не стал. Поэтому, после письма короля с требованием прибыть в столицу у Густава родился план, как совместить теперь уже три несовместимых решения. Выехать вместе с Оливером, проезжать будут вдоль дороги с родным графством, раньше ездили напрямую, теперь только в обход, въезд в графство закрыт. Но Густав знал все лазейки с детства. Так что на границе графства они с принцем сбегут, он укроет Вера в пещере, сам, заранее предупредив конвой, проедет в академию, сдаст экзамен, и вернется. Оценит ситуацию, посоветует карантин не снимать подольше, решит, что им делать дальше. Он стал потихоньку готовиться. Попросил у кухарки приготовить продуктов в дорогу, не портящихся, упаковал охотничий костюм, взял четыре теплых плаща, что бы ночевать на свежем воздухе, магическую зажигалку, котелок упрятал подальше, завернул в плащи. Ночью на кухне отсыпал в пару мешочков крупу, стащил кусок сала и вяленого мяса, сбор трав, пару хлебцев, и две жестяные кружки. Все упаковал, чтобы не гремело в дорожный саквояж. На забыл и бритву, перед экзаменом придется побриться. Мыло, расческу, зеркальце походное. Сверху положил свой парадный костюм и бумаги. Закрыл саквояж и отправился к Оливеру. Тот обреченно сидел посреди разбросанных вещей и даже не думал собираться. Доверенный слуга тряс перед ним кафтанами, спрашивая, что упаковать, а что нет, но Вер только вяло махал рукой.

– Вер, Ваше Высочество! Ты еще не собран?

– Куда? На тот свет, наверное, нет. Саван не додумался заказать.

– Что за панические настроения! С чего ты решил, что саван тебе понадобится?

– Правильно мыслишь. Меня хоронить не будут. Бросят в реку на съедение ракам, или в придорожном трактире пожар случится. А может, лошади понесут, и карета в пропасть свалится. Там же по дороге небольшие горы имеются. Дядюшке я живой не нужен. Он уже и речь заготовил. Типа: – «Какое горе, вызвал мальчика к себе, готовился передать ему королевство, а тут такая беда»! – Так, видимо.

– Ты раньше времени себя не хорони, лучше посмотри, вон, на рубашке пятно! Эй, Билли, ты что, грязную рубашку принцу подсунуть решил? А ну, неси ее в стирку немедленно.

Слуга, ворча понес рубашку прачкам.

– Не все ли равно… – начал снова Оливер, но Густав быстро подскочил к нему, вытащил припрятанный за пазухой солдатский вещевой мешок и начал отбирать в него вещи Сложил один более – менее парадный костюм, пару рубах к нему, крепкие туфли, потом отобрал комплект для занятий спортом, крепкие ботинки, пару простых рубах, нижнее белье, две смены, кинжал в ножнах, носки шерстяные, все утолкал в мешок, и затянул завязки. Мешок кинул на дно сундука, завернув в кафтан от еще одного парадного костюма, туда же брюки, и кюлоты с чулками и кожаные туфли.

– Запомнил, где лежит? Не забудь, доставать придется быстро!

– Густ, ты что задумал?

– Тихо, пока твой Билл не вернулся! Сейчас мое родное графство закрыто. Карантин. Мор там желудочный. Так что по короткой дороге через перевал не ездят. Поедут по границе графства. Я доеду с тобой до городка Митчел, потом отделюсь, якобы в университет, экзамен выпускной сдавать. Вы наверняка останавливаться в городке не будете, дальше поедите. А я тихо за вами. Свою лошадь оставлю, найму другую, знаю где. На ночлег остановитесь на опушке леса. Место я знаю, там все останавливаются. Я тебя из шатра, или кареты вытащу, мы по лесу пробежимся и спрячемся в пещере. Она сквозная. Там ты меня подождешь, я смотаюсь в университет, сдам экзамен, получу диплом, вернусь. Разведаю обстановку в графстве, решим, что делать. В графстве карантин, гвардейцы туда не сунутся. Пересидим. Мог бы в университет не мотаться, но ради семьи надо алиби заиметь. Мол, я не причем, я экзамен сдавал, так что ругайте ваших нерадивых гвардейцев! Ректору я уже написал, ждет.

Вер приободрился, вместе они покидали в сундук еще несколько вещей, и приказали вернувшемуся Биллу закрывать его и уносить. Обрадованный Билл поблагодарил Густава и утащил сундук. Потом, перед самым отъездом, Густав попросил гвардейцев открыть сундук и заменить один кафтан другим, так как принц передумал. Командир похабно ухмыльнулся и разрешил. Даже смотреть не стал. Густав понял, что его самые дурные мысли подтверждаются. Вещи конвой не интересовали, так как принцу вряд ли понадобятся. Но мешок вытащил и пристроил себе во вьюк. Ничего, мы еще посмотрим!

Похищение прошло, как по маслу. Вера не оставили спать в карете, отвели до кустов, а потом в шатер. Стражников рядом не посадили, просто, без хитростей, связали и бросили на постель. Даже поесть не предложили. На все угрозы донести о таком обращении просто фыркнули и ушли к костру. Как только начался ужин, заднее полотно шатра было разрезано, Густав освободил Вера, растер запястья и щиколотки, и они тихо скрылись в лесу. Густав вел уверенно, часть пути проделали по руслу лесного ручейка, и вот, наконец, пещера. Вход был так укрыт кустами, что никому и в голову не пришло бы искать здесь отверстие. Там уже стояли вещевой мешок и саквояж. Недалеко от выхода уже в графстве, оборудовали лагерь. Густав показал принцу родник в низинке, предупредив, что бы воду кипятил. Оставил ему все припасы, из своего саквояжа достал плащи, котелок, поставил на огонь, засыпал крупу, накрошил сала и, оставив Вера помешивать, попрощался, обещав обернуться за пять дней. Все получилось. Вернулся он другой, короткой, но более трудной дорогой, в снятый в таверне номер влез в окно, так что если его и заподозрили, то только в ночном визите к даме. Лошадь-то его спокойно простояла в конюшне, хрупая овес. Так конюх и сообщил, спрашивающим о постояльце гвардейцам. Они осмотрели кобылу, она была чисто вычищена, копыта сухие, так что слова конюха подтвердились. Густав уехал утром, добрался до университета, экзамен сдал, диплом получил и поспешил обратно. Обернулся в три дня. И растерялся. Принца в пещере не было!

Густав обшарил всю пещеру. У тоннеля не было отнорков, только повороты. Ничего. У выхода затухший костер, рядом еле теплый котелок с остатками воды, вещи, продукты нетронуты. Все имело такой вид, словно человек на минуту отлучился и не вернулся. Он обшарил кусты вокруг, ни следа. Только далеко, на середине склона, в кустах на ветке нашлась белая тряпочка, но чья она было неясно. Внизу, у подножия холма проходила дорога, обычная сельская дорога. Причем, активно используемая. С множеством следов от колес и копыт. Густав решил пройти по ней. Хотя, вряд ли Вер решился отойти так далеко от пещеры. Скоро на дороге его обогнала странная телега, везущая тела людей. Все же не покойников, так как они стонали и слегка шевелились.

– Эй, добрый человек, отойди от греха, видишь, заразу везу!

– Какую заразу?

– Ты что, с луны свалился? Мор у нас, – сказал возница, притормаживая, достал бутылку, снял рукавицы, полил себе на руки, чистым ромом, подождал, достал трубку и закурил, – третью неделю как. Пришел корабль издалека, привез товар, а команда вся больна. Добрые купцы товар разобрали. Капитана и помощника купцы к себе домой пригласили, а добрым людям приплатили за команду, что бы взяли себе болезных до выздоровления. А потом все и померли. И купцы с семьями, и прислуга их, и добрые люди. От команды человек пять выжило, наших и того меньше, так мор по всему графству и пошел. Старые граф с графиней померли, и сынок мелкий, только дочка и осталась, выздоровела. Так вот она, как очухалась, порядок наводить стала. Вот, велела, собирать больных, у кого родни не осталось, и в барак свозить. Раньше там все помирали, но она порядок навела, чисто там теперь, топчаны придумала, с дырками, чтобы больные пол не пачкали, и для больных питье составила, раньше их от воды только еще больше рвало, а теперь многие поправляться начали. Всем велела руки мыть чуть ли не по пять раз в день, воду кипятить. А нам, что на опасной работе, ром раздала, чтобы руки мыть. Чудно, раньше ром пили, теперь руки моем, но жить захочешь, что угодно начнешь делать. Я, вон, еще не самую страшную работу делаю. Самое страшное, это у тех, кто г*..но за больными вывозят. В специальную траншею выливают, и сверху негашеной известью присыпают, что бы зараза не расползалась. Ну так и платят им хорошо, пол серебрушки за ездку, видано ли. Поехал я, мил человек, надо хоть кого-то живым довести. Сам-то поберегись, сырую воду не пей, и руки мой чаще. Полезная штука!